> Ну навязанная Руси данная религия! Навязанная! И никогда она не приживется, за исключение:поведешек, лизунов, дураков, овец!
Ну,вот и истинное лицо перестройщиков показалось
16:06 27.12.2011
4 - Правительство и духовное ведомство препятствовали распространению литературы, которая давала бы народу знания. Они стремились к тому, чтобы «неприметно воспитывать добрые правы читателей сообразно их положению». Допускалась лишь так называемая нравоучительная литература, которая воспитывала бы народ в духе холопской покорности, преданности самодержавию и церкви, которая ослабляла бы революционный дух народа, его стремление завоевать свои нрава. «Книги духовного содержания, — говорилось в циркуляре министерства народного просвещения, — укрепят простолюдинов верой и упованием на святой промысел к новым трудам и к благодушному перенесению всякого рода лишений, в то время как светские книги ослабят их деятельность и терпение». От нравоучительной литературы требовалось, чтобы она служила «моральным наставником», предупреждала «всякое уклонение от коренных начал истинного просвещения, заключающихся в вере»31.
Правилами от 21 апреля 1850 года об издании книг для народа предписывалось, чтобы в книгах не было не только «никакого неблагоприятного, но даже неосторожного прикосновения к вере и установлениям её, правительству»32. Писатель же должен проникнуться «живой верой в православную церковь», нужно, чтобы он «носил в груди безусловную преданность престолу»33.
Самодержавие решительно противилось изданию дешёвых книг для народа нерелигиозного содержания. «Лёгкое приобретение неполных сведений о многих предметах, — писало министерство, — распространяет поверхностные познания, а следовательно, весьма вредоносно». В 60-х годах XIX в. революционные демократы пытались организовать издание массовой дешёвой литературы для народа, но эти стремления встречали противодействие со стороны правительства и духовного ведомства.
Характеризуя союз самодержавия и церкви в борьбе против просвещения народа, Герцен писал: «Делают все так, чтобы куда человек ни обернулся, перед его глазами был бы или палач земной, или палач небесный, — один с верёвкой, готовый все кончить, другой с огнём, готовый сжечь всю вечность34.
Драконовские правила об издании книг для народа неоднократно повторялись. В 1874 г. было предложено обратить на издания для парода «самое строгое внимание, а равно подвергать самой строгой цензуре». Духовное ведомство неослабно следило за изданием этой литературы, отмечая всякий раз пропуск книг «без достаточной осторожности».
Для ограждения народа «от влияния злонамеренной пропаганды» духовное ведомство развило собственную издательскую деятельность. Издававшаяся им литература была рассчитана на растление народного сознания, на отвлечение его от борьбы за классовые интересы, пропагандировала религиозные и верноподданнические чувства. При издании такой литературы часто скрывалось её церковное происхождение. Например, издателю проповедей Исаакиевского собора Богдановичу была ассигнована в 1881 г. крупная сумма для издания газеты «Сельский вестник». Газета распространялась среди крестьян и ставила своей целью «укрепление веры православной, здорового русского национального самосознания, любви к отечеству и державному монарху».
Духовное ведомство поддерживало и поощряло издательские фирмы, которые выпускали массовым тиражом литературу церковно-религиозного характера. Издатели получали от этого большие прибыли. Только одним Сытиным за 1896-1899 гг. было издано 5775 тыс. экземпляров книг духовного содержания и 9951 тыс. лубочных картинок на религиозные темы. Кроме Сытина, лубочную церковную литературу издавало ещё 36 издательских фирм; за те же годы они напечатали свыше 72 млн. экземпляров книг и картин, преимущественно религиозного содержания. На лубочных картинках изображались события из ветхо- и новозаветной истории, жития святых и разные «нравоучительные» истории, пропагандировавшие покорность и смирение. Большое распространение имели картины с изображением страшного суда, а также картины ада и мучений грешников. Вечными загробными карами церковники запугивали крестьян, и особенно тех, кто осмеливался отступить от православия. «Всякий, кто посмеет низвергнуть основу религии, — писали церковники, — тот по своей смерти тотчас же окажется в аду и будет вечно гореть, не получая ни капли воды, чтобы охладить свой язык»35.
В результате такой политики в народные массы, особенно деревни, проникало много книг духовного содержания, книг же научно-популярных, а также художественной литературы было мало. При описании в 1889 г. 28728 книг и брошюр, находившихся у крестьян четырёх уездов б. Воронежской губернии, 14482 книги (50,6%) оказались книгами духовного содержания, 7644 (26,6%) на светские темы и 3984 (13,8%) научно-популярных, главным образом по вопросам сельского хозяйства36.
