Культура и наука

Log in | Registration
Go to the first message← Previous page

Современный российский кинематограф.

  avenarius
avenarius


Messages: 5973
18:45 12.02.2019
Советский кинематограф: ирония его судьбы
Прокатное кино — не искусство и не потеха, а зеркало производящей его нации. Большинство современных российских фильмов о советском прошлом настолько далеки от реальности, будто их снимали американцы или инопланетяне. И советский кинематограф сегодня исполняет функцию наскальной живописи: доказать, что древние люди были, а современники произошли именно от них. Поэтому нам инужно знать его и понимать. Киновед Денис Горелов в рамках проекта КультБригада рассказывает о наиболее интересных тенденциях мирового и российского кинематографа.

Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 5973
12:43 22.02.2019
Русский мир кино
нужна экспансия наших картин на все постсоветское пространство

Павел Шипилин





Посольство Украины в США призвало американские кинотеатры запретить показ российской ленты «Т-34»: «Посольство призвало кинотеатры отказаться от демонстрации фильма, который открыто распространяет и популяризирует современную агрессию Российской Федерации в мире, жертвой которой стала и Украина, используя для этого историческую память о героях Второй мировой войны».

Неплохая реклама.

Ничто так не привлекает внимание к книгам и фильмам, а также к средствам массовой информации, как их запрет. Мы тут, в России, давно об этом знаем и лишний раз стараемся не возбуждать любопытство. У нас практически все можно увидеть, послушать и посмотреть.

Но Украина, как и положено молодому тоталитарному государству, свои шишки еще не набила. Её эксперимент над обществом в самом разгаре, поэтому запрещённое искусство расцветает. Что не может не радовать.

В последние годы наши власти, похоже, сообразили, что кино, как и сто лет назад, — самая могучая «мягкая сила» русского мира. И не использовать его влияние на бывшие республики СССР, а также многие страны почившего в бозе социалистического лагеря просто необходимо.

Однажды, лет десять назад, я был причастен к кинофестивалю, который устроил смотр лент, созданных на всей территории Советского Союза. Приехали даже прибалты, и их заинтересованность в нашем необъятном по их меркам рынке просто бросалась в глаза. Наши прокатчики им говорили: переведите на русский, оттитруйте, и можно попробовать запустить по всей сети.

Дело, кажется, так ничем и не кончилось — у новых независимых республик мало денег. Их кинопроизводство загибается. А может, с тех пор уже и загнулось.

Подозреваю, та же судьба ждет украинские киностудии. В прошлом году здесь снято 29 картин, но я сомневаюсь, что кинобизнес нэньки ждёт расцвет. Проблема в том, что для нациков, захвативших власть в стране, использование никому не нужной мовы — чуть ли не главный элемент пропаганды. Что автоматически означает скукоживание потребителей их неплохой, как говорят, продукции, до размеров Галичины и примкнувших к ней территорий.

И переводить на русский свои картины украинцы, конечно, не будут — к счастью для нас. Фактически, у нас теперь нет конкурентов на постсоветском пространстве. России грех не воспользоваться своим уникальным положением.

Никто, кроме специалистов, не знает, снимают ли фильмы в Молдавии, Грузии, Армении, Эстонии, Киргизии или Латвии. Ибо русский язык в национальных республиках под запретом, а продукция на эстонском, грузинском или фарси за границами этих не зависимых от здравого смысла государств никому не нужна.

Именно поэтому так важно возрождение российского кинематографа, экспансия наших картин на все постсоветское пространство. И даже дальше, на территорию стран бывшего Варшавского договора. И еще дальше — в старую Европу, которая еще помнит наших лучших артистов и режиссеров, как мы помним и пересматриваем старые итальянские и французские ленты.

В прошлом году у нас было произведено 74 художественных фильма, в 2017-м — 59, в 2016-м — 68, не считая мультфильмов и сериалов. По-моему, этого очень и очень мало. Надо бы как минимум удвоить.

Я сейчас не о качестве, а о массе, которая в состоянии задавить любую национальную киноиндустрию экс-республик СССР. И одновременно продвигать объединительную идею, создавать позитивный образ России. Хотим мы того или нет, но наши киностудии уже стали своеобразным региональным Голливудом, ибо русский — это язык межнационального общения как минимум для 15-ти окружающих нас стран.

А о качестве можно говорить и спорить. Мне не нравится современный российский кинематограф. Но в данном случае речь не о моих предпочтениях и завышенной планке, а о пропаганде. Ведь и американский кинематограф выдает, в основном, некачественное, проходное кино — зерна шедевров, как обычно, редкость в общей массе. Что не мешает ему продвигать американский образ жизни.

Так что чем больше будет сниматься российских фильмов, сериалов, мультфильмов, тем лучше. А при помощи интернета их можно смотреть даже в Галичине. Благо что русский язык все понимают даже там.
Link Complain Quote  
  morfin
morfin


Messages: 15
23:46 28.02.2019
Уважаемый БОСС!
Вот я и думаю, чем плох наш замечательный форум? Ну почему большая часть юзеров уже переметнулась на соседний ПЮФ? Замечу, там пасутся и модераторы и бывшие советники? Предатели и перебежчики-вот так можно заклеймить этих дохленьких лузеров. Прав был уважаемый Босс, что пнул некоторых с должностей, да и вечный бан им в самый раз. Я сейчас не стану называть поимённо эту гнусь, но в следующий раз я контру обозначу конкретно. Могу сразу назвать недавнего беглого Митяя. который уныло пасётся там в ожидании женской ласки. Ладно, господа, пока, пока!
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 5973
07:45 04.03.2019
Айяй-Айка
мигранты как новый идеологический жупел

