Страницы истории

Log in | Registration
Go to the first message← Previous page Next page →Go to the last message

Какой Победой гордимся?

  avenarius
avenarius


Messages: 6283
20:17 07.03.2019
Гражданин мира (Herovim) писал (а) в ответ на post:
> EOOleg (awex130) писал (а) в ответ на сообщение:
>> Гражданин мира (Herovim) писал (а) в ответ на сообщение:
>>> советские войска стреляли в бойцов Красной армии
quoted3
>>Весна влияет…
quoted2
>Надеюсь, и у Вас когда-нибудь Весна начнётся ….
quoted1

Её нам Навальный с американским послом на Болотную площадь принесёт…
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 6283
15:18 24.03.2019
«Хороший нацист — только в гробу» История уничтожения Цукурса





6 марта 1965 года в окрестностях Монтевидео в ящике сотрудниками полиции был найден труп мужчины с проломленным черепом и огнестрельными ранениями. В руках мертвеца находилась короткая записка: «Хороший нацист — только в гробу». Здесь же находились документы с описаниями преступлений некоего Цукурса, совершенных им в рижском гетто. После выяснения личности погибшего, выяснилось, что убитым действительно был бывший латышский офицер СД Герберт Цукурс, разыскиваемый международным трибуналом за ма

Читать далее: https://isralove.org/load/2-1-0-2484?utm_source=...
Link Complain Quote  
  A 13437
13437


Messages: 14298
15:42 24.03.2019
Как сообщило издание Latvijas avīze, Генпрокуратура Латвии приняла решение закрыть начатый еще в 2006 году уголовный процесс о возможной причастности латышского летчика Герберта Цукурса к уничтожению еврейского мирного населения.

Закрытие расследования связано, по версии латвийского ведомства, с отсутствием в действиях господина Цукурса состава преступления (он не убил не одного человека).

«Также не была установлена ни одна конкретная и живая личность, в отношении которой имелись бы основания проводить дальнейшее следствие о возможном участии в массовом уничтожении гражданского населения еврейской национальности», — заявили в Генпрокуратуры Латвии.

«Все эти 70 лет нас узнавали, как семью убийцы. Я титул „дочь убийцы“ несла с поднятой головой. Это очень больно. Теперь это имя наконец очищено», — заявила она.

Близкие Цукурса считают, что после решения прокуратуры сняты все моральные препятствия, мешавшие перевезти останки Цукурса из Бразилии в Латвию.

«Отца нужно похоронить на Братском кладбище, ведь он был настоящим борцом за свободу», — считает его дочь.

https://theworldnews.net/lv-news/doch-tsukursa-b...
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 6283
16:02 24.03.2019
A 13437 (13437) писал (а) в ответ на post:
>
> "Отца нужно похоронить на Братском кладбище, ведь он был настоящим борцом за свободу", — считает его дочь.
quoted1

Не удивительно…
Сейчас на волне русофобии и антисемитизма, вся эта мразь голову поднимает, гнилые кости палачей с почётом достают и «обогревают» холодным, смрадным дыханием фашизма….
Видимо, придётся России вспомнить благородную миссию Советской державы и ещё раз «поставить точку» в бурной нацистской деятельности недобитков — «дочерей и сыновей» гитлеровских пособников…
Link Complain Quote  
  Strit42
Strit42


Messages: 28
20:43 24.03.2019
Гражданин мира (Herovim) писал (а) в ответ на post:
> Но это не помогло. В 1941-ом вновь массовое восстание войск, ещё помнящих 1914-ый год. Мог ли Вермахт за несколько месяцев дойти до Волги и Москвы? Никогда. Это восставшие части РККА пытались захватить Сталинград, Ленинград и Москву. А вот использовал ли Сталин войска вермахта для подавления восстания? Несомненно. А как бы он объяснил широкомасштабные бои на территории страны между частями армии? Ведь «жить стало лучше, жить стало веселей». Только с использованием иностранных войск, и можно было их объяснить как войну с агрессором. Когда появились бесспорные свидетельства, что свои стреляли по своим, то официальные историки сразу же выдвинули изуверское объяснение про заград. отряды НКВД. Какого чёрта?! Это создаваемая Сталиным Советская армия совместно с вермахтом громили Рабоче-Крестьянскую Красную Армию. ……"
quoted1

У вас галоперидол закончился?
Link Complain Quote  
  A 13437
13437


Messages: 14298
01:14 25.03.2019
avenarius (avenarius) писал (а) в ответ на post:
> Сейчас на волне русофобии и антисемитизма, вся эта мразь голову поднимает, гнилые кости палачей с почётом достают и «обогревают» холодным, смрадным дыханием фашизма….
> Видимо, придётся России вспомнить благородную миссию Советской державы и ещё раз «поставить точку» в бурной нацистской деятельности недобитков — «дочерей и сыновей» гитлеровских пособников…
quoted1

Так он же в 1940 колхозный строй устанавливал…

За это красные его и не трогали.


i в войну людей спасал…
Link Complain Quote  
  Grazhdanin mira
Herovim


Messages: 8796
18:52 27.03.2019
avenarius (avenarius) писал (а) в ответ на post:
Expand message beginning

> И трубки возбуждающий дымок
>
> Двоих окутал, там где только мог…
quoted1
Это говорит лишь о возможности зомбирования масс
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 6283
08:36 06.05.2019
Этюд в чекистских тонах
Исполняется 115 лет со дня рождения Георгия Брянцева — легендарного чекиста и писателя

Андрей Ведяев





Жизнь многогранна, и ее невозможно загнать в жесткие рамки. Она расцвечена всеми цветами радуги, которые, переливаясь, создают то многообразие эмоций, которое только и дает ощущение ее полноты. Поэтому вряд ли можно согласиться с широко растиражированным в последнее время утверждением, что мол «цвет Победы — красный». Правда здесь лишь в том, что красным является знамя Победы. А сама Победа сверкает всеми цветами радуги, и в этом спектре опытный глаз различит неброскую, но крайне устойчивую гамму: синие шаровары, васильковые фуражки и краповые петлицы с малиновым кантом. Эти цвета не только наполняют Победу, но и нередко символизируют собой последний резерв, гвардию, элиту, с помощью которой закрывали бреши в обороне и проникали в самое логово врага. Поэтому не удивительно, что в легендарной «Библиотеке приключений», выпускавшейся в СССР с 1955 года, наряду с «Записками о Шерлоке Холмсе» Конан Дойля и «Тремя мушкетёрами» Александра Дюма присутствует и чекистская тематика: в 1968 году в пятнадцатом томе второй серии изданы повесть Дмитрия Медведева «Это было под Ровно» и повесть Георгия Брянцева «Конец осиного гнезда».
А двумя годами раньше, в 1966 году, на широкие экраны страны вышел двухсерийный художественный фильм «По тонкому льду», снятый по одноименной и во многом автобиографичной повести Георгия Брянцева — чекиста, разведчика, диверсанта, почётного сотрудника госбезопасности и талантливейшего писателя, всю жизнь посвятившего органам госбезопасности. Также, как и Герой Советского Союза, полковник Дмитрий Медведев, он уже в 20-е годы борется с бандитизмом, в 30-е — со шпионажем, был под угрозой увольнения в 1937-м, но возвращен на оперативную работу и всю войну действовал по линии 4-го Управления НКВД-НКГБ СССР Павла Анатольевича Судоплатова, выполняя опаснейшие задания и проводя головокружительные операции в тылу немецко-фашистских войск. Георгий Брянцев и Дмитрий Медведев первыми, уже в 1948 году, рассказали об этом в художественной форме и ушли из жизни в одном и том же возрасте — 56 лет…





И вот завтра, 6 мая 2019 года, Георгию Михайловичу Брянцеву, человеку-легенде, «рыцарю без страха и упрёка», исполняется 115 лет. «Мне ничего не надо выдумывать, я опираюсь только на живой материал, который видел и сам прочувствовал», — говорил он. Вот, например, как психологически точно передает он встречу с немецким патрулем в оккупированном Орле:
«Ненастье поздней осени. Ни луны, ни звёзд. Темень. Я шлёпаю по лужам, разъедающим тротуар, по грязи, липкой и тягучей, как смола.
— Halt! — раздаётся требовательный окрик, и я останавливаюсь. От серой стены дома как бы отделяются два чёрных пятна и, пересекая булыжную мостовую, медленно направляются ко мне. Жду. Двигаться нельзя. И нельзя идти навстречу. Гитлеровские порядки мне знакомы. В нескольких шагах от меня вспыхивает свет ручного фонаря. Его острый голубоватый лучик ощупывает меня снизу доверху и гаснет. Становится еще темнее. Патруль подходит вплотную. Лиц солдат я не могу разглядеть. Тот же резкий простуженный голос требует:
— Ihren Ausweis!
— Bitte sehr! — отвечаю по-немецки. Подаю. Вновь вспыхивает фонарик. Теперь я вижу конец ствола автомата. Его отверстие холодно глядит на меня. Лучик света пробегает по бумажке и меркнет.
— Hände hoch! Руки вверх!
— Ich bin Ssuchorukow, Dolmetscher des Bürgermeisters — Я Сухоруков, переводчик бургомистра.
— У вас кончился пропуск.
— Вы не обратили внимания — пропуск продлён. На обороте есть печать и подпись военного коменданта.
— Sie dürfen gehen — Можете идти.
— Danke sehr, — отвечаю я, получаю документ и опять шагаю по грязному тротуару.
Да, фортуна разведчика очень капризна. Это хождение по тонкому льду. Неверный шаг, лёд треснул — и гибель без возврата…»
В этом небольшом отрывке и ужас человека, еще вчера свободно ходившего по своей родной земле, а сегодня вынужденного молить о пощаде раздавивших эту свободу захватчиков, и романтическое возбуждение от мысли, что ты сильнее их, ты вооружен знанием их языка, их повадок, их смыслов — и ты победишь, ты выполнишь задание Родины.
Успех фильма «По тонкому льду» во многом обусловлен тем, что сценарий к нему, написанный тогда еще никому не известным Юлианом Семёновым, практически слово в слово повторяет лежащую в его основе повесть Георгия Брянцева. Кроме того, на протяжении всего фильма звучит замечательная песня о друге на слова Михаила Матусовского:

Друг не тот, с кем в праздник распевают песни
И не тот, с кем делят чашу на пиру.
В трудную минуту с ним встречают вместе
Беды и потери, холод и жару.

Продержись хоть сутки под огнем в овраге,
Обойди экватор и полярный круг,
С ним глоток последний отхлебни из фляги,
И тогда узнаешь, что такое друг.