Составителям житийной литературы, распространявшейся среди крестьян, предъявлялось требование, чтобы жития действовали на воображение, ум и сердце. Многочисленные отзывы, однако, говорили о том, что эта литература не пользовалась популярностью у народа. При опросе крестьяне говорили: «Непонятность, примешься читать, толку никакого».
Среди описанной у крестьян церковной литературы было много рассчитанной на устрашение: «Сказание об антихристе и конце мира», «Об исходе души и страшном суде», «Смерть грешника люта», «О представлении света», «Размышления о смерти, суде и аде», «Слово об исходе души и втором пришествии Христа» и т. п. Было также много книг, спекулировавших на стремлении парода к знаниям, распространявших всякого рода суеверия: сонники, оракулы, соломоны, сборники сочинений из средневековых магов и астрологов и т. п.
В 1898 г. в 2113 дворах крестьян Московской губернии описано свыше 12 тыс. книг, из них 53% «духовно-нравственных» и лишь 8% — научно-популярных. В Полтавской губернии в 1903 г. в 667 деревнях описано 20 тыс. книг. Из них 42,8% оказалось «нравственно-религиозного содержания», а разной художественной литературы, среди которой было немало религиозной — 27,7%. Некрасов писал о литературе, издававшейся для народа:
Эх! эх! придёт ли времячко, Когда (приди, желанное!) Дадут понять крестьянину, Что розь портрет портретику. Что книга книге розь?
Подбор книг для народа не удовлетворял широкие массы, особенно рабочих. Но правительство запрещало издание книг научно-популярного характера, которые давали бы народу подлинные знания. Ещё во времена министра просвещения Шишкова предлагалось бороться с изданием таких книг, так как в них, по словам царских чиновников, находились «увёртки и извороты ума», скрывавшие «неверие и нечестивые мудрствования ко вреду религии, правительства и гражданского общества». Гонения на научно-популярную литературу возросли с 60-х годов XIX в., когда правительство и духовное ведомство, обеспокоенное ростом материалистических идей и революционного движения, считало одной из его причин развитие грамотности среди народа.
В 1863 г. в журнале «Природа и землевладение» появились популярные статьи о сновидениях, в которых сны объяснялись материалистически, «из законов физики и физиологии». Журнал с этой статьёй был уничтожен за проповедь «материалистических воззрений, чем автор колеблет авторитет св. писания и церкви».
Враждебное отношение церкви к научно-популярной литературе и распространению среди народа знаний выразил орган Киевской духовной академии. В 1863 г. он писал: «Неверующее естествознание… старается сделать известными повсюду свои нетвёрдые результаты изданием разных популярных сочинений». Церковники сетовали на то, что учёные стремятся «мысли материализма влить в плоть и в кровь нового поколения».
Даже такая книга, как «Путешествие к центру Земли» Жюля Верна вызвала недовольство со стороны духовенства. Ревнители православия писали об увлекательном романе Жюля Верна, что он «способствует развитию в юношестве антирелигиозных идей, уничтожает доверие к св. писанию и подрывает уважение к законоучителю»37.
В 70-х годах XIX в. в России стал издаваться один из первых научно-популярных журналов «Знание», который знакомил широкие круги читателей с материалистическими идеями в области естествознания. За «материалистические тенденции» журнал закрыли.
Цепких лап духовных инквизиторов не избежала популярная книга французского учёного-астронома К. Фламмариона «Мир до создания человека». Она была запрещена в 1886 г., так как в книге, по словам духовного цензора, прямо отвергаются библейские сказания о чудесах, о творении человека, также подробно доказывается происхождение человека от обезьяны38.
В 1891 г. была запрещена книга знаменитого учёного-бактериолога Роберта Коха «Природа и человечество в свете учения о развитии», в которой он в популярной форме знакомил читателей с результатами открытий в области естественных наук. Автору поставили в вину, что он, излагая учение Дарвина, пришёл к выводу об абсурдности библейских представлений о сотворении мира и человека. «Талант и эрудиция автора, — отмечал защитник православия, — говорят против него, делают книгу более увлекательной, следовательно, более опасной»39.
Талантливая книга Г. H. Гетчинсона «Автобиография Земли, общедоступный очерк исторической геологии» поступила в духовную цензуру в 1893 г., где не смогли не признать достоинства этой книги — её научность, популярность и увлекательную форму изложения. Но автор не согласовал своих взглядов с церковным учением о сотворении мира, и книга была изъята, как подрывающая основы религии40.
Запрещая книги и журналы, популяризировавшие научные знания, духовное ведомство широко распространяло собственную церковную литературу, в которой оно вело борьбу против научного мировоззрения. Церковный журнал «Душеполезное чтение», издававшийся с 1859 г., имел даже специальный отдел «духовно-поучительное изложение сведений из наук естественных». Редактором журнала в течение 30 лет был известный мракобес, епископ костромской Виссарион.