Илья Титов





В этом году обладателем кинопремии «Оскар» в номинации «Лучший фильм на иностранном языке» стала картина «Зелёная книга» — качественный, но оттого не менее политизированный байопик про путешествие итальянского вышибалы и чернокожего музыканта по американскому Югу в 1962 году. Красивая история о путешествии и переоценке приоритетов приводит в итоге к очевидной морали: расизм — это плохо, а времена сегрегации, когда негров не пускали в отели, рестораны и музыкальные клубы для белых, были сравнительно недавно. Словом, компания подобралась вполне типичная для «Оскаров» последних лет — художественная ценность уступила место политике, подающейся прямо в лицо, и идеологическому наполнению, единообразному и опостылевшему. Самое любопытное тут то, что это признак не только американского кинематографа; тенденция, которую в случае завязанности её только на США можно было бы списать на замысел киностудий или уникальный культурный климат, цветёт по всем западным странам и прорастает и у нас.

В подтверждение этого тренда в России на деньги Министерства культуры РФ режиссером Сергеем Дворцевым был снят казахстанский фильм «Айка». Широкое обсуждение драме обеспечила победа в номинации «Лучшая женская роль» на Каннском кинофестивале в мае прошлого года. Как часто бывает с фестивальным кино, фильм вышел в широкий прокат только в феврале, на пике наградного сезона, под который фильм и затачивался, — и вот, спустя три четверти года после привередливой каннской публики, он оказался доступен и широким зрительским массам. Теперь самый обычный посетитель самого обычного кинотеатра имеет возможность приобщиться к высокому искусству кино, попавшего в шорт-лист и не дошедшего лишь немного до окончательного списка номинантов на «Лучший фильм на иностранном языке» Американской киноакадемии.

Повествует же «Айка» о попытках одноимённой киргизской девушки выжить во враждебной среде, полной ненависти, ксенофобии и неприкрытого фашизма — в современной Москве. «Гуманитарная катастрофа в собянинской Москве» — так озаглавил один либеральный кинокритик свою рецензию на «Айку». Героиня драмы бросает в роддоме собственного ребёнка из-за нехватки времени, чтоб им заниматься: нужно постоянно работать, чтоб выжить. Снимавшиеся шесть лет пять дней, которые проводит с ней зритель, она страдает от болей, кровотечений и мучений по поводу огромного долга и брошенного ребенка. Интересен метод съёмки — лицо героини показывают как можно реже, в основном зритель видит её со спины, на фоне чего главную роль играет контекст в виде грузной, заснеженной и давящей Москвы, улыбчивых коллег-гастарбайтеров (сыгранных, по словам режиссёра, настоящими нелегалами) и равнодушно-злобных (по мысли режиссёра) местных.

В качестве несомненного плюса «Айки» рецензенты отмечают, что это натуралистичный фильм о том, о чём не принято говорить. При всем этом, те же рецензенты начисто забывают, что подобные черты вовсе не делают фильм обязательно хорошим. «Айка» качественно сделан, но посыл, лежащий в его основе, подозрительно напоминает модные нынче на Западе фильмы, где корнем бед мигрантов, беженцев и прочих нежеланных чужаков видятся местные, отказывающиеся принимать их в свои объятия. Россия, таким образом, обозначается, как написали в рецензии на феминистском сайте «Wonderzine», «коррумпированным, ханжеским и расистским обществом», тем самым вставая в один ряд со странами, чьим политическим модус операнди стало искупление вины перед потомками дикарей, страдавших от столетий колониального угнетения. России, которую здесь представляет холодная и равнодушная стихия Москвы, предлагается покаяться и заплатить. Валюта, в которой «несчастные угнетённые» будут принимать оплату, не уточняется, равно как и ответ на вопрос о том, зачем вообще вливаться во враждебную среду, прекрасно понимая свою чужеродность. Умело сделанный фильм мямлит на простой и основополагающий вопрос что-то невразумительное, а рецензенты, почему-то особо отмечавшие игру главной актрисы, поразившей разве что своей безликостью, в один голос утверждают, что ответ очевиден.

Рассмотрение проблемы массовой миграции через призму общечеловеческого гуманизма, чьи формулы были выведены задолго до возникновения актуальных ныне проблем, стало простой и эффективной ловушкой, в которую западные интеллектуалы загнали иммиграционный дискурс. В этом смысле некоторые представленные на «Оскар» фильмы и «Айка» — ягоды одного поля, оружие, призванное внушить зрителям вину и понимание того, что приезжие нелегалы имеют такое же право на ту землю, куда они прибыли без приглашения, как и её исконные жители. Вопрос даже не в том, почему снимаются такие фильмы — в конце концов, как показывают нынешние тенденции, в выражении своих идей многие и видят суть кинопроизводства. Вопрос в том, почему такое кинопроизводство, сознательно или нет обвиняющее, провоцирующее и оскорбляющее значительную часть населения России, спонсируется нашим Министерством культуры?
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 5973
10:39 08.03.2019
Тобол, Пётр и фильм-комикс
смешались в кучу кони, люди, купола, шатры, камзолы

Галина Иванкина





«Была та смутная пора,
Когда Россия молодая,
В бореньях силы напрягая,
Мужала с гением Петра».
Александр Пушкин.

