>

>
> Max Sim (40251) писал (а) в ответ на сообщение:
>
>>В чужом глазу.
>> Ты лучше расскажи как так получилось что садист, террорист и агент абвера стал героем для СУГС
quoted2

> Недавно увидела свет книга Михаила Голденкова «Русь — другая история». Издание позволяет по-иному посмотреть на взаимоотношения соседних государств — России, Беларуси, Украины, Литвы. В книге собраны совершенно удивительные факты, которые развеивают многие мифы, созданные российской историографией. Это попытка ответить на вопрос, почему история Русского мира грешит странными противоречиями, явными накладками и ослепительно белыми пятнами. Почему Москва не имеет никакого отношения к России, как делали героев из Дмитрия Донского и Юрия Долгорукого и для чего Екатерина Великая переписывала историю?
>
>
>
>
> Москва — не Россия
>
> Этот, на первый взгляд, удивительный тезис красной нитью проходит через всю книгу. Более того, автор, апеллируя научными фактами и архивными документами, убедительно доказывает, что современные русские русскими как таковы вообще не являются.
>
> "Даже в начале 18 века в Европе для обозначения Московского государства все еще используется не слово Россия, но Московия, а в английских источниках — Московития, — пишет Михаил Голденков. — Словом Русь/Русия (RUSSIA), исходя из западноевропейских политических карт 15−17 вв., наши западные соседи называли земли современной Украины, Великого княжества Литовского, Русинского и Жемайтского, иногда земли Великого Новгорода. И лишь на Москву понятие Русь не распространялось никак. Московское государство на картах отмечалось, как Московия, Московития, иногда Тартария".
>
> Лишь во времена Петра I для Европы, как и для всего мира, постепенно стала происходить замена понятий «Тартария» и «Московия» на «Россию».
>
> Но была и другая Русь. «Многие летописи того времени (13 в.) говорят о Руси, лежащей северо-западней Польши. Например, в 60-е гг. 13 в. известный англичанин Роджер Бэкон в „Великом сочинении“ называет Левковию (Левонию), вокруг которой „с обеих сторон“ Балтийского моря „расположена великая Руссия“, т. е. одна — явно в Новгородских землях, а вторая — в Северной Германии», пишет автор и задается вопросом: — Какое отношение к этой и другой Руси имеет Московия и ее наследница Россия? Минимальное. Если уж и считать, что Московия как-то активно состыкуется с Русью и является ее неотъемлемой частью, то Швеция и Дания найдут куда больше исторических фактов и доказательств, чтобы оправдать свою русскость в любом суде".
>
> "Петр Первый сделал Россию более русской страной, и не только духовно, но и географически, перенеся столицу из Москвы в бывшую шведскую Ингерманландию — в Санкт-Петербург, в земли Великороссии — Республики Великий Новгород. Это был первый и последний шаг, хоть как-то оправдывающий самоназвание государства". Конечно, после захвата Великого Новгорода и приобретения территории русской Литвы (благодаря разделу Речи Посполитой) Россия получила большее право называться Русью.
>
> Автор подробно описывает, как происходило «собирание» русских земель, какое отношение к Москве имеет финское племя мокса (мокошь, моксель) и почему Московия так стремилась стать русской.
>
> Русские и белорусы — не братья-славяне
>
> Для тех, кто скептически относится к историческим фактам, считая историю — средством пропаганды, автор приводит и научные данные, полученные лаборатории. Так в книге описываются исследования российских (!) ученых из лаборатории популярной генетики человека Медико-генетического центра Российской академии медицинских наук. Шесть лет (с 2000 по 2006 год) генетики изучали ДНК русских россиян и их соседей и получили совершенно неожиданный результат: «генетический фонд русских России ближе всего к мордвинам (это практически один и тот же народ), аналогичен финнам и татарам. „Славяне-братья — это лишь белорусы, поляки, частично словаки, чуть-чуть чехи и украинцы, русские Смоленской, Брянской и Курской областей (областей, где, кстати, жили балты, курши и голядь), — пишет Михаил Голденков. — Но, может, не стоило тратить целых шесть лет, чтобы убедиться в родстве финнов, мордвы и русских россиян? Достаточно посмотреть на историографию соседей (той же Беларуси), народные костюмы, песни, танцы и матрешки. Именно как матрешку похоронили угро-финны своего вождя Атиллу: в нескольких гробах. Матрешка — это кукла, копирующая реальную традицию захоронения уральских народов“.