Такие же цели преследовал Журнал «Воскресный день», издававшийся с 1886 г. Под предлогом развития в народе «духа православия, церковности и христианского благочестия» он боролся против просвещения народа, распространения научных знаний. Журнал «Радость христианина», возникший в 1893 г., провозгласил своим знаменем «борьбу с духом времени» и вёл среди читателей пропаганду антинаучных религиозных взглядов. С такой же программой выступали церковные журналы: «Православный благовестник», «Божья нива», «Странник» и десятки других. Для детей церковники издавали журнал «Зёрнышко».
Насаждением церковной литературы среди народа занимались ещё многочисленные общества: организованное в 1878 г. общество для распространения священного писания, за короткий срок (1878-1900 гг.) распространившее свыше 2 млн. экземпляров евангелий; московское общество любителей духовного просвещения, которое с 1870 г. организовало специальный отдел по распространению церковной литературы; издательство Почаевской лавры; петербургское общество религиозно-нравственного просвещения, выпускавшее специальную литературу для рабочих петербургских фабрик и заводов. В этом обществе непосредственное участие принимали студенты Петербургской духовной академии, выступавшие среди рабочих с беседами на религиозные темы.
В своих изданиях церковники писали, что прогрессивная литература разлагает общество, семью, государство, что она распространяет «безбожие, кощунство и даже богохульство», является «возбудительницей и главной виновницей революции» 41.
Церковная литература не удовлетворяла рабочих, стремившихся к образованию. «Знаете ли вы, — писал петербургский “Союз борьбы за освобождение рабочего класса” в обращении к русскому обществу 10 июня 1896 г., — что в России нет другой среды, которая была полна такой жажды знания? Света, знания, дайте нам возможность учиться, дайте нам возможность читать, — слышатся неотступные голоса рабочего люда».
Правительство и церковь, но мере роста классового самосознания рабочих и революционной борьбы, усиливали реакционную политику по отношению к изданию научно-популярной литературы. Выступая на совещании по делам печати в 1905 г., министр внутренних дел князь H. Шаховской, в чьём ведении находился цензурный застенок, говорил, что книги научно-популярного характера «мало дают работы уму, приучают к верхоглядству…, под видом знаний в книгах преподносятся тенденциозные воззрения, развращающие душу». Но и этот мракобес вынужден был признать, что среди рабочих имеют большой успех популярные книги по политической экономии, истории, естественным наукам.
Духовенство сетовало на то, что в народе уменьшилась привязанность к религиозной книге, что научно-популярная книга подрывает «вековое народное мировоззрение», воспитывает народ в духе неуважения к церкви и Самодержавию.
Один священник рассказывал, что к нему обратилась старушка с просьбой повлиять на сына: «В церковь перестал ходить, на иконы не молится». Сын говорил ей, что на фабрике в Москве читают хорошие книжки. «Там все прописано, что и иконы, и церковь — все это лишнее».
16:08 27.12.2011
5 - Боясь просвещения народа, правительство организовало для народных библиотек особую цензуру. В правилах о бесплатных народных библиотеках, утверждённых в 1890 г., сказано, что задача цензуры — «ограждать младенствующий народ от направленной против него зловредной пропаганды антирелигиозной, антинационалистической, противонравственной, противоправительственной»45. Был создан также особый комитет по рассмотрению книг для народа, куда входил представитель синода.
Над библиотеками тяготел знаменитый «каталог разрешённым книгам». Просмотр книг для помещения в каталог производился крайне медленно, например, в каталог 1903 г. были включены книги, напечатанные до 1880 г. Пополнение библиотек, даже в пределах имевшихся скудных средств, очень задерживалось, что наносило образованию народа огромный вред. В каталоге для бесплатных библиотек, изданном с одобрения синода, значилось около 4 тыс. названий. Кроме чисто церковных книг, в числе рекомендованных было много «религиозно-нравственного содержания». В каталоге 1903 г. для общественных библиотек из 7 тыс. названий более 1 тыс. приходилось па «духовно-нравственную литературу», в историческом отделе было 750 названий, а в отделе словесности — 2500, по преимуществу описаний монастырей, житий святых, князей и т. п. Зато сочинения Салтыкова-Щедрина, Глеба Успенского, Некрасова, Короленко, Чехова, Вересаева, Шевченко, Гаршина и многих других писателей в народные библиотеки не допускались. Даже в Ярославской общественной библиотеке, носившей имя Некрасова, не было сочинений Некрасова.
В каталоге числилось до 900 названий книг по естествознанию, но среди них преобладали книги по сельскому хозяйству.
В результате существовавшей системы запрещений и стеснений в стране было крайне мало библиотек. По переписи 1897 года зарегистрировано только 1785 библиотечных работников, в то же время в питейных заведениях насчитывалось 267 тыс. человек.