Ощущение от фильма: это нечто скомканное и мало внятное. Кто? Куда? Зачем? Смешались в кучу кони, люди, купола, шатры, камзолы. Какие-то парики-аллонж, сменяющиеся монгольскими уборами, кареты с малиновыми шторами, бородатые мужики да румяные бабы — всё это куда-то несётся и тащится. Пётр Великий выдаёт громокипящие банальности — на сильном ветру. Так положено. А гардемарины, как обычно, — вперёд! Потом, правда, выясняется, что исторический боевик «Тобол» (реж. Игорь Зайцев), показавшийся мне набором сцен — экранный вариант будущего сериала. Отсюда — отрывочность мысли и укороченность смысла — на фоне долгих — искромётных боевых сцен. Ибо! Массовый зритель (пацан-и-попкорн) любит, когда наши мочат ненаших или вообще кого-нибудь «плохого». Главное — мочить подольше, используя полюбившийся нашим киношным корифеям эффект замедленного взрыва или пролёта снаряда (как в мальчиково-танчиковой мелодраме «Т-34»). Авторы «Тобола» также не преминули воспользоваться этой лепотой — хорошо, что лишь на время титров.

Драка! Посему надо урезать всякие беседы «ни о чём» и выдать кровавый пир с подыманием юного барабанщика на копья. Допускаю, что сериал будет лучше — есть неплохой задел и кое-какие прилично снятые фрагменты. Опять же — виды природы, которые всегда выручают любой кино-шлак. Вместе с тем, сочинитель одноимённого романа — Алексей Иванов — выказал гнев и печаль в ответ на экранизацию своего монументального детища. Но не будем о грустном. В конце-то концов педантичные историки полагают, что и фолиант Иванова — больше «фэнтази вокруг да около», чем реальная летопись края. Так что мы преспокойно можем увязнуть в поисках ошибок, огрехов и «допущений в пользу коммерческой занимательности». Наш славный эрудит-националист Егор Холмогоров иронически заметил: «Самая легкая провинность — отступление от книги Иванова, которое довело дело до скандала — писатель отказался от упоминания в титрах и публично разругался с режиссером». Kак они «публично ругались» я не наблюдала, поэтому верю Холмогорову на слово.

Однако же я согласна с тем суровым мнением, что понять и оценить роман (да и фильм) «Тобол», можно только зная всю историческую суть, изложенную в тексте; глубоко чувствуя душу Сибири — а у неё, поверьте, есть своя тайна. Если по-умному, даже легкомысленную «Анжелику» нельзя смотреть без понимания материалов по делу коррумпированного функционера — Николя Фуке, ибо тот очаровательный сюжетец построен на теме казнокрадства и соперничества с королём. А вам бы только будуары да фермуары? Не говоря уже про местных «Гардемаринов», участвующих в распутывании французских интриг при русском дворе. А вы думали, что там про любовь? Знания не умножают скорбь — они создают многомерную вселенную. Но вернёмся нашу Сибирь!

В кинофильме «Тобол» мы созерцаем этакий набор картин — что-то наподобие комикса. И всё, как в настоящих комиксах — предельно упрощено и — уплощено. Не сказать — сплюснуто. Для понятности. Царь Пётр давно — слишком давно превратился в символическую фигуру, которую в зависимости от конъюнктуры поворачивают к нам то одной стороной, то — противоположной. То он — реформатор, державный плотник и ниспровергатель мрака; то — запойный ублюдок, изничтожающий русскую идентичность. Но по любому — алгоритм. Авторы «Тобола» превзошли всё и вся — мы видим некую маску, личину, которую носит артист Дмитрий Дюжев — высокий и красивый, спору нет. Пётр — по схеме — должен орать, крепко обнимать «сынов Отечества», брутально махать кулаками и не менее свирепо отдавать лаконичные приказания. Зрителю ясно — вот Пётр I, а Дюжев — зело дюж.

Далее — Матвей Петрович Гагарин, один из сподвижников царя и — жертва собственной алчности. Жестокая и бриллиантово-златая эпоха порождала такие же характеры. Матвей Гагарин — персона почти равная Александру Меншикову — по размаху, мощи, уму и — казнокрадству. Да, я неслучайно помянула и Николя Фуке — талантливого и преступного деятеля времён Людовика-Солнце: публицисты и романисты XIX столетия иной раз именовали Гагарина «русским Фуке», хотя, на мой взгляд, сравнение весьма поверхностно. Одно верно — то были настоящие монстры барочной цивилизации! Амбициозные и наглые, они роскошью затмевали не токмо большинство европейских государей, но и восточных владык. Григорий Данилевский в своём посредственном, но типичном (а потому — интересном для исследователя) произведении «На Индию при Петре I» писал о Гагарине так: «Никто не смел жаловаться на самовластного, богатого князя. Сильные охотно с ним делились; мелкие боялись и взглянуть на пышного сатрапа, творивщего беспощадную расправу и суд не только над инородцами, но и над своими».

Но! Родовитый боярин, сподвижник и друг царя, Матвей Петрович сделал очень много для развития Сибири и становления новой петровской России. Правою рукой возводил и созидал, левою — подло грабил. Жил — широко и умер — мученически. После чудовищных пыток был казнён. Пётр дорожил своим товарищем, но таких злоупотреблений не знала земля Русская — ни до, ни после (надо сказать, что Людовик XIV обошёлся с Фуке гораздо милостивее — всего-навсего влепил ему пожизненное заключение, дозволив заниматься науками и книгочейством). Но Пётр вам не Людовик. Русский Галантный век — не лишь кружева и фижмы. Путь Матвея Гагарина — это доблесть равная мерзости, триумф напополам с дикарским шиком, а затем — падение, трагедия, боль. И — слёзы разгневанного, обманутого Петра. Здесь же, в кинокартине, нам предлагают суетливого чиновника, этакого пройдоху и пакостного мздоимца. Никакого масштаба. Только мелкотравчатая страстишка к золотишку. Типаж вышел одномерным и — осовремененным. (Наш провинциальный нувориш, вообразивший себя неподвластным и всемогущим). Я же говорю — комикс, а этот жанр осовременивает любую story. Зато парик и шуба — отменные. Картинка тут вообще — сочная. Комиксы завсегда симпатично смотрятся. Особенно с попкорном и кока-колой.