После невероятного успеха этого фильма — а я сам прекрасно помню, как затаив дыхание ловил на экране заставку «К пятидесятилетию органов государственной безопасности» — на зрителя словно из рога изобилия посыпались фильмы о работе советской диверсионной разведки, которые впервые приоткрыли завесу над деятельностью отрядов специального назначения НКВД-НКГБ в тылу врага. Эти отряды совершали диверсии на коммуникациях противника, уничтожали его штабы и комендатуры, инициировали партизанское движение на временно оккупированной территории, внедрялись в разведшколы Абвера и Цеппелина. Все это нашло отражение в таких лентах, как «Два года над пропастью» (1966), «Сильные духом» (1967), «Майор „Вихрь“» (1967), «Путь в „Сатурн“» (1967) — и это при том, что сам руководитель 4-го Управления НКВД и создатель всего этого разведывательно-диверсионного механизма, генерал-лейтенант Павел Анатольевич Судоплатов в это же время отбывал 15-летний срок во Владимирском централе по сфабрикованному хрущёвскими сатрапами «делу Берия». С приходом к руководству госбезопасности Юрия Владимировича Андропова эта «беспроигрышная» чекистская серия продолжилась. Последовали не менее успешные фильмы о чекистах, такие как «Щит и меч» (1968), «Мёртвый сезон» (1968), «Ошибка резидента» (1968), «Адъютант его Превосходительства» (1969) и другие, в которых были задействованы самые лучшие силы советского кинематографа. Это был безусловный триумф нового руководства КГБ при СМ СССР, убедившего общество в необходимости выявления и пресечения разведывательной, организационно-пропагандистской и подрывной деятельности противника, включая вскрытие механизма вербовки и вовлечения советских граждан в организованную оппозицию существующему строю.
«Еще до войны мы знали, что люди, населяющие нашу огромную страну, не одинаковы, — писал Георгий Брянцев в повести „По тонкому льду“. — Одни активно, не жалея сил, строили новую жизнь — таких было подавляющее большинство. Другие предпочитали стоять в сторонке. Они не мешали, но и не помогали нам, приглядывались, прислушивались, охали или хихикали. Во всяком случае, реальной угрозы не представляли… Третьи — оголтелые, ненавидящие звериной ненавистью все новое, подчас открыто, подчас рядясь в овечьи шкуры, вредили нам… Они ждали оккупантов и стали активно служить им. Из них комплектовалось так называемое русское самоуправление, рекрутировались полицейские отряды, вербовались провокаторы, предатели, платные агенты гестапо, осведомители абвера, диверсанты. И они, эти бывшие русские люди, знающие уклад нашей жизни, имеющие обширные связи среди горожан, знакомые с подлинной гражданской биографией многих людей, были страшнее и опаснее гитлеровцев».
А ведь на счету этой «пятой колонны» соучастие в убийстве 15 миллионов мирных советских граждан на оккупированных территориях…




Семья Брянцевых Георгий крайний слева в первом ряду, отец Михаил Павлович — крайний справа, мать Мария Николаевна — справа

Обо всем этом Георгий Брянцев знал не понаслышке. Он родился в 1904 году в станице Александрийская на Ставрополье в семье крупного полицейского чиновника, владевшего несколькими домами с прислугой. После революции отец примкнул к белоказакам в Новочеркасске и ушел с ними в Болгарию, где и умер в 1925 году от туберкулёза. А сын стал чекистом, работал по Северному Кавказу, а в 1933 году был направлен в Якутию, где провел ряд успешных операций по ликвидации преступных группировок расхитителей золота. В 1936 году его переводят в УНКВД по Орловской области, и дальнейшие события его биографии достаточно точно отражены в повести «По тонкому льду» — разоблачение агентурной шпионской сети, которой руководил глубоко законспирированный кадровый офицер абвера «Дункель», отстранение от оперативной работы — прошлое отца не осталось незамеченным, начало войны, острая нехватка чекистских кадров:
— Тебе, Брагин (под этим именем в повести выступает сам автор — А.В.), разрешено вернуться на оперативную работу. В двух словах всего не объяснишь. Надеюсь, ты понимаешь, что обидела тебя не Советская власть?
— Какие могут быть обиды, Александр Васильевич. Война идёт…
— На стратегических направлениях наших войск активизировалась деятельность вражеских диверсионных групп. Перед нами поставлена задача — установить место расположения разведцентра, внедриться в него и парализовать его деятельность. Особая тяжесть ляжет на твои плечи, Дима. Ты один владеешь немецким языком, а это самое главное оружие в вашей группе…
«В новогодний вечер я явился к бургомистру Купейкину. Господин бургомистр, его жена и дочь торжественно ввели начальника гестапо, штурмбанфюрера СС Земмельбауэра.
— А вы не желаете работать у меня? — предложил начальник гестапо.
На короткое мгновение я представил себя в роли переводчика гестапо. Колкие мурашки пробежали по спине: страшно…
В центре города грохнул взрыв. Затем застрекотал короткой очередью автомат, и опять наступила тишина.
— Вы слышали? — как бы не веря себе, спросил гестаповец.
— Да, слышал, — подтвердил я.
Я мог бы сказать больше. Я мог бы сказать, что взлетело на воздух помещение радиоузла и радиостудии и что для этого понадобилось шестнадцать килограммов взрывчатки… Вербовочный пункт абвера, возглавляемый Штульдреером, перебросил на Большую землю и в партизанские районы уже девять троек. И все девять ведут с абвером радиоигру, поскольку из 27 диверсантов 16 — наши люди».
По данным УФСБ по Орловской области, в начале Великой Отечественной войны Брянцев Г. М. «проходил службу в должности начальника 3-го (разведывательно-диверсионного) отделения 4-го отдела УНКВД СССР по Орловской области», созданного для организации зафронтовой работы и подчиненного в дальнейшем 4-му Управлению НКВД СССР Павла Анатольевича Судоплатова. Начальником отдела был назначен Иван Сидоров, а его заместителями — Георгий Брянцев и Дмитрий Беляк. Начальником одного из отделений был кадровый разведчик Василий Засухин. Отделом была проведена большая работа по разложению созданных оккупантами карательных формирований, в том числе внедрение в немецкий разведорган «Абвергруппа-107» агента «Оса» (Андриевский), что свело на нет деятельность немецкой агентуры в тылу Западного фронта.





Согласно справке Центрального архива ФСБ, 29 марта 1942 года Брянцев и Беляк перелетел линию фронта и создали партизанский куст, объединив в нем Дятьковский, Людиновский, Бытошевский и оба Жуковских отряда. За первые два месяца было уничтожено 519 фашистов, 25 полицаев, 21 шпион, 19 контрреволюционеров, 15 предателей, 3 бандита. «Брянцев Г. М. организовал активную разведку коммуникаций противника в 11 точках, систематически передавая Западному и Брянскому фронтам, 4-му Управлению НКВД СССР и УНКВД по Орловской области ценные разведданные о противнике. Всего за этот период было передано 134 сообщения. До мая 1942 г. Брянцев Г.М. выявил 42 предателя Родины, выловил и расстрелял 36 предателей, шпионов и бандитов».
Не ушел от расплаты и пресловутый Дункель, который оказался не только резидентом абвера, но и начальником немецкой разведшколы: «Придя в себя от изумления, я произнес:
— Итак, господин Дункель, мы подошли к финишу.
Я всё больше осознавал, какой страшный человек попал в наши руки, и попал с большим опозданием. Сколько крови пролито! Как легко удавалось ему выхватывать из наших рядов жертвы! Как близоруки и доверчивы были мы…
— Вы сказали, что в 1935 году в Гомеле к вам явился человек?
— С полномочиями СД. И я не назвал его? — спросил в свою очередь Дункель. — Вы это хотели спросить?
— Да.
— Я не знаю его имени. Это мой бывший шеф — Аккуратный. Он появился неожиданно и меня учил поступать точно так же. Живет он где-то под Москвой. И я найду его вам.
Но на этот раз счастье изменило Дункелю. Как пишет Брянцев, переваливая через линию фронта, самолет, вывозивший Дункеля, «был подбит зенитным огнем и взорвался. Остатки его упали на нашу территорию».
Сохранился дневник Дмитрия Беляка, в котором он пишет: «Я занимался главным образом диверсией, Брянцев — разведкой». Вот некоторые записи за 1942 год:
4 апреля. Из штаба 16-й армии по рации получили приказ: объединенными силами всех отрядов пойти в наступление на город Жиздру, перерезать шоссейную дорогу Брянск — Жиздра, занять крупный населенный пункт Улемль и ожидать дальнейших указаний.
7 апреля. Заняли деревню Улемль. Я, Брянцев, Качалов, Мамынов выехали в район Жиздры. Поздно вечером в райотделе НКВД рассмотрели восемь следственных дел на изменников. Неожиданно к нам прибыл, перейдя линию фронта, сильный хорошо вооруженный отряд особого назначения во главе с капитаном Орловым и комиссаром Козлюком. Вместе с ними пришел корреспондент «Правды» М. Сиволобов.
16 апреля. Капитан госбезопасности Г. Т. Орлов получил приказ командующего Западным фронтом генерала армии Г. К. Жукова подчинить своему командованию все отряды нашего партизанского куста.
7 мая. Целый день я и Брянцев продумывали план операции, которую хотели провести лично… Мы решили сами выйти на железную дорогу Брянск-Рославль и своими силами подорвать вражеский поезд.
8 мая. В ранних сумерках мы с Георгием вышли, как он выразился, «на мокрое дело». Дело и в самом деле было мокрое. Вначале шел обильный мокрый снег, затем нас начал промывать не менее обильный дождь. Вот тебе и май. До самой цели шли лесными массивами… Как только прошла дрезина, мы установили мину, Георгий провел детонирующий шнур и заложил слева и справа от мины тол. От взрывателя протянули в сторону шпагат и залегли в нескольких десятках метров от полотна. Послышался разговор идущих по полотну немцев. Затем показались силуэты. Немецкий дозор прошел, не обнаружив мины. Поезд все ближе. Смутно просматривается черная туша быстро мчащегося паровоза, за ним, сливаясь в темную череду, тянутся вагоны. Едва лишь передок паровоза проскочил центр нашего «сюрприза», я сильно дернул за шнур. Тяжело вздрогнула земля. Два коротких, словно обрезанных сверху столба пламени поднялись на плотине. На секунду вырвался из мрака вздыбившийся паровоз, два сжимающихся, словно распухающих к середине, пассажирских вагона, а затем всё покрыл грохот взрыва, сменившийся лязгом раздираемого металла, треском рушившихся вагонов и воплями фашистов. Мы со всех ног кинулись в глубину леса. Сразу же поднялась сильная, хотя и беспорядочная стрельба из пулеметов, автоматов и винтовок. Слева от нас послышался громкий собачий лай. В полусотне метров от нас шли по нашему следу семеро немцев. У одного на поводке рвалась вперед овчарка. Отходить было поздно. Подпустив фрицев поближе, мы открыли огонь из автоматов короткими очередями. Три немца и собака упали. Один, правда, пытался подняться, но после выстрела Георгия снова упал, стал вертеться, как юла, и вопить. Остальные немцы бросились в лес. Дали мы по ним еще две очереди, свалился еще один немец… К счастью, пошел дождь и смыл наши следы.
14 мая. Вскоре после нашего возвращения из тыла Георгий Михайлович и я были вызваны в Москву, в наркомат госбезопасности. Товарищи из наркомата встретили нас радушно. В гостинице «Националь» отвели комфортабельный номер, обеспечили хорошим питанием и предложили отдохнуть до вызова к руководству. Дня через три-четыре мы были приняты руководством. На приеме присутствовали ответственные работники НКВД СССР. Все они подробно интересовались деятельностью партизанских отрядов, возможностью организации разведывательной и диверсионной работы в тылу противника, целесообразностью посылки с «Большой земли» специальных групп для этой цели. Ведь в это время шел только первый год войны…





Всего к лету 1943 года на Орловщине действовало 139 партизанских отрядов общей численностью свыше 60 тыс. человек. За период боевых действий лесные мстители уничтожили около 100 тыс. солдат и офицеров противника, провели множество уникальных диверсионных операций. А 5 августа 1943 года Брянцев во главе партизанского соединения входил вместе с Красной Армией в освобожденный Орёл.
Однако предстояла еще серьезная зачистка территории от вражеской агентуры, пособников нацистов и бандформирований. В октябре 1943 года Брянцев становится начальником 4-го отдела УНКВД по Орловской области и остается в этой должности до апреля 1944 года. В июне 1944 года по личному указанию заместителя начальника 4-го Управления НКВД СССР, генерал-майора Эйтингона его назначают начальником 4-го отдела НКГБ Молдавской ССР. Это был его звёздный час.
В задачу Брянцева входило выполнение особой миссии: обеспечение вывода Румынии из войны. Координировал операцию начальник Управления контрразведки «СМЕРШ» 3-го Украинского фронта, генерал-майор, впоследствии начальник ГРУ и генерал армии Пётр Иванович Ивашутин. Эти события впервые были отражены в фильме «Ход королём», вышедшем в декабре прошлого года на канале «Звезда» в серии «Секретная папка». Инициатором создания этого фильма явился главный биограф Брянцева, ветеран госбезопасности Юрий Константинович Киреев, который пригласил к участию в фильме и меня. Так что многие вопросы сценария мы разрабатывали вместе. Огромную поддержку нам оказал Центр общественных связей ФСБ России и съемочная группа канала «Звезда».
Из доклада Брянцева Ивашутину: «К маю 1944 года выявлены и взяты под контроль 1255 сотрудников и агентов румынской разведки («Специальной службы информации»), службы безопасности («сигуранцы») и полиции, а также 189 «железногвардейцев»». Благодаря этому люди Брянцева полностью контролировали настроения в окружении румынского короля Михая I, информировали о разногласиях между ним и диктатором Антонеску: первый настаивал на разрыве с Германией, второй противился этому. С другой стороны, оба они вели сепаратные переговоры с англичанами, та что существовала реальная угроза заключения Румынией нового англо-германо-румынского пакта, направленного против Советского Союза.
Чтобы не допустить этого, еще весной в Румынию под видом румынского генерала был направлен Эмиль Боднараш — кадровый румынский военный, в 30-е годы выполнявший задания советской разведки. Он был вхож в румынскую королевскую семью и мог оказать влияние на окружение Михая. 14 июня 1944 года он провел секретное совещание с представителями антигерманской оппозиции, на котором был утвержден план восстания и создан его штаб. 26 июля в Румынию была переброшена сформированная Брянцевым агентурно-разведывательная группа «Ястреб». Целью группы было создание подвижной оперативной базы 4-го отдела НКГБ Молдавской ССР в лесных массивах предгорьев Карпат в районе города Бакэу и сбор информации о противнике. Отметим, что за годы войны Брянцев забрасывался за линию фронта десять раз.