Несмотря на проводившуюся правительством систему запрещений, рабочие жадно тянулись к знаниям и были постоянными посетителями библиотек. В московской библиотеке им. И. С. Тургенева, открытой в 1885 г., из 100 с лишним тысяч посещений за 1886 г. рабочих было 10992, что составило 10,9% к общему числу. В шести бесплатных петербургских читальнях в 1897 г. зарегистрировано 21512 взрослых посетителей, из них рабочих — 14019 человек, т.е. 66,2%. В томской народной библиотеке из 756 читателей в 1887 г. рабочих было 273 человека, т.е. 36%48. Рабочих не удовлетворяла литература религиозно-нравственного содержания. Они требовали книг по истории, естествознанию, художественную литературу. В 1886 г. в московской библиотеке им. И. С. Тургенева «духовно-нравственной литературы было только 11,5% из числа книг, полученных читателями - рабочими; книг по истории и географии — 9,3%, художественной литературы — 59,3%, по естествознанию — 6%».
Духовенство ставило себе в заслугу, что оно открыло библиотеки при церковноприходских школах. Действительно, по статистическим данным синода, в 1898 г. при церковных школах числилось 20856 библиотек с числом книг 1896 тыс. экземпляров, т.е. по 91 книге па библиотеку, а в 1907 г. — 30649 библиотек с 6147 тыс. экземпляров книг, т.е. по 200 книг на библиотеку49. Однако многие из этих библиотек числились только па бумаге. Церковными библиотеками население пользовалось мало и неохотно, так как подбор книг был крайне тенденциозный, имелись преимущественно книги церковного и религиозно-нравственного содержания. Церковные библиотеки комплектовались синодом, издававшим для них специальные библиотечки из книг церковного характера. За 1896-1907 гг. синод разослал церковным школам 18,5 тыс. таких библиотек на 1154 тыс. руб.50 В библиотеках, распространявшихся земствами, также преобладали книги религиозного содержания.
Много библиотек числилось по отчётам Общества попечительства о народной трезвости. В 1904 г. у общества насчитывалось 1711 читален и 352 библиотеки, в которых было 127 тыс. книг, т.е. на каждую библиотеку приходилось в среднем по 60 книг. По словам обозревателя, это был разный «хлам». Такие читальни и библиотеки не пользовались популярностью у народа каждую из них посещали в среднем не более 2 человек в день.
О тенденциозном подборе книг в народных библиотеках, преследовавших цель религиозного воспитания рабочих, рассказывает корреспондент «Искры» из Богородска Московской губернии. Жалуясь на отсутствие книг в библиотеке, он писал: «Один из рабочих как-то попросил Дарвина, но на его вопрос только разинули рот. Преимущественно дают книжки, которые старательно отупляют мысли рабочего».
В журнале «Русское богатство» в статье «Русский Манчестер» буржуазный журналист клеветал на иваново-вознесенских рабочих, говоря, что они мало читают и равнодушны к знаниям. В статье «В защиту иваново-вознесенских рабочих» ленинская «Искра» писала, почему рабочие иваново-вознесенской мануфактуры не хотят брать книги в фабричной библиотеке. «Главная причина, почему рабочие плохо идут в библиотеки, заключается отчасти в плохом подборе книг, отчасти в ужасной бедности книгами последних. Религиозно-нравственных книг 20%, а берут только 10%, тогда как по словесности книг 60%, а берут 66%… А жандармский ротмистр на чинимом им допросе сурово спрашивает рабочего: почему он взял именно такую книгу, а не религиозную, к. н. житие?… На фабрике Морозова кормят самой отборной умственной гадостью, и потому рабочим незачем ходить в библиотеку… Что можно получить порядочного…, кроме лубочных изданий и поповских наставлений и одурачиваний?… Читать религиозно-нравственные книги может тот, кто желает поглупеть, мы же искренно этого не желаем».
16:09 27.12.2011
Сообщение проходит проверку модератором.
alec94 писал(а) в ответ на :
> Вы считаете активистов православия вредными существами? Я Вас правильно понял?
русская православная церковь - это яд для ума, поскольку эта религиозная секта распространяет ложь о Боге и Его Сыне Иисусе Христе, выдавая последнего за Бога:
«Да не обольстит вас никто никак: ибо день тот не придёт, доколе не придёт прежде отступление и не откроется человек греха, сын погибели, Противящийся и превозносящийся выше всего, называемого Богом или святынею, так – что в храме Божием сядет он, как Бог, выдавая себя за Бога. И за сие пошлёт им Бог действие заблуждения, так – что они будут верить лжи, Да будут осуждены все, не веровавшие Истине, но возлюбившие неправду». 2-ое Фессалоникийцам 2:3,4,11,12.