Но более всего «досталось» Семёну Ульяновичу Ремезову — одному из достойнейших людей петровской когорты. Коренной сибиряк, уроженец Тобольска, он обладал настолько разнообразными и значительными познаниями, что диву даёшься! Kартограф, архитектор, строитель, воин, историк. Не был он чужд рисованию и математике. Наивные — мы ждём открытий и даже откровений. Но — нет. Пред нами — простоватый, хотя и вполне симпатичный мужичок-боровичок, с прибаутками да словечками. Он смахивает на купчишек из пьес Александра Островского — норовистых да нраву буйного. Сразу видно — горазд выкушать чарку зелена вина да оглоушить ворога чем потяжельше. Сложно представить, что этот мил человек вообще образован, а не ставит крестик при заключении купчей. «Он непрерывно ругается и по-бабски скандалит, плачет, дерётся оглоблей, дрыхнет посреди дня в телеге и… ни разу не берёт в руки перо», — возмущается Холмогоров.

Все патриотические журналисты и критики отметили, что фильм — западнический по духу. Мол, единственным по-настоящему привлекательным героем оказался пленный швед — Юхан Густав Ренат. Он чётко выписан, как минимум. В отличие от героев-схем, вроде Ивана Демарина — по идее главного персонажа. Действительно, затмевает. Но, как мне кажется, это исключительно за счёт авантюрной линии Рената. Кстати, сей швед — также известная личность — первый европеец, составивший детализированную карту Джунгарии и Восточного Туркестана. Я бы повернула иначе: фильм — не прозападный, а — предупреждающий об изысканном коварстве востока. Резон таков: любой западный враг — сугубо рационален и внятен. По одной веской причине — и Россия, и Европа принадлежат к Христианской ветви цивилизации, а потому швед и русский скорее поймут друг друга — пусть даже и сталкиваясь на поле брани. Восток же — дело тонкое, как говаривал красноармеец товарищ Сухов. И — чужое. В «Тоболе» великолепно показана эта разность. Эти два не пересекающихся мира. Когда наши ребята в треуголках и ботфортах встречаются с джунгарами, одетыми в ордынский доспех века этак тринадцатого; когда мы видим русича или шведа на фоне «вечных» кибиток и шатров, понимаешь: «Запад есть запад, восток есть восток». Это уже не конфликт народов (как под Полтавой), но — столкновение эпох. Восток — сосредоточение и консервация. Русь, если её не давят игом, это — движение, поиск и частенько — свежий авангард. В XVIII столетии Российская Империя создала культуру, науку, производство, кораблестроение, став одной из европейских супердержав. Петровские реформы — это не «убийство самобытности», а возвращение к себе, что и доказало ускоренное развитие русского общества в век Просвещения.

Другое дело, что фильм «Тобол» — в экранной или же сериальной версии — это вещь на один раз. Посмотрел и забыл. Нечего и сравнивать с «Юностью Петра» или «Россией молодой», которые можно смотреть хоть сто раз и с любого места. Сейчас не принято ваять шедевры для долгого «потребления» — ни в России, ни в Голливуде. Везде — быстренькая жвачка. До смешного доходит — в Америке ностальгируют по «культовым» боевикам 1980-х и послевоенным комиксам. Вроде как отцы умели делать, а богатыри — не мы! То есть развлекательный масс-культ упростился до компьютерного спецэффекта. Поэтому наверное не стоит ждать от современного зрелища каких-нибудь вершин, глубин, величин. Баббл-гам и весёлые картинки. Если понравились завороты фабулы — нужно прочесть роман Алексея Иванова. Там, по крайней мере, есть любовь к Сибири, а помните, что насчёт неё сказал Михаил Васильевич Ломоносов? То-то.
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 5973
22:44 29.03.2019
Толпа неуправляемых дегенератов почему-то именуется «Братством»
Новая киномерзость Павла Лунгина явно пришлась по вкусу современной российской «элите» …





На днях в Министерстве культуры РФ был организован закрытый показ нового фильма Павла Лунгина «Братство», посвященного событиям в Афганистане. На просмотр пригласили ветеранов афганской войны и представителей общественности. Как признался перед началом показа режиссер, ему лично и всем, кто работал над фильмом, было интересно узнать мнение участников афганских событий. Как и следовало ожидать, реакция ветеранской общественности оказалась крайне негативной. И тому есть немало причин.

Несмотря на спецэффекты и потрясающие по красоте горные пейзажи, в фильме показана совсем другая война — не та, на которой побывали многие из присутствовавших на просмотре ветеранов. И это первое, на что сразу же обратили внимание участники развернувшейся после просмотра дискуссии. А некоторые сцены фильма и вовсе вызвали у ветеранов неподдельное возмущение.

Начинается фильм с того, что на каком-то блокпосту наши бойцы остановили караван афганцев для проверки. В результате у мирных афганских торгашей исчезли полмиллиона афганей. И хотя по сюжету фильма непонятно, кто украл эти деньги, подозрение невольно падает на советских солдат. Тем более что из реплики одного из героев фильма становится понятно, что такого рода трюки советские бойцы проделывали и раньше. А спустя несколько минут, когда группа солдат во главе с прапорщиком пытается купить у местного торгаша в лабазе импортный магнитофон и сигареты, все сомнения исчезают: конечно, деньги стырили шурави, ведь им нужно прибарахлиться перед скорым дембелем!