Супруги Брянцевы

С помощью Эмиля Боднараша группа «Ястреб» под видом немцев проникла во дворец румынского короля Михая I, и специальный эмиссар обратился к нему от имени Сталина. В результате 23 августа 1944 года король арестовал маршала Антонеску и объявил войну Германии, благодаря чему начавшаяся тремя днями ранее Ясско-Кишиневская операция завершилась 28 августа 1944 года с небывалыми для СССР результатами при совершенно минимальных потерях, за что Сталин наградил короля Михая I орденом Победы, являющим собой выпуклую пятиконечную звезду, в центре которой на голубом фоне изображена Спасская башня Кремля, ниже которой расположена надпись «ПОБЕДА». Генерал-майор Ивашутин был награжден орденом Ленина, а майор государственной безопасности Брянцев — орденом Красной Звезды. Эмиль Боднараш в 1947—1957 годах был министром обороны, а в 1954—1965 годах заместителем председателя Совета министров Румынской Народной Республики.
Вот такая она, Победа — с васильковым чекистским отливом…



Link Complain Quote  
  HooD
HooD


Messages: 8629
09:43 06.05.2019
Гражданин мира (Herovim) писал (а) в ответ на post:
> Сперва с материалом познакомьтесь
quoted1

Это не материал, это бред, результат белой горячки.
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 6283
07:51 09.05.2019
Забытый подвиг
памяти генерала Петровского

Сергей Бабурин





В декабре 2018-го мне удалось буквально одним днём съездить в Гомель, чтобы побывать на месте гибели генерал-лейтенанта Леонида Григорьевича Петровского, чтобы возложить цветы на его могилу. Для меня, воина-сибиряка из 80-х, не нужно было объяснять значение подвига этого человека в истории. Как-то довелось услышать мнение, что в трагичном начале Великой Отечественной войны гитлеровцы получили две увесистые оплеухи: одну — от защитников Брестской крепости, другую — от генерала Петровского.

Бесовские пляски наших недругов вокруг России обострили в наши дни важность патриотического воспитания молодёжи, роли национальных символов и героев. Когда-то Владимир Солоухин напомнил сталинское напутствие воинам, уходившим 7 ноября 1941 года прямо с парада на фронт: «Пусть вдохновляет вас в этой войне образ наших великих предков: Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова». Солоухин подчеркнул смысл этих слов: Сталин решил напомнить русским, что они — великий народ. Вторым шагом было возвращение в армию погон, появилась гвардия, затем суворовские и нахимовские училища.

То был самый простой и крайне необходимый способ поднять народ на Великую Отечественную. Ныне ситуация с необходимостью гражданского единения во многом похожа на 1941-й. И вновь встаёт вопрос о героях.

В горбачёвско-ельцинскую эпоху на нашей исторической памяти изрядно потопталась напористая компания нигилистичных либералов. Победоносца Сталина поставили на одну доску с Гитлером. А сколько грязных вымыслов вылито в печати на наших героев: Зою Космодемьянскую, Александра Матросова, отважных панфиловцев! Горько, когда ныне некоторые школьники выбирают для сочинений не героизм молодогвардейцев или Николая Гастелло, а судьбу немецких солдат, воевавших в Сталинграде, этих «невинно погибших людей, среди которых многие хотели жить мирно и не желали воевать». Я много лет поддерживаю дружеские отношения с нашим земляком, последним Маршалом Советского Союза Дмитрием Тимофеевичем Язовым. В разговорах, вспоминая своё детство и юность, он часто говорит: «У нас были герои, на которых хотелось равняться». И у нас, солдат-афганцев, такие герои тоже были.

В последние годы многое изменилось к лучшему. Чересчур одиозные фигуры отечественного неолиберализма предпочли покинуть пределы нашего Отечества, поклёвывая Россию и её президента издали. Оставшиеся сбавили тон, да и разгуляться как прежде им не дают. У власти наметился явный крен в сторону защиты наших исторических ценностей. Вспомните, какой шум подняли в прессе наши «правдоискатели» по поводу подвига 28-ми героев-панфиловцев. Под сомнение поставили сам подвиг.

Между тем, Д.И. Ортенберг, работавший в годы войны редактором «Красной звезды», в своих воспоминаниях приводит текст первой заметки о подвиге 28-ми героев-панфиловцев. Она заканчивалась словами: «Они погибли все до одного, но врага не пропустили». Прочитав заметку, М.И. Калинин позвонил редактору: «Нельзя, чтобы герои остались безымянными». И Ортенберг отправил в дивизию специального корреспондента, который на месте уточнял детали. Причём уточнил не только в политотделе, но и у командиров соответствующих подразделений. Коллективно именно они определили поимённый список героев. Позже выяснилось, что кое-кто уцелел в той «мясорубке». Тогда этому не придали особого значения. Геройской была вся дивизия во главе с её легендарным командиром.

Но в пору разгула демократии за это разночтение ухватились. И пошло-поехало… И вот, о чудо! Наконец-то догадались заглянуть в военные архивы. Оказалось, и подвиг был, и герои были.

И ещё новость — из последних. Наметился иной взгляд и на войну в Афганистане. Помните, как доморощенные пацифисты бросали с усмешкой нам, возвращавшимся оттуда, в лицо: «Мы вас туда не посылали». Теперь всё более очевидно, что посылали совсем и не зря. Уже тогда была актуальной проблема защиты наших южных границ.

Вот чуть ли не за полтора года заговорили о подготовке к празднованию 75-летия нашей Великой Победы. Президент России В.В. Путин сказал: «Забыть о подвиге народа просто недопустимо». Пора, думаю, вернуться и к справедливой оценке подвига генерала Л.Г. Петровского…

Об этой ныне почти забытой героической фигуре мне напомнил Дмитрий Тимофеевич Язов. Ушедший в 1941-м на фронт 17-летним пареньком, он с высоты пройденных фронтовых дорог и многих десятилетий армейской службы описал события тех летних дней в книге «Битва под Москвой. Рождение полководцев».

В июле 1941 года к восточному берегу Днепра подошёл 63-й стрелковый корпус во главе с Леонидом Григорьевичем Петровским, тогда комкором. Корпус в срочном порядке был переброшен из Приволжского военного округа для укрепления Западного фронта. Это была серьёзная боевая единица: три полноценные дивизии, корпусные части, два гаубичных артиллерийских полка, гаубичный артиллерийский полк большой мощности резерва Верховного Главнокомандования.

На западном берегу обосновались немцы. Они уже хозяйничали в Минске, Витебске, Бобруйске. Рвались к Гомелю и Смоленску. Делали несколько попыток форсировать Днепр. Но пока безуспешно. И вот 13 июля, ночью, используя подручные средства (мосты были взорваны), корпус скрытно переправился на западный берег. К полной неожиданности немцев. В ходе ожесточённых атак Петровский отбил у врага два наших города — Жлобин и Рогачёв.

Когда доложили об этом Сталину, он распорядился включить пришедшую новость в вечерний выпуск Совинформбюро. Маршал Язов пишет: «Информация об освобождении первых советских городов, захваченных противником, была объявлена 13 июля 1941 года. И народ с радостью узнал: оказывается, не так страшен Гитлер, как его малюют. Это сообщение вселяло уверенность в будущей победе».

А корпус с боями двигался на запад, к Бобруйску, попутно сбивая спесь с чванливых немецких генералов. Недаром вспоминая тот начальный период войны, Курт фон Типпельскирх в своей «Истории Второй мировой войны» заметил: «Это был противник со стальной волей».

Недавно наше телевидение показало киноэпопею Юрия Озерова «Битва за Москву». Там есть тот самый эпизод, где Сталину сообщают о взятии Жлобина и Рогачёва. А дальше следует сцена, где Гитлер распекает виновников этого поражения и слышит в ответ, что нужны подкрепления, чтобы справиться с корпусом Петровского. Не знаю, была ли в действительности такая сцена с Гитлером, но то, что его воякам тогда здорово наподдали, остаётся историческим фактом, который подтверждают и сами немцы. Заглянем в военный «Дневник» фон Бока. Он в то время командовал группой армий «Центр», куда входила 2-я армия генерал-полковника Вейхса. Именно с ней схватился в смертельном поединке наш 63-й стрелковый корпус. «Русские, — пишет фон Бок, — начинают наглеть на южном крыле 2-й армии. Они атакуют около Рогачёва и Жлобина». Дальше: «Полевые части жалуются на эффективную работу русской артиллерии». Ещё запись: «Атака в южном направлении силами группы Гудериана обязательно захлебнётся на правом фланге, поскольку под Рогачёвым дислоцируются крупные силы русских».

Корпус Петровского, преодолевая яростное сопротивление врага, продолжал двигаться к Бобруйску. Вскоре его бойцы штурмом взяли станцию Красный берег.

Позднее, в 1943—1944 годах, в тех местах гитлеровцы организуют один из донорских детских концлагерей, где у малышей брали кровь для нацистских солдат и офицеров. У многих детей сразу кровь выкачивали до последней капли, они тут же умирали. Кроме того, из этого пункта несколько сотен детей для использования по тому же назначению отправили в Германию. Сейчас в Красном береге располагается мемориальный комплекс памяти детей и жертв фашизма. Неплохо было бы время от времени возить туда и наших детей, чтобы они не слишком печалились о судьбе «невинных немцев».

В связи с попытками ползучей реабилитации нацизма приведу свидетельство видного гитлеровского военачальника Гальдера: «Непоколебимо решение фюрера сравнять Москву и Ленинград с землёй, чтобы полностью избавиться от населения этих городов, которое в противном случае мы потом будем вынуждены кормить в течение зимы. Задачу уничтожения этих городов должна выполнить авиация».

Непостижимым является то, что находятся люди, оправдывающие Гитлера, Бандеру, Власова, Шухевича. Таким «правдоискателям» надо давать решительный отпор. И противопоставлять им подлинных героев.

Вернемся к нашему Петровскому и его героическому корпусу. После войны начальник штаба Центрального фронта Леонид Михайлович Сандалов напишет: «Безусловно, в тех условиях прорыв корпуса Петровского на Бобруйск был выдающимся событием». А маршал Жуков добавит: «В то время это имело большое значение». Ещё бы! Ведь на днепровском рубеже Петровский со своим корпусом на целый месяц задержал рвавшихся к Москве немцев!..

Не случайно маршал Язов в своей книге о Битве за Москву большое внимание уделяет подвигу легендарного генерала.