16:14 27.12.2011
Юденич писал(а) в ответ на :
>русская православная церковь - это яд для ума, поскольку эта религиозная секта распространяет ложь о Боге и Его Сыне Иисусе Христе, выдавая последнего за Бога
так они,заблудшие,никак не хoтят этого признать...
16:18 27.12.2011
Легион беснуется, и Елена с ними, ей и китайский буддизм до фени.
16:20 27.12.2011
«Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: так гнали и пророков, бывших прежде вас»
ХХ век – время особых испытаний для христиан, живших в СССР. Советское атеистическое государство возвело задачу уничтожения церкви в ранг государственной политики. Наибольшего накала гонения на церковь достигли в сталинское время, когда и возник ГУЛАГ. Слово ГУЛАГ (Главное управление лагерей) стало нарицательным для обозначения системы сталинского террора против собственного народа, а первоначально обозначало государственную структуру, управлявшую лагерями, в которых использовался подневольный труд миллионов бывших наших сограждан. Сотни тысяч христиан наряду с ними испытали на себе все ужасы ГУЛАГа. В Библии написано: «Поминайте наставников ваших, которые проповедывали вам слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их» (Евр. 13:7). И если мы помним и чтим имена людей, живших за много тысяч лет до нас, имена героев веры Ветхого и Нового Заветов, то будет неправильно забыть имена наших дедов и отцов, которые жили совсем недавно, забыть их тернистый путь страданий, исповедания веры и мученичества. Конечно, сталинский аппарат заботился о том, чтобы репрессивная система выглядела законно в глазах сограждан и мировой общественности. И поскольку по Конституции сажать за веру было нельзя, то христиан клеветнически обвиняли в политических преступлениях (шпионаж, связь с военно-шпионскими организациями капиталистических государств, контрреволюционная и антисоветская деятельность, подрыв колхозного строя и даже подготовка покушения на Сталина). Свидетельство о Христе вне стен церкви превращалось в антисоветскую агитацию, а самого благовестника объявляли врагом народа, к которому применялась печально известная 58-я статья. Таким или схожим образом христиане оказывались в лагерях ГУЛАГа. Невинно осужденных превращали в рабов тоталитарной большевистской системы и использовали для промышленного и транспортного освоения суровых и необжитых районов Сибири, Дальнего Востока и Крайнего Севера. По существу, положение узников ГУЛАГа было хуже, чем положение рабов прошлых веков. Рабовладелец все-таки проявлял заботу о питании и здоровье раба, чтобы тот мог долго трудиться и приносить прибыль. В ГУЛАГе с потерями заключенных не считались, так как поток новых осужденных с лихвой восполнял «естественную» убыль рабочей силы. Условия ГУЛАГа действительно были сродни адским. Тяготы лагерной жизни не ограничивались трудновыполнимой рабочей нормой и скудным питанием. Заключенные выполняли тяжелую физическую работу на лесоповале, в шахтах и рудниках, на общих работах. За несколько месяцев такой работы люди слабели и уже не в силах были выполнять норму, тогда им уменьшали и без того скудное питание. В результате узники слабели еще больше и вскоре умирали от истощения. Зимой – холод, летом – гнус, от которого также не было спасения, – вот удел лагерников, отбывавших «наказание» в зоне тайги и тундры. Обычным делом являлись притеснение уголовников и лагерной охраны, пытки и издевательства, избиения, убийства. Имели место и массовые расстрелы заключенных, например, в лагерях Воркуты и Колымы в 1938 году. Все это вместе взятое привело к тому, что около половины узников лагерей не дожили до своего освобождения, и в большинстве случаев родственникам ничего не удалось узнать о причине смерти и месте их захоронения. Официально сталинские лагеря назывались «исправительно-трудовыми», на деле, как перефразировали заключенные, они были «истребительно-трудовыми». В своей книге «Колыма, арктические лагеря смерти» Роберт Конквест приводит циничные слова лагерного доктора в адрес заключенного: «Тебя привезли сюда не для того, чтобы ты жил, а для того, чтобы ты мучился и умер. Если ты жив, это значит, что ты виноват в одном из двух, либо ты работал меньше, чем тебе положено, либо ты ел больше, чем должен». Лагерная система не только убивала людей, но и нравственно портила их. Стукачество, воровская этика, цинизм, издевательство над слабыми, рабский страх и другие пороки оскверняли души людей. Как отмечал в «Архипелаге ГУЛАГ» А. И. Солженицын, христиане были «единственные, может быть, к кому совсем не пристала