Далее вообще следует фантастическая сцена, когда в тот же афганский лабаз, где идет торг из-за импортных шмоток, вваливается группа спецназовцев. Без лишних разговоров они отнимают у солдата только что приобретенный «панасоник». А когда боец попытался что-то робко возразить, спецназовцы затеяли драку. Несколько минут кряду на экране советские военнослужащие мутузили друг друга на глазах десятков местных жителей. И только вмешательство какого-то майора, который, очевидно, пользовался большим авторитетом у бойцов, остановило этот бессмысленный мордобой.

В целом сюжет картины посвящен последним дням советского военного присутствия в Афганистане. Советские войска готовятся покинуть страну «духов». А специально прибывший в Афганистан некий полковник КГБ обеспечивает вывод войск спокойно и с минимальными потерями. Однако потерь избежать все-таки не удалось. Буквально за несколько дней до окончания войны моджахеды сбили советский самолет и взяли в плен летчика.

К несчастью, летчик оказался ни много ни мало — сыном командующего советскими войсками в Афганистане. Тот приказал во что бы то ни стало найти своего сына и вернуть его живым. В результате сложной многоходовой комбинации с использованием агентурных возможностей удалось договориться о передаче пленного пилота советской стороне за приличный выкуп. Однако в последний момент сделка сорвалась: летчика случайно убил из пистолета простой афганский паренек. И тогда обиженный на весь свет командующий отдает приказ стереть с лица земли афганский кишлак.

Заканчивается фильм тем, что уже на советской территории, после вывода войск, командующий с безумными глазами пьет водку на плацу и предлагает полковнику КГБ присоединиться. Но полковник обвиняет генерала в том, что он воюет с детьми и мирными жителями, и пить водку с ним отказывается. Вот такие нешуточные страсти обрушивает на зрителя модный российский режиссер.

Помимо сюрреалистических сцен с драками и безумным генералом, есть в фильме и явные логические неувязки. Так, некий кинооператор, работающий неизвестно на кого и снимающий процесс вывода войск, сидя на броне бэтээра, интересуется у бойцов: «А вы слышали последнюю речь академика Сахарова, осудившего войну в Афганистане?». Бойцы в ответ промычали что-то невразумительное: понятно, что речь академика они не слышали. Да иначе и быть не могло. События, показанные в фильме, происходят в последние дни советского военного присутствия в Афганистане, то есть до 15 февраля 1989 года. А свою знаменитую речь Сахаров произнес на съезде народных депутатов в июне, спустя четыре месяца. Интересно, как бойцы, да и сам кинооператор, могли слышать речь, которая на тот момент еще не была произнесена?

Самое удивительное заключается в том, что фильм, как следует из начальных титров, основан на реальных событиях. Получается, что создатели фильма попытались в художественной форме воссоздать на экране реальную войну в реальной стране, которую вела реальная армия против реального врага. Вот только те, кто на самом деле принимал участие в той войне, не обнаружили на экране ничего, что хотя бы отдаленно напоминало афганскую войну и Советскую армию. Из реальности на экране только афганские пейзажи. Все остальное — полная фантазия режиссера и сценаристов.

— То, что показано в фильме, не имеет ничего общего с той армией, в которой я служил, — заявил первый заместитель секретаря Общественной палаты РФ Герой России Вячеслав Бочаров. — Это какая-то иная реальность, параллельная тому, что происходило на самом деле на земле Афганистана. И хотя сцены боя сняты весьма эффектно, огромное количество неточностей и откровенной лжи перечеркивает все достоинства картины.

— Я служил в Афганистане в 345-м отдельном парашютно-десантном полку, — сказал председатель Центрального правления РСВА Александр Разумов. — У меня взрослые дети, подрастают внуки. Я им регулярно рассказываю об афганской войне. И вот они посмотрят этот фильм и спросят: так чем ты, дед, занимался в Афгане? Водку пил, шмотками торговал и мирных жителей расстреливал? А именно такое впечатление и может сложиться у молодого человека после просмотра фильма.

Участник войны в Афганистане полковник в отставке Владимир Кошелев высказался еще более жестко. По его словам, эта мерзость вообще не вписывается в ту концепцию патриотического воспитания подрастающего поколения и сохранения исторической памяти, которую постоянно декларирует государство в лице его высших руководителей.

Отвечая на справедливые упреки, Павел Лунгин банально объяснял многочисленные нелепости фильма особым взглядом художника, который, дескать, видит жизнь по-своему. Обычно так и поступают собратья Лунгина по киношному цеху: когда нечего возразить по существу, приплетают какой-то особый взгляд художника. По мнению киношников, это самый убойный аргумент в любой полемике относительно их киношедевров.

Правда, непонятно тогда, зачем нужно снимать кино по конкретным историческим событиям, да еще отмечать это в титрах. Снимайте себе, господа художники, абстрактные боевики, где какие-то абстрактные головорезы эффектно крошат себе подобных на фоне красивых горных пейзажей. К такому кино и вопросов не возникнет. Но в данном случае речь идет о совершенно конкретной войне, и показывать ее нужно максимально правдиво, хотя бы из уважения к тем, кто эту войну прошел.

Однако на экране зритель видит не солдат и офицеров Советской армии, блестяще воевавших в Афганистане и честно выполнивших свой долг, а толпу неуправляемых дегенератов, озабоченных лишь тем, как бы загнать за доллары казенное имущество, а потом напиться и набить друг другу морду. И вдобавок ко всему это действо, вызывающее омерзение у любого нормального человека, почему-то именуется «Братством».

