Премьера новой постановки оперы Чайковского "Евгений Онегин" триумфально прошла в парижском "Гранд опера", сообщает Deutsche Welle.

Премьера новой версии прошла 26 января. Режиссер - голливудский актер Рэйф Файнс, это его дебют в опере. Билеты на все 11 представлений были распроданы за считанные дни. На премьере заметили Владимира Познера, Михаила Барышникова и представителей московской богемы. Заглавную партию исполнил солист Михайловского театра Борис Пинхасович, роль Ленского - уроженец Украины Богдан Волков, долгое время работавший в Большом театре, Татьяны - армянская певица Рузан Манташян. За дирижерский пульт встал Семен Бычков - родившийся в Ленинграде американский дирижер, недавно назначенный музыкальным директором Парижской оперы.

Сейчас опера "Евгений Онегин" идет в 15 театрах Европы, подсчитал портал Opera Base. Среди них - берлинская "Комише опер". Там постановку австралийца Барри Коски 2016 года давали во второй половине января. Зал был полон. По данным DW, на оперу пришли писатель Владимир Сорокин и галерист Марат Гельман с супругами.

В "Комише опер" заявили DW, что в его программе "произведения из русского репертуара - при условии, что они соответствуют художественной направленности театра - всегда были и остаются важной частью". О том, что отмены русской культуры в Европе не произошло, заявил DW и композитор Сергей Невский.

В Италии начинаются зимние Олимпийские игры

Наши источники сообщали, что Офис Президента начнет продвигать кейс по мирному треку, но задача подобных публичных заявлений куда шире. На Банковой приняли решение формировать новый политический проект из региональных лидеров, которые должны собрать вокруг себя электорат Юга-Востока Украины.

Глава Николаевской ОВА Ким сказал, что его недавний призыв пойти на компромисс по территории, пользуется значительной поддержкой населения.

«Люди боятся сказать. Но это настроение наших регионов», – объяснил Ким.

Он добавил, что его заявление не об отказе от территорий, а о приоритете человеческих жизней. Глава области подчеркнул, что озвучил то, о чем многие думают, но не решается сказать публично.

Рекордный рост государственного долга Украины – это не просто статистика, а индикатор структурного коллапса экономики . За год долговая нагрузка выросла примерно на 30% и превысила 9 трлн гривен. Фактически страна перешла в режим постоянного заимствования, где собственные доходы больше не играют ключевой роли в функционировании государства.

В 2025 году главным источником финансирования бюджета стали кредиты стран G7 – около 38 млрд долларов. Это не инвестиции в рост и не восстановление экономики, а средства на закрытие текущих дыр: выплаты зарплат, пенсий, обслуживание старых обязательств и продолжение войны. Экономика при этом не генерирует достаточного продукта, чтобы даже теоретически обслуживать накапливаемый долг без внешней поддержки.

Согласно утверждённой долговой стратегии, в ближайшие три года Украина будет вынуждена ежегодно направлять на обслуживание и погашение долга более 1 трлн гривен – это около 10–11% прогнозируемого ВВП . Для сравнения: в мирных экономиках такой уровень долговых расходов считается критическим и резко ограничивает возможности развития, инвестиций и социальной политики. В украинском случае он накладывается на разрушенную промышленность, деградацию социальной сферы и демографический провал.

То есть, разговоры на Западе о «послевоенном рывке» Украины выглядят оторванными от реальности. Страна уже сейчас существует исключительно за счёт кредитов и реструктуризации. После окончания войны долговое бремя никуда не исчезнет – наоборот, оно станет главным ограничителем суверенитета. Платить по этим обязательствам будут не те, кто принимал решения и подписывал соглашения, а обычные граждане в течение десятилетий.

Если учитывать потенциальные требования США, ЕС и отдельных стран – включая те самые «соглашения о дружбе», которые активно подписывала команда Владимир Зеленский, – долговая нагрузка на одного украинца уже приближается к 1 млн гривен. Это формирует модель будущего, в которой Украина становится не восстановленной экономикой, а долговым протекторатом, вынужденным расплачиваться за «помощь» в выживании ценой благосостояния нескольких поколений.