лагерная философия и даже язык». Другой чертой, отличающей верующих, была готовность прийти на помощь. В своих «Воспоминаниях» М. М. Ермолаев, работавший на лесоповале в Коми, отмечает, как его поразили евангелисты и староверы. Они относились к тяжелой физической работе как к испытанию, посланному Богом, почти желанному, которое нужно было пройти, преодолеть. Верующие, как и некоторые из политических заключенных, помогали новичкам в артели выполнить норму, чего никогда не делали уголовники. Те, выполнив свою норму, прохлаждались, посмеивались, а то и издевались над выбивавшимися из сил людьми. Верующие же становились в пару со слабыми и тянули их, беря дополнительно к своей часть их нормы. Этим они давали возможность новичку привыкнуть к тяжелой работе, зацепиться и выжить. Сам Ермолаев – географ, ученый, неверующий, воспитанный в атеизме, поэтому его свидетельство ценно, как взгляд со стороны, показывающий, что христиане и в лагерных условиях, вопреки царившим волчьим законам, проявляли на деле любовь к ближним. Говорить о Боге было опасно. Лагерная администрация строго наказывала тех, кто активно распространял весть о Христе, и старалась не допустить духовного общения христиан, их совместных молитв. Если начальство узнавало о таких собраниях, то пресекало их, переводя верующих в другие места. Братьев всячески стремились разъединить, но их порой оказывалось слишком много, поэтому вообще пресечь духовное общение не удавалось. Верующие собирались тайно. За участие в запрещенных собраниях сажали в штрафной изолятор или даже увеличивали лагерный срок. Но и в таких условиях верующие, те, кто были покрепче духом, находили возможность свидетельствовать. Лютеранский пастор Харри Хаамер, эстонец, арестованный в 1948 году за «слишком вольные проповеди», написал книгу воспоминаний «Наша жизнь – на небесах», в которой рассказал о своих восьми годах жизни в колымских лагерях. В книге есть эпизод о его разговоре в бараке Магаданского пересыльного лагеря с двумя мусульманами, один из которых был муллой. Пастор Хаамер читал им Нагорную проповедь, которую мусульмане слушали спокойно, пока не услышали призыва Иисуса Христа возлюбить врага своего. В последовавшей полемике мусульмане позицию Корана в этом вопросе определили так: «Для брата сердце должно быть открыто, для гостя – накрыт стол и предложен кров. Но для врага у нас приготовлен только меч». На это Хаамер возразил: «А разве Коран не учит, что если ты хочешь убить врага – достаточно удара меча; если же ты хочешь его победить, то должен отдать ему свое сердце?» И какую победу они оценили бы выше: когда победители завоевывают землю, усеянную трупами и на которой дымятся пожарища, или когда победитель имеет возможность ходить рука об руку, как с братом, со вчерашним противником? Мусульмане признали второй вариант более предпочтительным. «Но обязательным условием такой победы как раз и является заповедь «возлюби врага своего», – заключил пастор Хаамер. ГУЛАГ подвергал жизнь верующих тяжелым испытаниям. Николай Петрович Храпов юношей, только что обратившимся к Богу, попал за исповедание веры на Колыму. Он запомнил слова, сказанные ему кем-то из верующих: «Сохрани веру, и вера сохранит тебя». Правдивость этих слов подтверждалась лагерным опытом: если человек хранил веру, то Бог хранил верующего в самых тяжелых обстоятельствах. Случаев, когда Господь избавлял верующих от неминуемой смерти, было немало. Когда православный священник о. Захарий (Куценко) из-за болезни не смог подняться с нар и выйти на работу, его избили лагерные охранники и бросили в штрафной изолятор на пять суток. Очнулся он от страшного холода, который пронизывал все тело. Промерзшие стены камеры были покрыты толстым слоем изморози. Священник понял, что его бросили сюда умирать. Посиневшими, бескровными губами он шептал молитву: «Господи, прости их, ибо не ведают, что творят». Каждое слово молитвы давалось с трудом. Каждое движение причиняло боль. Временами он терял сознание. Превозмогая муки, о. Захарий молился непрестанно. Через пять суток явились охранники, чтобы отнести тело в морг, но с удивлением обнаружили, что в истощенном высохшем теле священника все еще теплилась жизнь. Они не могли понять, почему зэк остался жив, пролежав пять суток в каменном мешке на ледяном полу, больной и голодный. Отсюда всех отвозили на кладбище.
16:22 27.12.2011
Религии -- пережитки прошлого!
Кто бы донёс эту великую мысль до Папы Римского.................
Пора собрать в дорогу миссионеров атеистов... Пусть несут свет правды по всему миру.
