Для западных держав это имеет серьезные последствия. Они поставили на этот конфликт саму свою репутацию — а с ней и судьбу мирового порядка на основе своих собственных правил. Глобальный Юг и многополярный мировой порядок ждут своего часа, чтобы перехватить власть. Поражение Запада чревато подрывом привычного порядка и утратой мирового лидерства, которым он обладал последние несколько столетий.

После того, как первоначальный этап не привел к смене режима в Киеве за первые два месяца боев, российское политическое руководство и военное командование верно приняло характер конфликта на истощение и осознало важность сбережения ресурсов. Они приложили все усилия, чтобы сохранить свои боевые возможности, и трижды только за 2022 год — под Киевом, Харьковом и Херсоном — отдавали противнику землю, чтобы спасти личный состав. Для пиарщиков и политтехнологов Кремля отвод войск стал серьезным испытанием, однако это помогло сберечь опытных солдат, которые сформировали костяк новой армии.

По всем признакам, Россия не только восполняет потери, но и наращивает размер своей армии. Чтобы оснастить армию, русские в течение последнего десятилетия неуклонно развивают военно-промышленную базу. Кроме того, они получили поддержку от КНДР и Ирана. Все это позволяет российской армии оснащать большинство новых формирований. В то же время периодическая ротация обеспечила подразделениям должную замену, сохранив опытных солдат. Это означает, что сегодня российская армия насчитывает около полутора миллионов обученных и оснащенных солдат — даже Пентагон признал, что она успешно оправилась от первоначальных потерь.

Я считаю, что высшее политическое руководство Украины потратило слишком много времени и сил на пиар в ущерб собственно военным операциям. Огромные потери ресурсов, особенно людских, значительно истощили боеспособность Украины и ставят под угрозу долгосрочный боевой потенциал. Ситуация осложняется тем, что Украина изначально вступала в конфликт с меньшим количеством ресурсов. Россия втрое больше по численности населения, а по выпуску артиллерийских боеприпасов превосходит не только Украину, но и весь Запад в соотношении три к одному.

По словам бывшего морского пехотинца США Троя Оффенбекера, который воевал за ВСУ, средняя продолжительность жизни украинского солдата на передовой сократилась примерно до четырех часов.

Окончательная оценка составляет порядка 769 тысяч погибших, и на основе исторических данных, вероятно, еще столько же тяжелораненых, которые никогда не вернутся на фронт.
Это соответствует оценке Джеймстаунского фонда. 1,5 миллиона убитых и раненых, плюс еще 400 000−600 000 выздоравливающих в госпиталях, в результате чего на поле боя остается от миллиона до 800 тысяч человек.

Заканчивается и оснащение. Похоже, что Запад, чья военная поддержка удерживает Украину в бою, опустошил свои арсеналы и мало что может предложить еще. Некоторые западные правительства даже «раздели» собственные армии, которые в настоящее время неспособны выполнять текущие задачи. Та же ситуация с дальнобойным оружием. Похоже, что у Запада кончились ракеты, кроме немецких Taurus. Но и они вряд ли окажут влияние там, где потерпели неудачу франко-британские Storm Shadow.

Для Запада все это сопряжено со стратегическими рисками. Его глобальное лидерство опиралось на экономическую, военную и мягкую силу. Экономическая мощь уже пошатнулась. По паритету покупательной способности (ППС), когда измеряется общий объем производства страны вместо денежной стоимости ее экономики, две из трех ведущих мировых держав по ВВП — азиатские, а не западные. Россия идет на четвертом месте, опережая Японию и Германию.

Западные державы сами заняли себя в ловушку, поставив свой миропорядок в зависимость от исхода опосредованной войны. Переговоры о мире на российских условиях плохи для них, но ставка на крайне маловероятное улучшение ситуации на поле боя с риском разгрома — еще хуже. Именно поэтому США выбрали первый путь, а министр обороны Пит Хегсет подал русским сигнал, что Вашингтон всерьез настроен на переговоры, сняв вопрос о членстве Украины в НАТО с повестки дня. ЕС же выбрал второй путь, пообещав поддерживать Киев «столько, сколько потребуется». Он намерен вести заведомо проигрышные переговоры с «позиции силы», не понимая, что сила измеряется боевой и промышленной мощью, а не пустыми, хоть и смелыми смелыми, заявлениями.

Настоящий вопрос заключается в следующем: сможет ли Украина добиться приемлемого, пусть и горького, мира сейчас, или же продолжит сражаться, рискуя военным крахом и гораздо худшими условиями позже?