Война в Афганистане — явление сложное и неоднозначное. Девять лет советского военного присутствия на афганской земле — это не только боевые действия, это всесторонняя гуманитарная и созидательная деятельность. Советские солдаты и гражданские специалисты строили мосты и дороги, школы и больницы, бесплатно раздавали местному населению продукты и медикаменты. Почему бы модным режиссерам, снимающим кино на государственные деньги, не показать — хотя бы мельком, вскользь! — эту сторону афганской эпопеи? Так нет, модным режиссерам такие сюжеты не интересны: экшена маловато, спецэффекты некуда присобачить. А вот мусолить на экране всякие мерзости — это пожалуйста. И кочует из фильма в фильм эдакий образ русского солдата — вечно пьяного, чумазого, способного на любые гадости.

Не хотите показывать, как советские солдаты строили в Афгане мосты и дороги, — расскажите языком киноискусства о конкретной боевой операции советских войск. Но и это модных режиссеров не интересует: рассказ о конкретном воинском подразделении, о конкретной боевой операции подразумевает серьезное погружение в тему, а любые интеллектуальные усилия у современных киношников вызывают устойчивую аллергическую реакцию. Куда как проще, не напрягая мозги и фантазию, забить полфильма пиротехникой и мордобоем!

И последнее. Почему-то модные российские режиссеры, считающие себя кумирами миллионов и обладающие особым взглядом на жизнь, неизменно видят в истории Отечества, особенно советского периода, исключительно негатив: водку, хамство, мат и воровство. Удивительно избирательный у этих «художников» взгляд! И судя по тому, что на такой взгляд всегда находятся казенные деньги, очевидно, именно такое кино нашему государству и нужно. А бесконечные разглагольствования чиновников о патриотизме и необходимости правильного воспитания подрастающего поколения — всего лишь болтовня, способная убедить разве что клинических идиотов.

Вот и «Братство» Лунгина явно пришлось по вкусу современной российской «элите». Недаром его собираются показать широкому зрителю аккурат в День Победы — 9 мая. И крайне негативная оценка фильма ветеранской общественностью, которая считает, что «Братство» вообще нельзя выпускать в широкий прокат, вряд ли остановит чиновников Минкульта.

Сергей Холодов, историк, член Попечительского совета Войсковой Православной Миссии
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 5973
21:46 31.03.2019
Монета Лжедмитрия и поруха чести
Михаил Диунов разбирает ляпы сериала «Годунов. Продолжение»





Прошло совсем немного времени, и на экраны страны вышло продолжение исторического сериала"Годунов".

Это кино снималось и подавалось с большой помпой. Нам рассказывали, что в его создание вложены не только большие деньги, но и труд профессиональных исторических консультантов, художников по костюмам и декораторов. Короче, готовили к чему-то уровня экранизаций романов о средневековой Англии от Кена Фоллетта, которые можно считать примерами добросовестной работы в жанре исторического кино. Увы, реальность ожиданий не оправдала.

Итак, примемся за препарирование второго, заключительного сезона.

Вы как-то внезапно постарели, боярин
Что же мы видим в начале фильма? Первые годы правления царя Бориса забыты, как будто их не было вовсе. А между тем они были самыми зажиточными и счастливыми, запомнились народной любовью к новому правителю России. Тогда Годунов ещё не стал одержим поиском измены, а природные катаклизмы, внешние враги и внутренние неурядицы не нанесли сокрушительного удара по стране.

О его реформах и активной деятельности лишь мимоходом сказано в закадровом тексте к первой серии. Зато зрителя немедленно ввергают в ужаснейшую катастрофу — Великий голод 1601−1603 годов. Под стать тяжёлым временам и царь. Всего три года назад бегавший по Москве молодой бодрячок Годунов в мгновение ока превратился в глубокого старца, отягощённого множеством болезней.

Если в первой серии он ещё более-менее ходит, то в дальнейших уже с трудом перемещается и еле говорит, напоминая то ли Брежнева, то ли Ельцина в последние годы правления.

Хотя из источников нам известно: смерть царя Бориса была внезапной. В последние годы жизни его донимали болезни, но ни один лекарь не говорил о смертельной опасности.

В сериале, кстати, смерть Годунова объяснили с наивной прямотой. Его, оказывается, отравил иноземный лекарь по наущению злобных бояр.

Друг, враг и странности со временем
Ещё в первом сезоне были замечены удивительные странности со временем. Они продолжились и здесь. Когда начинается голодная пора, боярин Фёдор Романов ведёт активную политическую деятельность в Москве, выступает в качестве ближайшего приближённого и помощника царя. Но как? Ведь он к этому времени уже был обвинён в «злодейском волхвовании» и отправлен в ссылку. В кино же Фёдор ещё долго удерживается у трона, а Годунов демонстративно сжигает бумаги с доносами на боярина.

На самом деле хорошие отношения Фёдора Романова и Бориса Годунова были к тому времени уже напрочь испорчены. Причиной тому была политика. Ведь после избрания на царство Бориса появился неприятный для новой династии прецедент: теперь трон могли потребовать уже Романовы, используя в качестве главного довода родство с последними законными царями — Иваном IV и Фёдором.

Не меньшие парадоксы творятся с ещё одним героем прошлого сезона — Илейкой. Он читает царевне Ксении Годуновой стихи из шекспировского «Гамлета». Дело происходит осенью 1602 года, это мы знаем точно. Но откуда Илейка знаком с текстом трагедии, когда она впервые была напечатана лишь в 1603 году?

Золотая монета Лжедмитрия
Но нас ждут ещё более интересные открытия. Оказывается, Григорий Отрепьев любил Ксению Годунову, и именно этой неразделённой любви мы обязаны его превращением в Дмитрия Самозванца. Но гордая царевна отвергает робкое признание монаха и в утешение бросает ему под ноги золотую монету. Дальше эта монета ещё проявит себя в сюжете.

Что же это была за монета? Разумеется, так называемый угорский дукат, который очень небольшим тиражом чеканили при Борисе исключительно для награждения.