К концу июля корпус Петровского вклинился в оборону противника на глубину до 30 километров. Такой отрыв от основных сил фронта грозил серьёзными последствиями. Предвидя опасность окружения, штаб фронта приказал Петровскому перейти к обороне. Приказ был получен 31 июля. Одновременно с ним пришло ещё одно сообщение, о котором Леонид Григорьевич поспешил сообщить домой: «Рогачёв и Жлобин заняты моими войсками, и за эти победы мне присвоено звание генерал-лейтенанта, а остальным — генерал-майора. Это мои командиры дивизий. Гадов-немцев бьём и будем бить нещадно».

Сохранились несколько фронтовых писем Леонида Григорьевича. Часть из них находится в Гомельском областном Музее военной славы, где очень трепетно хранят память об отважном генерале. Часть писем — у дочери Леонида Григорьевича, Ольги Леонидовны. Ей 92 года. У неё ясный ум и хорошая память. Хочется верить, что она дождётся дня, когда заслуги её героического отца оценят по достоинству.

Вот несколько отрывков: «У нас сегодня полный выходной. Враг сидит смирно, после того, как мы набили ему морду <…> Захватили пленных. Они говорят, что много их побили. Правда и нам нелегко. Сейчас сижу в штабной машине, а наша артиллерия бьёт залпами по немцам <…> Мне, что называется, везёт, хотя иногда бываю и в самом пекле, но выхожу целым и невредимым…»

Хотя вряд ли бодрый тон обманывал близких…

Больше месяца 63-й корпус сражался на западном берегу Днепра, практически в немецком тылу. На борьбу с ним было брошено семь вражеских дивизий. Кольцо окружения постепенно сжималось. В ходе этих боёв генерал Петровский был назначен командующим войсками 21-й армии. За ним в тыл врага отправили специальный самолёт. Прочитав врученное ему предписание, Леонид Григорьевич велел лётчику взять на борт тяжелораненого бойца, а сам лететь отказался. Сказал, что оставить людей в такой тяжёлой ситуации равносильно бегству. Попросил отсрочить вступление в новую должность до выхода из окружения.

Перед прорывом был издан один из последних его приказов: «Всему начсоставу вне зависимости от званий и занимаемой должности в период ночной атаки и вплоть до соединения частей корпуса с остальными силами Красной Армии — находиться в передовых цепях, имея при себе эффективное оружие. Задача — объединить вокруг себя красноармейцев и начсостав и вести их на Губичи».

В сложной обстановке ему удалось оторваться от наседавшего противника и к исходу 14 августа он начал переправу одной из своих частей через Днепр. Это была 154-я дивизия, в которой на главном направлении прорыва находились бойцы Героя Советского Союза Ф.А. Баталова. Частям удалось прорвать кольцо окружения в районе деревни Губичи. Разгромив штаб одного из вражеских полков и захватив его документы, дивизия вышла к своим. Петровский, пожав руку комдиву, сказал, что возвращается назад, чтобы организовать вывод частей, прикрывавших удавшийся прорыв. Его уговаривали не делать этого. Все понимали, что возвращение равносильно самоубийству. Возможно, он повторил тогда свой прежний аргумент: «Не могу я бросить людей в такой ситуации». И вернулся.

К этому времени противнику удалось ликвидировать коридор прорыва и вновь замкнуть кольцо окружения. Раненый в руку генерал организовал новый прорыв. Атака завершилась успешно, но в ходе её Леонид Григорьевич был снова ранен. На этот раз смертельно. Погиб и командир 61-й дивизии, обеспечивающий прорыв, генерал-майор Николай Андреевич Прищепа.

До 1944 года генерала Петровского считали пропавшим без вести. После освобождения Белоруссии местные жители показали могилу командира «чёрного корпуса», как называли его немцы.

Существовало несколько объяснений такого названия: что в корпусе было якобы много выходцев из Средней Азии или бывших заключённых в чёрных робах… Всё это — ерунда. Выходцев из Средней Азии там быть не могло: корпус формировался в Приволжском военном округе, 61-я дивизия была пензенской, 167-я — саратовской, а 154-я — ульяновской. Ну, а зеки, если они были, носили общую армейскую форму. Думаю, самое убедительное объяснение дал Г. Д. Пласков, воевавший вместе с Петровским и написавший после войны книгу о тех боях «Под грохот канонады». «В Германии, — пишет он, — эталоном массового героизма является „чёрный корпус“ Блюхера времён наполеоновских войн». И добавляет: «Крепко, видимо, досталось врагам от Петровского, если они оказали ему такую честь».

Раз уж мы вспомнили о генерале Пласкове, приведу несколько его отзывов о погибшем командире: «Оставаясь с прикрывающими частями, Петровский бесстрашно вёл их в бой. Это был человек большой силы воли и величайшей энергии. Его всегда видели в самых решающих местах». «В такой обстановке, — продолжает автор книги, — от командира требуется не только личное мужество, хладнокровие, твёрдость духа, уверенность в победе, но и умение передать всё это подчиненным, повести их за собой. Всеми этими качествами располагал генерал Петровский».

Излагая историю гибели командира 63-го стрелкового корпуса, все, включая вышедшего из окружения генерала Фоканова, основывались на косвенных свидетельствах. Позже появились очевидцы его гибели.

В 1949 году органы госбезопасности нашли и допросили пленного обер-лейтенанта Ганса Людвига Бремера, участвовавшего в последних боях с корпусом Петровского. Он рассказал, что два солдата его роты пошли искать трофейную легковую машину. Обнаружили её на окраине леса. Под ней лежал русский военнослужащий, который на приказ сдаться ответил выстрелами из пистолета. Одного солдата убил, а второй якобы ответным выстрелом заставил русского замолчать. Однако, когда проводили эксгумацию тела погибшего, на левом виске обнаружили отверстие звездообразной формы — как от пули. Нетрудно предположить, что, когда патроны закончились, человек застрелился сам, чтобы не попасть в плен. (Кстати, фон Бок ещё 22 июня заметил: «Тут и там русские офицеры стреляются, чтобы избежать плена».) Погибшим, по его словам, оказался Леонид Григорьевич Петровский.

Немецкий солдат вместе с машиной прихватил и шинель погибшего. Увидев на ней знаки отличия высшего командного состава, обер-лейтенант отнёс шинель в штаб полка, доложив о случившемся полковнику Хэккеру. Прибывшие на место немецкие офицеры обнаружили в кармане гимнастёрки погибшего удостоверение личности генерала Петровского. «Полковник Хэккер, — заканчивает свой рассказ пленный обер-лейтенант, — приказал труп похоронить на этом же месте и над могилой сделать надпись, что здесь похоронен генерал-лейтенант Петровский. Так и было сделано».

Не могу не сказать о грустном. Во время подготовки прорыва нашёлся предатель, который выдал немцам место предстоящей атаки, количество боевой техники и численность войск, приготовившихся к атаке. Это уже много позже выяснили работники управления МГБ по Гомельской области. Немецкое командование не имело данных ни о численности советских войск, ни о количестве их вооружения. Войсковая разведка результатов не дала. Тогда решили прибегнуть к помощи местного населения. Под рукой оказался некий латыш, недовольный советской властью. Его услугами и воспользовались, пообещав солидное вознаграждение. Он сходил в лес, где изготовилась к прорыву группа генерала Петровского, узнал, что требовалось, и доложил по инстанции, получив свои «тридцать сребреников». Немцы к месту прорыва подтянули дополнительные войска… Лишь части солдат и офицеров с большими потерями удалось прорваться и выйти из окружения.

Дело, думаю, было в нашей неистребимой привычке видеть в каждом соотечественнике друга, а то и брата. Действительно, местное белорусское население активно помогало нашим бойцам. Кто же мог подумать, что рядом окажется и враг? Автор книги «На Днепровском рубеже» Владимир Михайлович Мельников делал попытку что-нибудь узнать об этом предателе. Но прошло много лет. Взрослых свидетелей не осталось в живых, а теперешние старики, бывшие в ту пору детьми, мало что помнят. Рассказывают, что вроде был некий Юрус, не то латыш, не то литовец, но сразу после войны он куда-то исчез: то ли ушёл с немцами, то ли нашла его карающая рука Смерша.

Почему полководческий и человеческий подвиг Л.Г. Петровского не был оценён сразу в полном объёме? Вернее, оценён-то был, не случайно по личному указанию Сталина комкор стал сразу генерал-лейтенантом, но признание заслуг остановилось на полпути, поскольку героический военачальник пропал без вести, а в послевоенные десятилетия справедливой должной оценке препятствовало, судя по всему, влияние Н.С. Хрущёва, ненавидевшего всю семью Петровских.

Тем не менее маршалы и генералы, а особенно белорусские ветераны войны постоянно ставили вопрос о присвоении Петровскому звания Героя Советского Союза. Тем более что и мирный послужной список у него был достойный.
Вот только несколько довоенных отзывов о службе молодого Петровского…

1924 год. Леонид Григорьевич — командир батальона. В аттестации значится: «Обладает достаточной силой воли и характером. Требователен. Обладает умелым подходом к подчинённым, пользуется авторитетом. Широкий кругозор и размах есть…»

1925 год. Петровский уже командир полка: «Обладает сильной волей, большой энергией и решительностью. Умело проявляет широкую инициативу».

Из аттестации 1926 года: «Сильной воли, находчив, энергичен, инициативен, решителен. Быстро разбирается в обстановке и принимает решения. Дисциплинирован, но иногда позволяет неуместную критику».

Перечень этот можно продолжать долго. Добавлю, что к моменту увольнения, у Петровского было за плечами две военные академии, служба в знаменитой 1-й Московской пролетарской стрелковой дивизии. В мае 1937 года его назначают командиром 5-го стрелкового корпуса в Белорусский военный округ. А в декабре того же года он уже командующий войсками Среднеазиатского военного округа, затем — заместитель командующего войсками Московского военного округа.

В 1965 году в связи с празднованием двадцатилетия Победы наградили большую группу ветеранов — участников войны. Среди них был и Л.Г. Петровский, заслуги которого отметили орденом Отечественной войны первой степени. Посмертно. Видимо, посчитали, что этого достаточно.

Но была неофициальная причина, по которой старались обойти молчанием эту яркую незаурядную фигуру. В 1938 году Л.Г. Петровского уволили из армии и исключили из партии.

Дело было в знакомстве со многими «врагами народа», в старшем брате Леонида Григорьевича — Петре. Тот был активным участником Гражданской войны, видным партийным работником, работал главным редактором «Ленинградской правды», а раньше, в Коммунистической академии, был одним из любимых учеников Н.И. Бухарина. Петр был обвинён в антипартийной и антигосударственной деятельности, арестован и осуждён на 15 лет, а потом расстрелян. Но главное обстоятельство крылось в отце комкора. В 1938 за «терпимость» к «врагам народа» поплатился отец братьев — Григорий Иванович Петровский, подписавший в 1922 году от имени Украины Договор о создании СССР и работавший в 1922—1938 годах одним из сопредседателей ЦИК СССР. Это в 1958 прах Г. И. Петровского похоронят в Кремлёвской стене, а в 1939-м, снятый по инициативе Н.С. Хрущева со всех постов, он на многие месяцы стал безработным, пока в 1940 году при поручительстве старых большевиков его не приняли завхозом в Музей Октябрьской революции.

Что же касается Леонида Григорьевича, то ему повезло. Он попал на «пересменку» между Ежовым и Берией, когда по настоянию нового наркома обороны СССР маршала Тимошенко из тюрем и лагерей, из следственных изоляторов было возвращено около 250 репрессированных командиров Красной Армии, те же Рокоссовский, Векман, Ворожейкин, Горбатов, Магон, Туржанский и другие. Дело комкора Л.Г. Петровского тоже было прекращено, он был возвращён в армию, восстановлен в партии, а в декабре 1940 года назначен командиром 63-го стрелкового корпуса. Далее — война…

После 1965-го ветераны-фронтовики не успокаивались. В 1971 году группа военачальников Центрального фронта вновь обратилась к советскому руководству с ходатайством о присвоении Леониду Григорьевичу Петровскому звания Героя Советского Союза. Среди них были люди, хорошо знавшие генерала, воевавшие рядом с ним в те тяжелейшие первые месяцы войны: Пантелеймон Кондратьевич Пономаренко, бывший член Военного cовета Центрального фронта, генерал-полковник Л.М. Сандалов, начальник штаба Центрального фронта, бывший начальник артиллерии Центрального фронта генерал-полковник артиллерии М.П. Дмитриев и другие.