>
> "Людям, удивленным выводам экспертизы ДНК русских России, должно быть известно, что проблема алкоголизма всегда остро стояла лишь в двух европейских странах: в Финляндии и России. Как и у индейцев Америки, у чистокровных финнов в организме полностью отсутствует сопротивляемость алкоголю. Неудивительно, что в 16−17 вв., в то время, как на Руси пили мед (медовуху), открывали харчевни и кабаки на каждом углу, в Московии не то чтобы не было питейных заведений — за питье спиртного строго карали».
>
> В книге также рассказывается о том, как происходило «ославянивание» населения, как в ходе войны 1654 года около 300 тысяч пленных литвинов вывез в земли Московии Алексей Михайлович Романов, чтобы пополнить изрядно поредевшие после чумы земли. «Вот тогда-то впервые и пришли в Московию типично белорусские праздники Ивана Купала, Радуница и пр. Губительная для Литвы война за выживание оказалось чем-то вроде спасения для Московии, приобщения этой страны к христианскому русскому миру».
>
> "И язык, и искусство, и религия с мифологией, как и свойства ДНК финно-угров Московии и индоевропейцев Руси, доказывают лишь одно: это разные народы, разных культурных источников, общего у них мало", — отмечает автор.
>
> Сусанины и Павлики Морозовы на службе идеологии
>
> Фантастические байки о героях — еще один излюбленный прием российской историографии. Михаил Голденков приводит факты, призванные развеять некоторые мифы о многих легендарных личностях российской истории. В их числе Иван Сусанин — подмосковный мордвин, убитый разбойниками, а вовсе не заведший каких-то мифических поляков в лес: «на тот момент никаких польских отрядов около Москвы даже близко не было».
>
> Кстати, интересный факт: родственники Сусанина, ходатайствуя перед властями о пенсии за убитого кормильца, нанимали переводчика из Москвы. То есть Подмосковье говорить по-русски в 17 веке все еще не умело.
>
> "Примерно точно так же родилась в 1930-е гг. большевистская легенда о Павлике Морозове: обычное убийство на бытовой почве (Павлика убили из-за дележа наследства родственники) идеологи описали как борьбу юного пионера (а Павлик и пионером даже не был) с кулаками, — пишет автор. — Но такова история русской истории, как, впрочем, и других — если нужен герой, то его обязательно придумают".
>
> К серии подобных баек можно отнести и Куликовскую битву, которая, по сути, «являлась чисто ордынской разборкой темника Мамая с ханом Тохтамышем». «Легендарный» Дмитрий Донской в этой гражданской войне выступил как опора Тохтамыша. «В благодарность за победу над Мамаем великий хан заступился за него через два года после Куликова поля, когда бунтовщики-половцы захватили Москву, выгнав оттуда Дмитрия, человека, ни разу в жизни не державшего в руках меч». Кстати, отметим, что на указанном Куликовом поле на Дону археологи так и не нашли следов даже небольшой стычки. В этой связи логичной выглядит версия о том, чтоб сражение произошло совсем не там, а на окраине Москвы, называемой Куличками.
>
> Как «построили» Москву руками горбуна и чревоугодника
>
> Однако все эти легенды — ничто по сравнению с тем, как во времена Екатерины Великой полностью переписали историю нынешней России. Чтобы оправдать свое право считаться русской землей, «неправильные» летописи подправлялись, а чаще вообще уничтожались. Даже всем известная «Повесть временных лет» претерпела «необходимые» изменения. Вместо этого появлялись новые «правильные документы», ранее никем не замеченные на полках библиотеки Российской Академии наук.
>
> Так благодаря стараниям императрицы, Москву «построили» заново (вернее, задолго до ее основания). Причем «руками никогда там не жившего Юрия Долгорукого, горбуна и чревоугодника, который из-за физического недуга никогда в седло не садился, не то чтобы ехать за тридевять земель, который лишь спонсировал волынских колонистов строить Ярославль и Владимир в землях москели (мокоши), с которой активно торговали киевляне, и идол которой — Мокощь — возвышался в Киеве между иранским Хорсом, Смарглом, готским Перуном и славянским Даждьбогом и Стрибогом еще в Х в.».
>
> "Екатерине не нужна была история России, где Россия возникла как очередная колония Полабской или Киевской Руси, — отмечает автор в своей книге, — в таком случае нужно было бы признать первыми русскими столицами города немцев Ольденбург (бывший Старгород), Кенигсберг (бывший Королевец) и Полоцк, который по шведским и исландским данным крестился еще раньше Киева. Но вся эта древнерусская земля частично лежала в землях Литвы, с которой Москва так долго воевала! Эти земли лежали в землях союзных Пруссии и Германии, которые, словно бабушкино наследие, уже поделили территорию Речи Посполитой, удалив это государство с политической карты Европы. Правда о Руси «не стыковалась» с политикой Санкт-Петербурга, ни внешней, ни внутренней".
>