Откуда у Ксении этот наградной знак, решительно непонятно. Бросить такую монету заблудшему монаху — всё равно что сейчас одарить любого встречного орденом «За заслуги перед Отечеством».

Чуть позже, уже сбежав в Польшу, Отрепьев показывает эту монету на исповеди как подтверждение своего происхождения. Дескать, ему она досталась от отца — Ивана Грозного. Вообще, для самозванца заявлять такое — самый лучший способ разоблачения. Ведь поляки были не дураки и хорошо знали, какие монеты чеканились в России. Понять, при каком царе отчеканен золотой, для них не составило бы большого труда.

…А боярыня твоя где?
Но проследуем дальше за прихотливыми извивами мысли сценариста. Вот знакомая нам по прошлому сезону дочка царского зодчего Фёдора Коня оказывается при дворе. Какой же пост она занимает? Нас уверяют, что боярыня. Конечно, русская история знала примеры феноменальных карьер, но, пожалуй, простолюдин до эпохи Петра Великого не мог рассчитывать на вхождение в ряды верхушки русской аристократии. А ведь боярский чин — это самый верх. Выше него только царь.

Ну не могла дочь строителя вот так взять и стать боярыней. Слугой — да, легко. Могла даже выйти за дворянина и ещё подняться в иерархии знати. Но бояре составляли слишком узкий круг, куда дочь пусть и великого строителя попасть никак не могла.

Кузьма Минин, к примеру, несмотря на беспрецедентные, ни с чем не сравнимые заслуги перед страной, боярином так и не стал.

Какие-то они все невоспитанные
Примеры потрясающего непонимания сценаристом и режиссёром реальности русской жизни в эпоху Годунова подстерегают нас на каждом шагу. Отрепьев очень странно представляется царевне Ксении. Он называет своё монашеское имя — Григорий (хотя по рождению он был назван Юрием) и фамилию отца — Отрепьев. Но проблема в том, что по русской традиции монах как бы утрачивал фамилию. Потому чернец должен был сказать о себе что-то вроде: «Смиренный брат Григорий» — и не более того.

Он бы ещё отчество дочери царя назвал. Невообразимый скандал и нарушение всех норм этикета!

В отличие от первого сезона, бояре постоянно ходят без шапок. Даже в начале ХХ века появиться на людях без головного убора считалось неприличным, а для боярина это и вовсе была бы «поруха чести».

Боярин Фёдор Романов — один из главных героев — оказался драчливым типом. Он постоянно ищет, куда бы приложить свой кулак. То лезет прямо на царя (смертная казнь ему была бы гарантирована), то сходу бьёт по предательской морде Василия Шуйского, задумавшего говорить крамольные речи. Сейчас, конечно, к такому относятся проще, но среди русской аристократии XVI-XVII столетий подобное поведение было едва ли возможно.

Нелюбимая невеста
А что у нас с Мариной Мнишек? По дошедшим до нас сведениям, Лжедмитрий искренне любил прекрасную полячку. Но создатели сериала ничего об этом не слышали. Мы видим диалог между женихом и невестой, в котором Марина заявляет, что не нуждается в любви самозванца. На что тот отвечает ей с восхитительной прямотой: «Моя любовь тебе не достанется». Открытый брак — сейчас такое порой можно встретить, но в начале XVII века?..

Устроили этот брак, разумеется, коварные поляки и иезуиты, которые с самого начала сделали ставку на Лжедмитрия, чтобы разрушить русское государство. О том, что в Польше король и его окружение долгое время сомневались, стоит ли помогать непонятному претенденту на московский трон, и что военный поход в итоге организовали как «инициативу с мест», в «Годунове» предпочли умолчать.

Потом, правда, Марина Мнишек буквально заставляет Отрепьева овладеть ею, но это, видимо, следствие природной невоздержанности и недостатка воспитания.

Уроки фехтования
Всё плохо и с материальной частью. Наследник трона Фёдор Годунов учится фехтованию у Илейки. Оба они дерутся в самом популярном в то время итальянском стиле: в правой руке шпага, в левой — дага. Но как держит дагу царевич? Любой учитель фехтования отчитал бы его и заставил заниматься теорией, прежде чем выходить на бой с противником. Потому что дага в руках Фёдора обращена лезвием назад. Не знаю, может ли пригодиться такой хват оружия в бою, но ни парировать, ни наносить удары им совсем не удобно.

Атаман Нечай, типичный благородный разбойник из романов плаща и шпаги, ухитряется драться саблей, в то время как вторая находится у него в ножнах, болтающихся на поясе. Зачем ему две сабли? Скорее всего, бывший стрелец освоил технику боя, популярную в комиксах и ролевых играх XXI века.

Впрочем, зритель поймёт, что такому человеку даже сабля не нужна. Несмотря на наличие холодного оружия, Нечай предпочитает драться на кулаках или с помощью длинной палки. «Это зрелищно и напоминает фильмы про Шаолинь», — наверняка подумал режиссёр.

Загадка Голштинского герба
Приведу ещё один пример того, как создатели сериала сэкономили на историческом консультанте. Нам показывают кортеж принца Ганса Датского — жениха Царевны Ксении, — медленно следующий по бескрайним просторам России. Как и положено особе королевской крови, принц едет к невесте под особым гербовым штандартом. На этом штандарте изображён герб — ни за что не угадаете — немецкой провинции Шлезвиг‑Гольштейн.

Тут злую шутку с авторами фильма сыграл тот факт, что принцу Гансу в отечественной историографии почему-то присваивается титул герцога Шлезвиг-Гольштейна, который он никогда не носил. Дело в том, что в конце XVI — начале XVII веков Голштейнские владения были разделены между Данией и собственно независимым герцогством. Так вот герцогом датского Голштейна в это время был Ганс II, а правителем независимого герцогства — Иоганн Адольф Гольштейн-Готторп. Конечно же, принц Ганс Датский не имел права на гербы ни того, ни другого герцогства, зато мог носить герб своего отца.