Приведу выдержку из этого обращения: «Мы, боевые соратники Леонида Григорьевича Петровского, сражавшиеся с ним за нашу великую Родину, вспоминаем о нём, как о замечательном человеке и командире, истинном патриоте, которого мы всегда видели в самых жарких местах боя, а во время прорыва и вывода корпуса из окружения Петровский удивлял всех своей беззаветной храбростью, мужеством и бесстрашием перед лицом опасности, ведя лично сам части в атаку.
Генерал-лейтенант Леонид Григорьевич Петровский ценой своей жизни спас вверенные ему войска. Подвиг его бессмертен. Он, безусловно, заслуживает самой высокой правительственной награды — звания Героя Советского Союза».

Почему и эта просьба заслуженных ветеранов не нашла отклика у советского руководства — ныне не ведомо.

Многими отмечается сходство судеб двух генералов: Михаила Григорьевича Ефремова и Леонида Григорьевича Петровского. Сходство поразительное. Они бок о бок сражались на Западном фронте в 1941 году. Ефремов командовал 21-й армией, а Петровский — 63-м стрелковым корпусом, входившим в эту армию. Вскоре Михаила Григорьевича назначают командующим вновь образованным Центральным фронтом. И он рекомендует Леонида Григорьевича — боевого, проверенного в боях соратника — на своё место. Но тот, как помним, отказался лететь на присланном за ним самолёте, потому что не мог бросить попавших в беду людей. То же самое сделал в 1942 году и Ефремов, попав со своей 33-й армией в окружение под Вязьмой. Присланный за ним самолёт улетел без пассажира. Генерал, будучи раненым, застрелился, чтобы не попасть в руки врага. В 1996 году указом Президента России М.Г. Ефремову было присвоено звание Героя России. Посмертно.

Уверен, что пришло время восстановить справедливость и в отношении генерал-лейтенанта Леонида Григорьевича Петровского. Такой герой нужен для подрастающего поколения. Чтобы наши внуки знали, чего стоила нашим народам та война.

Примером невиданной оперативности выглядит ныне судьба ходатайства руководства 63-го стрелкового корпуса о присвоении звания Героя Советского Союза капитану Баталову, командиру 473-го батальона 154-й дивизии, отличившемуся при взятии Жлобина. Он со своими бойцами первым ворвался 13 июля 1941 года в этот хорошо укреплённый город. В тот же день ходатайство ушло в Москву. А уже 9 августа того же года указом Президиума Верховного Совета СССР «За образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом мужество и героизм» капитану Баталову было присвоено звание Героя Советского Союза.

Герои Советского Союза Фёдор Алексеевич Баталов и Иван Аркадьевич Лозенко погибли, как и их командир корпуса, в том же бою между сёлами Руденка и Скепня Жлобинского района при прорыве из окружения 17 августа 1941 года.

В армейской среде, да и в кругах патриотической общественности Союзного государства активно обсуждается и судьба генерала Петровского, и подвиг его бойцов. А какой-то неизвестный, скорее всего современный молодой автор, сочинил песню с такими вот словами:

Но пока что пуля мимо пролетела,
И пока что подступ к смерти отдалён,
И пока в атаку капитан Баталов
На геройский подвиг поднял батальон…

Не правы те, кто махнул рукой на сегодняшнюю молодёжь. Ей небезразлична судьба нашей Родины, наша история с грандиозными свершениями и Великой Победой 1945 года. Я недавно побывал на месте тех боёв. Генерал Петровский похоронен в деревне Старая Рудня Жлобинского района Гомельской области. Отцу Леонида Григорьевича, приезжавшему на опознание, предлагали похоронить сына в Гомеле или Минске на центральной площади. Но Григорий Иванович отказался: «Погиб за эту землю — пусть здесь и лежит. Он защищал её до последней минуты своей жизни».

В 1958 году по Постановлению Совета Министров СССР на могиле погибшего генерала установили памятник, на постаменте которого написано: «Генерал-лейтенант Петровский Леонид Григорьевич погиб в 1941 году в боях на фронте Великой Отечественной войны в борьбе с немецко-фашистскими оккупантами».

Ещё несколько отзывов о легендарном генерале. Маршал Советского Союза А.И. Еременко: «Это был настоящий советский военачальник, пламенный патриот нашей Родины, обладающий широким кругозором, выдающимися способностями, несгибаемой волей и храбростью». А вот свидетельство Маршала Советского Союза Г. К. Жукова: «Л.Г. Петровского я хорошо знал как одного из талантливейших и образованных военачальников и, если бы не преждевременная гибель, думаю, что он бы стал командиром крупного масштаба».

Нельзя экономить на благодарности героям, ценой своей жизни защитивших нас от нацизма. Генерал Л.Г. Петровский навеки останется для нас символом, соединяющим белорусское, украинское и русское начало нашей Великой Победы. Честь ему и слава!

***

Автор — сержант Ограниченного контингента советских войск в Афганистане, заместитель председателя Парламентского собрания Союза Беларуси и России в 1996—2000, 2004−2008 гг.
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 6283
14:36 09.05.2019
Почему Сталин штурмовал Берлин
нам нужно было продемонстрировать мощь своих сухопутных войск, чтобы уравновесить будущее давление союзников

Николай Стариков





2 мая 1945 года гарнизон столицы Третьего рейха капитулировал. Между тем штурм Берлина был важен и для дальнейшего развития событий. Мы будем говорить не о величайших подвигах наших солдат, которые ценою своей жизни задушили фашизм в его логове и спасали немецких детей, когда это было необходимо, а о том, почему руководство Советского Союза приняло решение штурмовать немецкую столицу.

Всегда пытаются обвинить Сталина, руководство Советского Союза в кровожадности. Мол, не считаясь с потерями, решил Иосиф Виссарионович штурмовать Берлин, положил огромное количество людей, и вроде бы это было бессмысленно. Ситуация была совершенно иная.

Чтобы понять, почему Сталин отдал приказ штурмовать Берлин, нам нужно вернуться к бесчеловечным бомбардировкам авиации союзников, которые сравнивали с землей один немецкий город за другим. В августе 1944 года авиация союзников нанесла серьезные удары по Кенигсбергу с применением фосфорных бомб. Центр города был сравнен с землей. При этом никакой военной необходимости в этом не было.

Красная армия приближалась к самому Кенигсбергу, и именно в этот момент союзники воспылали желанием нам помочь. Налеты этой авиации должны были преследовать какие-то военные цели. Вместо этого ковровые бомбардировки приходились куда угодно, но только не по военным объектам Кенигсберга: по жилым кварталам, по историческому центру. Они были направлены на уничтожение культурных ценностей. Всё это потом повторится в Дрездене.

Налёт на Дрезден был показательным выступлением стратегической авиации США и Великобритании. Это легко проверить: как только заканчивается конференция глав союзнических государств в Ялте, так через сутки после нее авиация союзников точно так же, как и по Кенигсбергу, наносит удар по Дрездену. И тоже совпадение: Дрезден должен был оказаться в зоне оккупации Советского Союза, но в Дрездене вообще не было никаких военных объектов, в отличие от Кенигсберга. Произошло несколько заходов авиации союзников, два дня бомбардировок. Была, примерно, сотня тысяч погибших от этого. Всё это — демонстрация Сталину мощи стратегической авиации союзников. Вот для чего это было нужно, помимо того, что американцы хотели уничтожить то, что достанется Советскому Союзу. Они демонстрировали Сталину, еще не имея атомного оружия, превосходство своей авиации, хотели сделать Советский Союз более сговорчивым. Позже, чтобы продемонстрировать наличие атомного оружия, американцы сбросили две атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки, убив сотни тысяч невинных японцев. В этой ситуации Советскому Союзу нужно было продемонстрировать мощь своих сухопутных войск, чтобы как-то уравновесить будущее неизбежное давление союзников.

Битва за Берлин продолжалась относительно недолго. Считается, что с 25 апреля по 2 мая. Чуть больше недели немецкие войска, окруженные советской армией, сопротивлялись. Были масштабные бои, город был сильно разрушен.

На самом деле, мы воевали с тогдашним Евросоюзом, только назывался он Третий рейх и его союзники. Это наглядно замечаешь, когда изучаешь национальность тех, кто сопротивлялся на улицах Берлина, кто до конца стоял в Рейхстаге и был там нашими солдатами уничтожен. Это эсесовские части, состоящие из латышей, эстонцев, французов, жителей Бельгии. Конечно, там были и немцы, но наличие всех этих людей показывает нам, что Советский Союз подвергся нападению объединенной Гитлером Европы. Мы победили нацизм, который расползся кровавой чумой по всей Европе.

Подвиг наших солдат был полностью обесценен Горбачевым, а вслед и Ельциным, которые вывели наши войска с территории Германии и этим сыграли огромную положительную роль в деле воссоединения двух Германий. Но что от этого России?

Давайте представим на минутку, что сегодня наши солдаты находились бы на территории Германии. Как вы думаете, была бы немецкая, а следом и европейская политика несколько иной в отношении России? Может наши европейские партнеры как-то по-иному бы относились к воссоединению России и Крыма, потому что они бы тоже очень хотели, чтобы ГДР воссоединилась с ФРГ. К сожалению, что сделано, то сделано. Для нас это большой исторический урок. Будем помнить наших героев. С праздником!
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 6283
06:55 11.05.2019
Победил советский народ
под Красным знаменем, с поднимавшимися первыми в атаку коммунистами

Сергей Черняховский





Строго говоря, Великая Отечественная война 1941−45 гг. имеет свое точное имя: «Великая Отечественная война советского народа против немецко-фашистских захватчиков».

И День Победы — это «День Победы советского народа над немецко-фашистскими захватчиками». И победил тогда Советский Народ — во главе со своими Маршалами, своим Верховным Главнокомандующим.

Войну советский народ вёл под Красным знаменем. И в бой его вела Коммунистическая партия, которая тогда еще сохраняла и второе имя — Партия большевиков. И в бой первыми бросали коммунистов и комсомольцев. Которые, конечно, без всякого приказа пристрелили бы любого или любую, кто попытался бы поднять в атакующих рядах РККА — Рабоче-Крестьянской Красной Армии, как называлась армия, разгромившая вермахт, — портрет царя Николая или трехцветное знамя предреволюционной эпохи.

Хотя осенью 1941 года на Бородинском поле бились под знаменами армии Кутузова.

«Бессмертный полк» — это великое действо. Доказывающее, что Победа стала некой гражданской религией. Это нечто вроде причащения к памяти подвига. которого нужно быть достойным. И повторить который нужно стремиться быть готовым. Только странно совершать это причащение и к памяти тех, кто бился под Красными Знаменами, под знаменами, которые несли те, кто перешел на сторону врага.

Так получилось, что по закону это знамя оказалось объявлено знаменем современной России. Что уже несколько странно, поскольку Россия и официально юридически является «продолжателем СССР», и столь же официально юридически из СССР так и не вышла — единственная из всех союзных республик. Кто-то удивится — но так и не вышла.

Принять знамя, отрицающее то, что «продолжает Россия» и из чего она все-таки не выходила — тоже некая экзотика. Но это — отдельно. Закон РФ требует это знамя уважать (хотя как можно именем закона требовать иметь некое эмоциональное отношение — не ясно: все равно не проверишь).

Но в целом, наверное, уважения заслуживает и христианство, и ислам. Только это не повод в мечети размахивать крестом, а на причастии вздымать полумесяц: как-то всему свое место. «Бессмертный» под триколорами — это именно полумесяц на церковной службе. Правда, на русских церквях часто встречается полумесяц: склоненный и под вознесшимся над ним крестом.