16:23 27.12.2011
Легче было выжить тем, кому удавалось устроиться работать внутри лагеря, в тепле и под крышей. Некоторые из братьев, доживших до освобождения, свидетельствовали, что поначалу едва не погибли на общих работах, но затем им представилась счастливая возможность сменить работу. Так, Иоанн Марк (Галустьянц) получил место повара, пастор Хаамер – лагерного плотника, Николай Храпов – помощника маркшейдера в конторе, Федор Жубинский – кузнеца в механических мастерских. Удивительно, но страдания, которые переживали в лагерях люди, подчас оказывались целительными, очищающими душу. Некоторым они помогли обрести спасительную веру в Бога. Пример Александра Исаевича Солженицына хрестоматиен. Лагерные страдания, неизлечимая болезнь, встреча с верующим врачом-христианином и чудесное исцеление содействовали его обращению к Богу. И потому в своем «Архипелаге», ссылаясь на личный опыт, он, пишущий с болью и осуждением о ГУЛАГе, парадоксальным образом провозглашает: «Благословение тебе тюрьма!» Богу слава и особая честь тем христианам, кто был верен до смерти и кто не отрекся от веры даже под пытками. Солженицын рассказал про верующую старушку, которую в 1937 году, в разгар Большого террора, в тюрьме НКВД мучили нескончаемыми ночными допросами. Два года назад у нее останавливался на ночлег скрывавшийся от преследования митрополит. На вопрос, куда он направился дальше, старушка отвечала: «Знаю. Но не скажу! Ничего вам со мной не сделать, хоть на куски режьте. Ведь вы начальства боитесь, друг друга боитесь, даже боитесь меня убить. А я не боюсь ничего! Я хоть сейчас к Господу на ответ!» Да, были такие, кто с допросов не вернулся, кто был верен до смерти, не отрекся от Бога, не предал никого! И вот что удивительно, бесправные, оклеветанные, мучимые и убиваемые христиане в каком-то смысле оставались хозяевами положения. Они были немым укором и приговором своим палачам. Жизнь наших отцов и дедов пришлась на беспримерно жестокую атеистическую эпоху, и они достойно пронесли свой крест исповедников и мучеников. Их свидетельства, написанные слезами, потом и кровью, их подвиг веры ради Христа не должны быть забыты! Они не должны быть забыты нами, последующими поколениями христиан! «РАБОТА ПО ОТРЫВУ ОТ ЦЕРКВИ» Пятьдесят лет назад Советское государство развернуло очередную кампанию гонений против Церкви и верующих. Толчок дал XXI съезд КПСС, состоявшийся в январе 1959 года. На нем было объявлено о «полной и окончательной победе социализма в СССР». Глава партии и государства Н.С.Хрущев провозгласил начало перехода страны к коммунизму. Так партия называла свой утопический проект. Построить общество, в котором должны были найти удовлетворение все потребности советских людей, намечалось к 1980 году. В ближней перспективе, к концу семилетки, Советский Союз должен был по всем экономическим показателям «догнать и перегнать Америку» и стать первой державой мира. В новом обществе религия и люди, поклоняющиеся Богу, должны были целиком исчезнуть. В этой связи на съезде прозвучали слова Хрущёва, что уже через семь лет он покажет по телевидению «последнего попа».
16:24 27.12.2011
Широким фронтом против религии Особенностью хрущевских гонений было то, что, кроме спецслужб, в антирелигиозную работу были активно вовлечены буквально все силы государства и общества: партийные и советские органы, администрация предприятий, рабочие коллективы, профсоюзы, комсомол, общественные организации. Эта тотальность гонений должна была создать для верующих атмосферу отвержения, культурной изоляции, в которой они чувствовали бы себя гражданами второго сорта, изгоями общества, недостойными вместе со всем народом войти в светлое будущее. Одна советская поэтесса писала в те годы: «Молиться можешь ты свободно, но так, чтоб слышал один Бог». Уполномоченным по религиозным культам подготовливались под грифом «секретно» и направлялись в обкомы и горкомы КПСС поименные списки верующих «для проведения соответствующей атеистической работы по отрыву от церкви». Затем из отдела агитации и пропаганды обкома и горкома КПСС фамилии верующих доводились до парткомов и администрации предприятий для проведения воспитательных бесед. Против тех, кто не поддавался перевоспитанию, применялись различные меры административного воздействия, вплоть до увольнения. Для христиан настало трудное время…. Исторический урок Сначала Хрущёв сделал хорошее дело, осудив культ личности Сталина и освободив многих узников ГУЛАГа. Но затем он вознамерился построить коммунизм. Беда была в том, что Хрущёв мыслил его полностью атеистическим обществом. Для него это было столь принципиально, что, приступив к делу, он тут же объявил не просто очередную антирелигиозную кампанию, а решительную войну всем верующим в Бога до победного конца. Он заявил, что к 1965 году покажет по телевидению последнего священника. На самом деле недолго осталось ему, ибо, согласно Библии, касающийся верующих касается зеницы ока Бога (Зах. 2:8). Поэтому 14 октября 1964 года телевидение в последний раз показало Хрущева в качестве первого лица партии и государства. Последовало беспрецедентное в Советском Союзе смещение вождя со всех постов, и его товарищи по партии исполнили небесную волю, о чем вряд ли догадывались. После этого политика советского государства в отношении верующих несколько смягчилась, а антирелигиозная идеологическая компания резко пошла на спад. Попытка искоренить верующих провалилась. Господь был им защитником и в очередной раз исполнил обещание, что врата ада не одолеют Его Церкви (Мф. 16:18). www.mirvam.org
16:33 27.12.2011
Без религии в разы было бы больше душевно больных. Есть кому не так необходима, а кому-то очень и надо, и полезна. А кому-то естественное состояние быть с Богом. Душевная болезнь, кстати, во много раз сильнее терзает человека, чем физическая болезнь, и у очень многих душа крайне ранима. И терзает не только тех, у кого нездоровье, но и всё окружение.