Причащение к памяти подвига советского народа под явно чуждым ему знаменем и с запретом на портреты тех, кто вел его в бой, это прежде всего постмодернистская эклектика, ведущая в итоге к размыванию ценностей.

Политически — это некая сознательная десоветизация Дня Победы. Только тогда не нужно удивляться, когда подобную же десоветизацию и декоммунизацию провозглашают соседние неофашистские режимы.

По Прибалтике из года в год маршируют эсэсовцы. Да, кто-то пытается дать им отпор, но тамошняя власть их всячески поддерживает. И создается впечатление, что они — эти самые эсэсовцы и их современные симпатизанты — если и не выиграли в 1945 году, то, по крайней мере, не проиграли.

Все это, конечно, безобразно. Только когда Россия пытается протестовать против этих маршей, она, конечно, права, хотя протестует она, как правило, вяло, обтекаемо и бессильно. Как будто «из-под палки». Но может ли она иначе, если на День Победы затягивает брезентом Мавзолей того, кому поклонялись солдаты той войны…

Давайте вспомним, откуда пошла привычка делать страшные глаза и всячески возмущаться по поводу пакта Молотова — Риббентропа и пресловутых секретных протоколов к нему. Разве не из перестроечной Москвы? Кто в России тогда всячески поддерживал прибалтийских нацистов? Разве не Борис Ельцин и его сподвижники? А кто торжественно и с высшими почестями провожал Ельцина в последний путь? Разве не политическая элита России…

Давайте вспомним и о том, откуда в новейшей истории пошла варварская традиция ломать памятники советской эпохи. Разве не из Москвы августа 1991 года… Когда на флагштоке здания Верховного совета России было поднято именно нынешнее трехцветное знамя.

В России власти и многие политики никак не могут понять, что если они не хотят, чтобы за границей сносили памятники советской эпохи, то для начала в России надо поставить на место памятники той же эпохи и вернуть городам их прежние, советские наименования.

Если Россия хочет, чтобы в остальном мире чтили память её советского периода, она должна сама перестать сводить счёты с этим периодом и признать его самоценность.

Все европейские государства существуют как национально-независимые, потому что мы отстояли их независимость. Все пресловутое «европейское понимание прав человека» может существовать только потому, что, платя за это своим собственным правом на жизнь, советские солдаты остановили и разгромили вермахт, которому никто больше в Европе не был в состоянии оказать хотя бы относительно достойное сопротивление и который до весны 1945 года просто разгонял англо-американские войска, если мог отвлечь на это хотя бы минимально необходимые соединения с советского фронта.

Европейская демократия, Европарламент, Евросоюз, евроинтеграция — все это существует только потому, что мы им позволили быть. Они были ничем, блюдом на столе людоеда, когда мы, заплатив за это великой кровью, взяли этого людоеда за шиворот и оторвали ему голову. Если бы вообще этот людоед не просчитался и не отвлекся от их поедания и переваривания на схватку с нами, их бы вообще не существовало. Даже, возможно, как «генетического материала». потому что с его точки зрения никакой ценности именно как «генетический материал» они не представляли. Лучшее, на что они могли рассчитывать, на выборы капо в лагерном бараке.

Всем своим существованием, всем своим благоденствием, всей своей сытостью они обязаны НАМ — СССР и России. По-хорошему, они должны, каждый в своей стране, отмечать 9 Мая как День России — он же День Спасителя. И почитать Россию и СССР, как христиане почитают Христа, а мусульмане — Магомета. И выплачивать пенсию каждому гражданину СССР в 12 поколениях, причем на уровне средней зарплаты в странах Евросоюза.

Мы по-прежнему либо не отвечаем, либо слишком мало задаемся вопросом как о субъекте, так и об объекте победы. Мы по-прежнему не отвечаем, кто, собственно, победил как в Великой Отечественной, так и во 2-ой мировой войне.

А победил тогда — СОВЕТСКИЙ НАРОД. Во главе со своими маршалами и Верховным Главнокомандующим. Под Красным знаменем, с поднимавшимися первыми в атаку коммунистами. Потому что его дух и его идея оказались сильнее и достойнее духа и идеи врага.

В привычку вошло говорить о неудачах Красной Армии в 41-ом году. Казалось бы — верно. Страшные потери. Сожжена основная часть авиации и большая часть бронетехники. Потери промышленности и населения — неописуемы. Враг доходит до Москвы, а в 42-ом и до Сталинграда. Пал Киев и блокирован Ленинград.

Но не под Москвой и Сталинградом решена судьба войны. Ее в первые две недели боев решила истекающая кровью Красная Армия. Без танков и авиации, с потерянной артиллерией, с трехлинейками и гранатами, она в эти две недели день за днем выбивает у Германии потенциал возможной победы.

Каждый день вермахт теряет больше техники и живой силы, чем он мог себе позволить, каждый день он теряет темп наступления, продвигается на меньшее число километров, нежели ему было предписано планами наступления.

На принципиальном уровне война была проиграна Германией в первые две недели. Затем, а особенно на исходе лета — победа СССР стала делом техники.

Гитлеризм дал своим сторонникам накаленную идею. Сильную идею. Он говорил: «Германия превыше всего! Миру предназначено служить Германии. Она установит новый порядок, и только она достойна возглавить мир. Место остальных — служить Германии, быть ее рабами».

Поэтому даже побеждая, он множил число своих противников. Даже те его сторонники в других странах, которые в принципе с симпатией относились к фашизму, на определенном этапе сталкивались с тем, что их место в этом порядке — в лучшем случае место капо при победителях.

Коммунизм дал своим сторонникам иную идею. Он сказал: «Мы предлагаем всем — свободу и справедливость! Свобода мира и справедливость для всех — превыше всего. Советский Союз — не новый господин, а освободитель. Не мир для него, а он — для мира. Место остальных — быть хозяевами своей судьбы, а место СССР — служить человечеству».

Можно. Конечно, говорить о том, что Советский Союз имел в виду предложить миру этот новый порядок свободы и справедливости и намеревался, вполне искренне, научить мир правильно пользоваться этой свободой и установить справедливость в соответствии со своим пониманием.

Германия множила своими победами своих противников, ее проект двигался с отрицательной экспонентой, а СССР даже своими поражениями множил число своих сторонников, его проект двигался в параметрах положительной экспоненты.

Гитлеризм говорил своим солдатам: «Идите и убивайте! Вы будете господами. Вы получите ферму на Украине, и славянские недочеловеки будут работать на вас и служить вам».

Функционально — это сильная идея. Она обещала тем, кто принимал ее, славу, процветание и счастье. Но в ней была очень серьезная функциональная слабость. Она обещала только то, что можно использовать при жизни. За нее можно убивать, но за нее нельзя умирать: ферма не достанется.

Коммунизм говорил своим солдатам: «Идите и защищайте! Вы будете спасителями своей страны и всего мира. За вами — первая в истории победившая революция рабочих и крестьян, за вами — первое в мире государство трудящихся, за вами — верность делу ваших отцов, впервые в истории свергнувших гнет эксплуататоров и давших шанс на создание царства справедливости. Очень может быть, что в этой борьбе вы умрете, но умрете Спасителями мира».

Какие бы споры сегодня ни шли о степени утопичности и обоснованности этой идеи, функционально она была сильнее. Она обещала своим сторонникам то, что было больше жизни. За нее можно было умирать.

По сути, коммунизм нес в себе один из древнейших постулатов героического гуманизма: «Смертью смерть поправ!»

Он нёс то, чего не было в германском накаленном национализме и тем более в уже лишенном героики и мобилизации и либерализме, и консерватизме. Поэтому победил-то именно он. Единство народа — и вера в него народа.

Это рано или поздно будет сделано — и выиграет тот политический лидер, кто поймет, что сделать это нужно раньше.

Потому что «глубинный народ» это понимает и сегодня. А те, кто не понимает — просто относятся к какому-то иному народу. Иному не этнически — иному морально. И поэтому говоря и думая о единстве народа, нужно говорить и думать о том народе, который это понимает. А не о его единстве с теми, кто все это отрицает.
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 6283
08:29 22.05.2019
Тайны мадам Вавиловой
В агентстве ТАСС прошла презентация книги полковника внешней разведки Елены Вавиловой, которая на протяжении 25 лет вместе с мужем находилась на нелегальной работе за океаном

Андрей Ведяев





Сегодня в Москве произошло событие, которое в мире спецслужб случается нечасто. В агентстве ТАСС состоялась презентация книги «Женщина, которая умеет хранить тайны», автором которой является разведчик-нелегал, полковник Елена Станиславовна Вавилова. В середине 80-х годов она буквально со студенческой скамьи была направлена вместе с мужем Андреем Олеговичем Безруковым на нелегальную работу в Канаду. Супруги получили имена умерших канадцев Трэйси Энн Фоули и Дональда Хитфилда. В Канаде у них родились два сына. Позже семья переехала во Францию, а затем в 1999 году — в США. За это время муж окончил Лондонскую школу экономики, получил степень магистра в Йоркском университете Торонто и магистра в Школе управления имени Джона Кеннеди в Гарварде, штат Массачусетс. Вначале он работал в фирме Global Partners Inc, а затем открыл собственную консалинговую компанию, специализирующуюся на правительственных заказах. Его супруга работала в риэлторском агентстве. После 25 лет сложнейшей, сопряженной с постоянным риском работы они в числе десяти человек были арестованы в США в результате предательства своего куратора — полковника Александра Потеева, который возглавлял 4-й (американский) отдел Управления «С» (нелегальная разведка) СВР России. Имена арестованных были опубликованы на сайте Министерства юстиции США — это Майкл Зоттоли (Михаил Куцик), Патрисия Миллз (Наталия Переверзева), Хуан Ласаро (Михаил Васенков), Ричард и Синтия Мерфи (Владимир и Лидия Гуриевы), Дональд Хитфилд (Андрей Безруков) и Трэйси Фоули (Елена Вавилова), а также Анна Чапман, Михаил Семенко и Вики Пелаес, которые работали под своими именами. 9 июля 2010 года в аэропорту Вены все они были обменены на четырех россиян (Игорь Сутягин, Сергей Скрипаль, Александр Запорожский и Геннадий Василенко), обвиненных в шпионаже.





По своему жанру книга представляет собой роман. Соавтором Елены Вавиловой выступил ветеран спецназа и автор книг о военных разведчиках Андрей Бронников, который также присутствовал на презентации. Кроме них, в создании книги участвовали также Андрей Безруков — муж Елены Вавиловой — и Андрей Дышев, редактор издательства «Эксмо», в котором вышла книга. Все они находились в президиуме.
«Хочу сказать несколько слов о том, почему я решила написать эту книгу, — так начала свое выступление Елена Станиславовна. — Это художественный роман, но писала я его с теми ощущениями, которые на протяжении долгих лет прочувствовала сама. Многие из описанных событий произошли на самом деле. И мне хотелось написать все это именно от имени женщины, поскольку мне кажется, что в нашей современной литературе не хватает книг о женщинах в разведке. Кроме того, не хватает яркого образа российского разведчика в современном мире — он в основном создан западными авторами. Есть много прекрасных книг о подвигах разведчиков военных лет — но тогда было свое время и свои законы разведывательной деятельности. Сейчас многое изменилось — я имею ввиду 1990-е и 2000-е годы. Профессия разведчика по-прежнему существует, но она существует уже в других реалиях, изменились ее методы, изменились даже сами представления о разведке. Однако человек, работающий на страну, обладает такими качествами и такими мотивами, которые не меняются несмотря на то, что меняется обстановка в мире. Как и прежде, разведчики стараются выявить те угрозы, которые могут нанести вред России. Все это и побудило меня к тому, чтобы рассказать эту историю о нашей современнице. История эта правдивая — в том смысле, что могла бы случиться со многими парами. Я постаралась вспомнить и описать тех людей, которые с нами работали — прошло много лет, и в смысле их типажа никаких тайн нет. Рассказ захватывает большой период из жизни молодых людей из Советского Союза, их становление как пары нелегалов, у которых затем появляются дети, и описывает те перипетии, с которыми они столкнулись за рубежом. Это рассказ о маленькой ячейке — частице большого дела. Особенность нашей истории состоит в том, что нам пришлось пережить горечь предательства. Но в целом я могу сказать, что мне повезло, что я попала в эту профессию, и что в результате я получила возможность приоткрыть некоторые тайны, которые за этим скрываются. Уже после возвращения нас часто спрашивали: а как вы смогли жить без контакта с вашими родителями, сколько нужно времени, чтобы вжиться в иную языковую среду, как создается легенда, как происходит отбор в нелегалы — я постаралась дать ответы на эти вопросы в художественной форме. В целом работа разведчика — это рутинная работа, которая по крупицам вносит свой вклад в общее дело».





После этого слово было предоставлено мужу Елены Станиславовны — Андрею Олеговичу Безрукову, ныне профессору МГИМО. Он сказал: «Я не участвовал в написании этой книги, но я поддерживал Лену в том смысле, что обязательно нужно об этом говорить. Мы живем в таком обществе, где люди, особенно молодежь, очень плохо понимают роль той организации, которая защищает их национальные интересы, стратегические интересы нашей страны. В середине 1980-х годов мы по существу уехали на войну — так в то время ставился вопрос, об этом прямо заявлял Рейган. И мы полностью отдавали себе отчет, зачем мы нужны. А сегодня вряд ли люди понимают роль разведывательного органа для современной российской государственности — а ведь у нас есть серьезные конкуренты, есть противники, которые настроены на то, чтобы поставить нас на место. Поэтому именно сейчас нужно объяснять, зачем нужна разведка, как она работает — чтобы люди, которые хотели бы приобщиться к этому делу, могли бы найти в ней свое место. Чтобы они поняли, что нельзя это узнать просто из Интернета. Наоборот, Интернет — это поле, по которому противник активно работает и продвигает туда дезинформацию. И вот здесь нелегальная разведка является практически единственным способом дойти до источника и убедиться, что же есть правда, как же противник думает на самом деле. Никакой замены этому нет, и это нужно разъяснять обществу, и особенно молодому поколению».
В развитие этой темы Андрей Эдуардович Бронников, соавтор романа, добавил, что как раз поэтому Андрей Олегович и был тем самым идейным вдохновителем книги. Но началось все со знакомства с Еленой Станиславовной. «Я однажды увидел ее интервью по телевизору — и настолько проникся им, что написал небольшой посвященный ей литературный пассаж, — рассказывает Андрей Бронников. — И послал его Елене Станиславовне 16 ноября на день рождения. Кстати, этот пассаж потом почти целиком вошел в эпилог. Мы начали общаться, и выяснилось, что мы единомышленники, поскольку я тоже представитель разведки — только военной. Поэтому нам было очень легко работать. Это был наш порыв, это были наши убеждения, в том числе и в вопросах, касающихся патриотизма — и я никогда от них не откажусь».
Такова история создания этого романа — для нашего времени безусловно знакового. Дело в том, что художественных книг, написанных самими нелегалами, не так уж много. Я упомяну только одну из них, история создания которой мне хорошо знакома, поскольку я знал ее автора — Николая Владимировича Губернаторова, помощника Юрия Владимировича Андропова. Речь идет о книге «Гордон Лонсдейл: моя профессия — разведчик», среди авторов которой тоже есть дама — супруга Конона Трофимовича Молодого (полковника Лонсдейла) Галина Петровна Молодая. В основу книги легли воспоминания и личные записки Конона Трофимовича, но писал книгу коллектив авторов — также, как и в случае книги «Женщина, которая умеет хранить тайны».





Завершая рассказ о презентации, хочется упомянуть один из любопытных вопросов, который был задан Елене Станиславовне. Речь идет об эпизоде из легендарного фильма «Семнадцать мгновений весны», где Штирлиц предупреждает радистку Кэт о том, что женщины во время родов кричат на родном языке — вопрос, что называется, не в бровь, а в глаз, учитывая то, что автор книги также стояла перед подобной дилеммой. Однако оказалось, что Елена Станиславовна к такой постановке была готова: «Я умышленно включила эпизод родов в свою книгу, — ответила она. — Супруги в данном случае поддерживают друг друга, причем супруг присутствует на родах, чтобы присматривать за женой. Да, в условиях нацистской Германии любое слово, сказанное не по-немецки, означало бы провал. Но мы находились немножко в других условиях. Во-первых, Америка — страна, населенная различными национальностями. У всех различные корни, и даже если бы какое-то словечко из уст женщины и проскочило, вряд ли бы медсестры тут же побежали звонить в ФБР. Это первое. Ну и во-вторых, на своем опыте я могу сказать, что все в наших силах, и мы можем контролировать и собственные ощущения, и боль. Так что все прошло нормально, но Андрей при этом присутствовал, чтобы убедиться, что все под контролем».



Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 6283
06:23 25.05.2019
Вертикаль мужества
Памяти Сергея Говорухина — воина, писателя, режиссера, разведчика, поэта, друга

Андрей Ведяев





Конец 80-х и начало 90-х, помимо всеобщего упадка и очередей за водкой, запомнились разгулом «золотой молодежи» — отпрысков высокопоставленных лиц, чья жизнь выглядела безоблачной и устроенной настолько, что оставалось ее только прожигать. Возможно, так было и во «времена укромные, теперь почти былинные» — как у Высоцкого:

В военкомате мне сказали: «Старина,
Тебе броню дает родной завод „Компрессор“!»
Я отказался, — а Серёжку Фомина
Спасал от армии отец его, профессор.

Именно такие вводные были у Серёжки Говорухина — сына ставшего к тому времени знаменитым кинорежиссёра Станислава Говорухина, общественного деятеля, депутата Госдумы, начавшего свое стремительное восхождение на вершину кинематографического Олимпа с великолепной ленты «Вертикаль» с Владимиром Высоцким в главной роли. Тот же альянс этих двух великих людей сделал криминальную драму «Место встречи изменить нельзя» культовым советским сериалом. Роль жены Ивана Сергеевича Груздева — гражданки Желтовской в этом фильме играет Юнона Карева — первая жена Станислава Говорухина. В этом браке в 1961 году и родился Серёжа Говорухин.

Из книги Сергея Говорухина «Со мной и без меня» (2011)
В начале семидесятых на экраны вышел фильм «Ошибка резидента». Вполне приличный политический детектив с Георгием Жженовым в главной роли. А в середине восьмидесятых в Одессе открылся фестиваль юмора «Золотой Дюк». Президентом фестиваля был утвержден мой отец. С оказией он передал мне роскошную глянцевую визитку с надписью: «Говорухин Станислав Сергеевич — Президент фестиваля». Визитки в те времена вообще были большой редкостью. Обладатели визиток внушали к себе уважение и затаенную ревность. А нереальное, почти космическое слово «президент» на визитке!.. Да к тому же и близкий родственник. Маленькая глянцевая карточка легла в мою ладонь весомо и непоколебимо, как килограммовый слиток из золотых запасов родины. Я тоже вырезал из бумаги некое подобие визитки и передал отцу. На визитке написал: «Говорухин Сергей Станиславович — ошибка Президента». Говорят, эта шутка была признана одной из лучших. Правда, в узких околопрофессиональных кругах".





Так что «блатом» Серёга пользоваться не стал — отслужил в армии, работал сварщиком, монтажником, старателем на Крайнем Севере, прорабом. И только после этого поступил на сценарный факультет ВГИКа, который окончил в 1988 году. Отец к этому времени уже был режиссёром киноконцерна «Мосфильм», снимал один боевик за другим («Пираты ХХ века», «Тайны мадам Вонг», «Десять негритят»), а в «Ассе» снялся сам в роли цеховика и крестного отца русской мафии Крымова. Казалось, само провидение указует Сергею путь в сытную и гламурную жизнь — не важно, что страна рушилась, кругом разгоралось пламя междоусобных войн и лилась кровь твоих сверстников:

Кровь лью я за тебя, моя страна,
И все же мое сердце негодует:
Кровь лью я за Серёжку Фомина —
А он сидит и в ус себе не дует!

Теперь небось он ходит по кинам —
Там хроника про нас перед сеансом, —
Сюда б сейчас Серёжку Фомина —
Чтоб побыл он на фронте на германском!

И он побыл, отправившись неожиданно для всех на войну военным корреспондентом. Теперь у него была своя «вертикаль» — в Таджикистане, у подножья Памира и афганских хребтов. Я тоже был там в 1992 году и прекрасно помню, как таджикские клановые группировки рвали власть. Людей убивали сотнями и тысячами, а из Афганистана через границу ломились исламские террористы, которых сдерживали только пограничники Московского пограничного отряда — простые русские парни. Одним из них был прибывший сюда в те дни из гламурной Москвы выпускник Высшего пограничного училища лейтенант Вадим Раллев — они с Сергеем быстро подружились, вместе ходили в разведку, выполняли сложные правительственные задания в Афганистане и Чечне, получали тяжелые ранения и ордена:

…Но наконец закончилась война —
С плеч сбросили мы словно тонны груза, —
Встречаю я Серёжку Фомина —
А он Герой Советского Союза…

Сегодня оба они здесь, на Троекуровском — не прожив на двоих и ста лет. Сергей ушел в 2011, Вадим — в 2016 году, став полковником, легендой Оперативно-розыскного Управления ФСБ России, современным супер-смершевцем.
Мы стоим у надгробья Вадима, на котором начертаны слова: «Закрыты для славы, во славу Державы». 21 мая, ровно три года, его не стало. Затем вместе с еще одним Вадимом — фамилию его я называть не буду — идем к скромному солдатскому обелиску Сергея Говорухина. Он так завещал себя похоронить, это его последняя воля. Вадим вице-президент фонда «Вымпел-Гарант». Такую же должность занимал Сергей Говорухин. Ну, а я — руководитель отдела информации этого фонда.




С Вадимом С.

— Слушай, брат! — говорит вдруг Вадим, — а давай, я расскажу всё — с самого начала…
Я достаю диктофон и записываю — вот что рассказал Вадим:
— Сергей Говорухин — это ярчайший представитель фронтовых поэтов и писателей, настоящий воин, разведчик — то есть настоящий мужчина в полном смысле этого слова. Он поехал на войну сразу, как только полыхнул Таджикистан — в качестве военного корреспондента. Об этом он потом написал автобиографическую повесть «Никто кроме нас» и снял одноименный фильм — это о моральном выборе человека: остаться ли в тылу или поехать на войну, где риск. Эта малоизвестная война была самой кровавой на постсоветском пространстве — 100 тысяч человек погибли и 1,5 миллиона стали беженцами. Там он подружился с Андреем Мерзликиным и Олегом Хмелёвым — оба они стали Героями России, Вадимом Раллевым, Димой Разумовским — который шел на подмогу 12-й заставе, где погиб его друг Миша Майборода — но не сумел прорваться и написал открытое письмо президенту Ельцину, в котором были такие строки: «Россия, это так ты заботишься о русских?» — после чего Диму выгнали из армии, хотя в качестве командира 1-й десантно-штурмовой заставы (в которой служил и Вадим Раллев) десантно-штурмовой манёвренной группы Московского погранотряда он нанес бандитам колоссальный урон — за его голову наркоторговцы обещали 300 тыс. долларов. Как мастер рукопашного боя он был зачислен в спецназ госбезопасности «Вымпел», был на Первой Чеченской войне, на Второй — участвовал в захвате известного полевого командира Салмана Радуева и погиб при освобождении заложников во время теракта в Беслане. Посмертно стал Героем России. Его младший брат Максим по прозвищу «русский танк» получил в том бою три ранения, но все равно продолжал выносить детей и своих боевых товарищей. Он и сейчас служит, имеет три ордена Мужества. Сергей Говорухин очень дружил с Димой Разумовским, они часто бывали у нас.