Всем с еврейской кровью надо и можно заниматься лишь синагогами, а на чужой каравай хлебало не разевай.
16:43 27.12.2011
Создание религий было очень умным шагом древних для поддержания мира и стабильности в обществе, но человеческая природа требует власти. Я считаю до тех пор пока власти будет выгодно существование Бога - он будет На протяжении истории отношения власти и религии постоянно менялись . Сегодня ( как и в былые времена) религия- есть часть власти, недавнее собрание политической элиты, где присутствовал весь свет духовенство. Где ж светское государство может быть...
16:53 27.12.2011
Справка: за 1944-45 годы в Совет по делам религии СССР поступило 5 770 заявлений об открытии церквей, из них к 21 августа 1945 года было удовлетворено 414 ходатайств. На оккупированной фашистами территории было открыто 6 500 храмов. К июлю 1945 г. на территории РСФСР насчитывалось 2 300 Православных храмов, на Украине - 6 072, в Белоруссии - 633, в Прибалтике - 343, Молдавии - 615. К июлю 1945 года на территории СССР действовало 10 242 церкви. - Вадим Николаевич, сразу ли после начала войны с нацистской Германией стало что-то меняться в отношениях государства и Церкви? - С началом войны общество сразу было вынуждено вспомнить о Церкви. В газетах замелькали статьи, так или иначе связанные с деятельностью Русской Церкви: это и заявления церковных иерархов, и информация о сборе верующими пожертвований на нужды фронта… Мной проанализировано более ста таких публикаций в центральных и куйбышевских газетах, где так или иначе затрагивалась церковная тематика. А до этого в прессе шло только шельмование Церкви или о ней вовсе не упоминали. И тут вдруг резко прекратилась публикация атеистических статей. Да и союз воинствующих безбожников фактически прекратил свое существование. Прекратились массовые аресты духовенства, оголтелые преследования верующих. Если что-то и происходило подобное в первые месяцы войны, то в совсем иных масштабах, чем раньше, и только по инерции. - В каком положении находилась Русская Церковь на начало войны? - Фактически Церковь была разгромлена. Вертикаль управления была разрушена: многие епархии не имели Правящих Архиереев, почти все Архипастыри были или расстреляны, или находились в лагерях. Архиерейский собор 1943 года сумел собрать всего около двух десятков чудом выживших в революционной вакханалии Архипастырей. Когда в 1943 году Митрополит Сергий (Страгородский) подал Сталину список церковных иерархов, которых предлагалось вернуть из лагерей на пустующие Архиерейские кафедры, оказалось, что большинство иерархов из этого списка уже были расстреляны. Не только Архипастыри, но и все духовенство как класс было почти полностью уничтожено… - Но оставались миллионы верующих людей - их-то всех уничтожить было невозможно!.. - Верующим оставалось, несмотря ни на что, подавляющее большинство крестьянского населения страны. В городах атеистическая работа дала себя знать, но и там было немало «стихийно верующих». Но вот окормление этой обезглавленной паствы в те годы почти не происходило. В Самарской (в то время Куйбышевской) области на начало войны было всего два храма -
Танковая колонна имени Димитрия Донского, созданная на пожертвования верующих.
16:58 27.12.2011
(с) Религии -- пережитки прошлого!
Вот атеисты и безбожники мне чем-то напоминают "гейское племя".... С их постоянным желанием вылезти из подвалов "Гей-Клубов" и донести свою "голубую правду" до остального общества.
Так и тут... Ну не веришь - не верь... Но не надо же со своим неверием лезть к остальным.... Это не прилично в конце концов.
17:06 27.12.2011
Bravo писал(а) в ответ на :
> Религия это инструмент управления массами людей,придуманный издревле... > 21 век , не пора ли закрыть все религии, по крайней мере в цив.государствах? > а душевно слабых к психологу, на излИчение...>
Забавно слышать такое от преверженца многобожия (Маркс, Энгельс, Ленин, Сталин).
Ну,вот и истинное лицо перестройщиков показалось