С Вадимом Раллевым (второй слева)

Из книги Сергея Говорухина «Со мной и без меня» (2011)
«Таджикистан. Война. Девяносто третий год.
Возвращаются пограничники в отряд. Злые. Голодные. Тьма кромешная. Ни луны, ни звезд… Свет фар выхватывает бредущую по дороге отару. Один из пограничников говорит задумчиво:
— А чабана-то не видать…
— Баран — это заманчиво, — соглашаются с ним остальные.
Открывают на ходу дверцу «уазика», хватают барана за задние ноги и забрасывают в машину…
Минуты через три ожесточенной, сопровождаемой душераздирающими воплями, кровавой схватки (что там война!) они чудом от барана избавляются…
Баран при непосредственном контакте оказался среднеазиатской овчаркой…

— А как Сергей попал в Чечню?
— Тоже военным корреспондентом, но уже со съемочной группой. Получился замечательный фильм «Прокляты и забыты», который собрал призы всех фестивалей, какие только могут быть. Вот этот фильм и послужил нашей точкой знакомства и последующей дружбы. Я увидел Сергея в программе Миши Кожухова, который сам был военным корреспондентом «Комсомольской правды» в Афганистане, награжден орденом Красной Звезды — в 1999—2000 годах он даже был пресс-секретарем Председателя Правительства Российской Федерации Владимира Путина. Я пришел к Мише, взял телефон Сергея и спросил, чем могу помочь — шла Первая Чеченская война. А было такое ощущение, что она шла на другой планете — федеральные каналы лили грязь на наших солдат, называли их «федералами», а боевиков «повстанцами», «гарибальдийцами», кем угодно — только не террористами. Сергей показал мне отснятый материал — я был просто в шоке от этого контраста. Здесь — рестораны, банкиры, яхты, гламур, шампанское рекой — а там гибнут ребята целыми ротами, кровь, боль — и беспримерный героизм.





— Сергей тоже был героем…
— Во время одной из спецопераций он возвращался с задания и в центре Грозного получил ранение в ногу — а уступившему ему за несколько секунд до этого место офицеру пуля попала в голову. Ранение Сергея было не очень тяжелым — но поскольку его отец был руководителем комиссии по расследованию Чеченских событий, то оперировать его побоялись и отправили в Москву. В самолете у него началась гангрена и ногу пришлось ампутировать. Но он продолжил выезжать в горячие точки, уже без ноги — только в Чечню 15 раз, кроме того в Югославию, в Афганистан.
— В Афганистане он выполнял правительственное задание вместе с Вадимом Раллевым, который был в его группе «оператором»…
— Да, они встречались с Ахмад Шахом Масудом, провели с ним переговоры и написали докладную записку о нецелесообразности ввода войск в Афганистан, которая легла на стол директору ФСБ Владимиру Владимировичу Путину. В той же записке содержались предложения поддержать Ахмад Шаха и другие группировки, которые воевали против талибов и препятствовали наркотрафику в Россию. Ведь американцы сейчас в Афганистане завязли и ни одну из поставленных задач не выполнили. А миссия Серёжи и Вадима давала возможность решить все эти вопросы, не втягиваясь в новую войну.




Вадим Раллев

Из книги Сергея Говорухина «Со мной и без меня» (2011)
«Вадиму Раллеву — подполковнику Департамента по борьбе с терроризмом, чье мужественное, социально-геометричное лицо от губы до шеи рассекает зловещий таинственный шрам, увенчанному всеми мыслимыми и немыслимыми орденами Российской Федерации, приходит на пейджер сообщение: «Дорогой Вадим! Поздравляем с днем рождения! Желаем счастья и здоровья» И подпись: «Голубые». Шрам на лице Раллева дернулся и побагровел. Несложно предположить, какая участь должна была постигнуть невинный пейджер, сообщивший столь опрометчивое послание, если бы Раллев не нажал клавишу продолжения сообщения и с облегчением не прочел конец строки: «береты». «Голубые береты» — ансамбль воздушно-десантных войск».

— То есть Сергей выполнял разведывательные задания?
— Безусловно. Еще в Чечне он ходил вместе с нами на инженерную разведку — вдоль границ Чечни ежедневно в 5 утра выходил инженерно-разведывательный дозор. Он участвовал в спецоперациях, сидел в засадах, ездил на броне — без всяких скидок на ранение. Нога была ампутирована ниже колена — и плохо сгибалась, что доставляло ему массу бытовых неудобств. Но он жил на войне — отключал телефоны, практически не пил, много писал. Мы играли в шахматы, его знали все — и при этом он снимал ценнейшую кинохронику, которая потом легла в основу фильмов «Никто кроме нас», «Чеченский капкан» на РЕН ТВ — и кроме этого он выполнял те задачи, о которых говорить пока рано. Сергей был награжден орденом Мужества, медалью «За Отвагу» — ведь там была та же Сирия. И то, что мы вывели оттуда войска в результате Хасавюртовских соглашений 1996 года — это было предательство. Бандиты их не выполнили — они не выпустили раненых и продолжали двигаться в Дагестан. Поэтому возвращение туда в виде Второй Чеченской кампании в 1999 году было абсолютно оправданным и уже вместе со всеми чеченцами, объявившими войну ваххабизму, шло точечное поквадратное уничтожение бандитов, террористов и наемников вроде Хоттаба.





— А когда Сергей учредил Фонд инвалидов войны?
— В 1997 году. Вначале это была Региональная общественная организация ветеранов и инвалидов межрегиональных конфликтов в Таджикистане и Чечне «Ровитич». Сергей был председателем, а я — его заместителем. Потом эта организация была преобразована в Фонд ветеранов «Единство» и Фонд ветеранов и инвалидов вооруженных конфликтов «Рокада». Собирали гуманитарные грузы — противоосколочные очки, пятиточечники, чтобы солдатам не застуживать спину, тактические перчатки, бронежилеты — все это многим спасало жизнь. Эти грузы мы развозили по самым отдаленным гарнизонам — Ведено, Урус-Мартан, Шали и другим. Сергея знали все — от солдат до командующего группировкой.
— А каким Сергей запомнился тебе?
— В жизни это был очень тонкий ранимый человек. Но при этом он был Настоящим Мужчиной, Другом и Воином. Ему была присуща артистичность, в которой он реализовал себя и как актера, и как художника. За два последних года — а он ушел в 50 лет — он сделал два художественных фильма, поставил спектакль, написал книгу «Со мной и без меня», где в порой шутливой, а порой серьезной форме рассказал о настоящих героях и настоящих подвигах. В 1997 году, на дату ввода войск 11 декабря, мы придумали «Вечер памяти», на который пригласили Юру Шевчука, Гарика Сукачева, Костю Никольского — в маленькой комнатушке за сценой концертного зала «Октябрь» Вадик Раллев брал в руки гитару и пел «Батальонную разведку». Затем фронтовой ужин на 10−20 человек. Сергей до последнего не верил, что получится — и первый тост за столом, где сидели Андрей Мерзликин, Юра Шевчук — поднял «за того, кто все это придумал» — то есть за меня. Я никогда не забуду ни эти слова, ни ту роль, которую он сыграл в моей судьбе, когда я был ранен, мне было тяжело и он меня поддерживал. Потом это были уже всероссийские вечера на 500−600 человек, с вручением государственных наград, в том числе матерям погибших ребят и тех, кто был в плену.





В общем, Сергей Говорухин — это человечище с большой буквы. Ведь по сути он был гражданским человеком — и даже когда он потерял ногу, получал гражданскую пенсию 5 тыс. рублей. Он был инвалидом труда, а не инвалидом войны — потому что по официальной версии он снимал там кино. Но мы все знали — от солдата до генерала — что он был настоящим офицером, человеком чести. 9 Мая мы устраивали концерты у входа в Парк Горького для ветеранов с участием Саши Маршала, Кости Никольского, Олега Митяева, Валентины Толкуновой, Тамары Гвердцители и многих других. Но поскольку ветеранов становилось все меньше, а кругом царили ханжество и бездушие даже по отношению к этому Великому Празднику, а никаких Бессмертных полков тогда не было, Сергей снял об этом замечательный фильм «Сочинение на уходящую тему». Это фильм о трагедии уходящего поколения героев, которых не вернуть и не заменить. И такие люди как Сергей способствовали возрождению нашей истории, продолжению наших духовных традиций. Он выбивал ребятам награды — в том числе посмертные, выбивал квартиры, ездил на суды, выступал в защиту Юры Буданова. Всё это мы делали с ним вместе: и дачу снимали на две семьи, и вместе отдыхали, сходились и расходились — но до последнего дня оставались друзьями.




С отцом С.С. Говорухиным

— Не давил ли на Сергея груз славы его отца — великого режиссера Станислава Говорухина?
— Серёжа родился 1 сентября. И вот в этот день, в 2011 году, он открывает «Московский комсомолец» и читает: «Исполнилось 50 лет Сергею Говорухину — сыну известного режиссера Станислава Говорухина». Он возмущенно откладывает газету в сторону и говорит: «Да что же, мне надо до 100 лет дожить, чтобы они вспомнили, что я сам режиссер?!» А 27 октября его не стало — но юмор и тонкое ощущение жизни не покидало его до последних минут. Вот и здесь с портрета он улыбаясь смотрит на нас и говорит: «Ребята, живите радостно — поприте смерть своей счастливой жизнью».

Из книги Сергея Говорухина «Со мной и без меня» (2011)
«Гена Алёхин в свою бытность главным редактором газеты 56-й армии решил взять у меня интервью. … Через пару месяцев получаю с оказией газету. Открываю и теряю дар речи: на фоне моей улыбающейся, я бы сказал, жизнеутверждающей фотографии не оставляющий никакой надежды заголовок: «Смерть выбирает лучших». Звоню Гене.
— У тебя, — спрашиваю, — с головой, вообще, как?
— Это же образ, — объясняет Гена. — Обобщение…
Образ! Слава Богу, что газета войсковая. А если бы «Комсомолец» или «Комсомолка»…
Я представил свою маму, открывающую газету…
«Смерть выбирает лучших».
Думаю, что интервью она бы прочесть не успела».





Так что давайте спешить творить добро — как это делал великий воин Сергей Станиславович Говорухин. Мы, члены Фонда «Вымпел-Гарант» и все его боевые товарищи, считаем, что по совокупности своих действий и поступков, совершенных им во имя Родины, он достоин высокого звания Героя Российской Федерации. Когда люди узнают, что сделал Сергей для России и для всех нас — то они согласятся с этим, в том числе и наши руководители. Он честно заслужил свою Звезду Героя, как и Вадим Раллев — ведь многие подвиги они совершили вместе, в том числе и при выполнении специальных заданий за рубежом. Просто время еще не пришло — но оно придет, «большое как глоток, глоток воды во время зноя летнего».
Мы в это верим. Как и в то, что Сергей всегда с нами, всегда рядом. Свое завещание нам он оставил на плите своего памятника, увенчанного Красной Звездой:

«Остаться в Вас строкою, словом, песней…
Уйти легко, свободно, не таясь…
Чтобы вернувшись ветром благовестным…
Дыханием своим коснуться Вас…»
Link Complain Quote  
  Korado
Korado


Messages: 4328
18:57 25.05.2019
avenarius (avenarius) писал (а) в ответ на post:
> И такие люди как Сергей способствовали возрождению нашей истории, продолжению наших духовных традиций. Он выбивал ребятам награды — в том числе посмертные, выбивал квартиры, ездил на суды, выступал в защиту Юры Буданова.
quoted1

Если этот персонаж выступал в защиту подонка и насильника Буданова, то наверняка и сам был таким же..
Таким упырям не должно быть места на этом свете..
пущай жарятся на том..
Link Complain Quote  
Go to the first message← Previous page Next page →Go to the last message

Return to the list of threads


Username
Thread:
B I U S cite spoiler
Message:(0/500)
More Emoticons
        
Forums
Main discussion
En/Ru discussion new
Russian forum
Users online
Translate the page
Какой Победой гордимся?. Её нам Навальный с американским послом на Болотную площадь принесёт…
.
© PolitForums.net 2019 | Our e-mail:
Mobile version