Именно его и стоило изображать на штандарте.

Если вы думали, что сериал «Годунов. Продолжение» ко второму сезону стал лучше, то заблуждались. К старым ошибкам прибавились новые, которых не счесть. Можно наугад ткнуть в любой эпизод фильма и после всего нескольких минут просмотра неизбежно обнаружить очередной исторический ляп. Всё это очень и очень печально. Видимо, хороших исторических сериалов отечественного производства нам ещё придётся подождать.
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 5973
12:51 02.04.2019
Когда сила — в правде!
«Брат-3» уже снят — это «Балканский рубеж»

Галина Иванкина





«Вот скажи мне, американец, в чём сила? Разве в деньгах? Я вот думаю, что сила в правде».

Цитата из фильма «Брат-2»

Сказать, что фильм хорош — это не сказать ничего. Это будет меньше, чем «ничего». Потому что именно такое кино мы все долго ждали. Примерно лет двадцать. После «Брата-2». Этот феномен отметили многие патриотические публицисты, невольно сравнивая «Балканский рубеж» (режиссёр Андрей Волгин) с незабываемой дилогией Алексея Балабанова. О том, что сила — в правде. Ироничный Егор Холмогоров констатирует: «У „Балканского рубежа“ имелось всё, что необходимо для провала: патриотическая тема, история про десантников, поддержка Минкульта, поддержка Минобороны, поддержка „России-1“. И всё-таки фильм не просто получился — о нём уже говорят как о самом мощном русском боевике со времён „Брата-2“. Действительно последние годы нас буквально закармливали около-военной и гламурнопатриотической кинопродукцией, где наблюдался переизбыток эффектных лиц и не менее шикарных бэтээров и Т-тридцатьчетвёрок. Персонажи картинно умирали за Родину (такую же нарисованную) и тут же стирались из памяти, как нечто компьютерное и более уже ненужное. Delete, мальчики-танчики. До следующего недо-блокбастера с попкорном и кока-колой. Да, говорят, что собираются снимать „Брат-3“, как продолжение культовой истории — с какими-то медийными физиономиями в главных и не главных ролях, а народ вроде как сильно против.

Не пытайтесь, господа. „Брат-3“ уже снят — это „Балканский рубеж“. Слово „брат“ в нём произносится куда как чаще, нежели другие слова, да и тема — подходящая. Русские и сербы. Люди на войне. Хомо сапиенс как человек воюющий, но ненавидящий войну, а потому на протяжении всей своей истории кидающийся из крайности в крайность, из битвы — в битву. Из пекла — в пекло. „Война… противное человеческому разуму и всей человеческой природе событие“, — писал Лев Толстой в самом, пожалуй, знаменитом романе о войне и — бестолковом человечестве.

Если вкратце, сюжет „Балканского рубежа“ посвящён двадцатилетию бомбардировки Югославии. Тогда, в 1999-м, Александр Проханов писал: „Югославию бомбят, как Дом Советов в Москве. Старуха Олбрайт красит губы кровью сербских младенцев“. На самом деле бывшему СССР сравнительно повезло, и тогда ходила фраза: „А ведь могло быть, как у них, на Балканах“.

„Балканский рубеж“, хоть и назван „военным боевиком“, всё-таки выходит за рамки данного жанра. Тут слишком много настоящей боли, и кровь не кажется разбавленным кетчупом. Военный боевик подразумевает лихость накачанных парней, трюкачество и прочие „одним махом семерых побивахом“. Тут — серьёзнее, страшнее. Это, скорее, трагедия с элементами боевика. Притом что в картине есть место и любви, и юмору, и рок-музыке. Больше того — фильм концептуален, что в принципе „не монтируется“ с прямолинейностью военных боевиков, где всё просто и конкретно, как пуля в лоб.

Допустим, образ сербского полисмена Горана Милича, который по словам коллеги, невероятно крут и „прыгает, как Чингачгук“ — персонаж старых гэдээровских вестернов о положительных индейцах и отвратных янки. В роли Милича — тот самый Гойко Митич, что создавал индейские образы на протяжении тридцати (!) лет. Самобытный актёр, известный в России и Германии, но у себя дома практически неузнаваемый. По сути, это первая роль серба в его послужном списке. Митич кого только не представлял: Чингачгука, Зоркого Сокола, Оцеолу, Спартака, американского писателя Артура Миллера… Но в „Балканском рубеже“ он становится равен самому себе, то есть провинциальному югославу. Характерна и реакция зала: люди старшего поколения при упоминании Чингачгука смеялись, а молодые — переглядывались. Шутка для определённых возрастов, бегавших смотреть за десять копеек детский сеанс „про индейцев и ковбойцев“ (именно так — „ковбойцев“) и потом — разыгрывавших во дворе баталии из „Сыновей Большой Медведицы“.

Не менее символическим жестом выглядит эпизод с участием ещё одного „брата“ — знакового современного режиссёра Эмира Kустурицы, „югославского Феллини“. Он известен не только своими эксцентрическими эстетскими кинокартинами, но и убеждениями. Kустурица не скрывает любви к России, равно как и своего неприятия большинства „западных ценностей“. Что это за ценности, мы видели в новостях 1990-х и в реалистичных, наполненных кровью и дымом, кадрах „Балканского рубежа“. Это бомбёжка роддома „во имя свободы и демократии“, зачистка территории, миссия хищной мадам Олбрайт, у которой всё all right.

Мотив братства перекликается с религиозной тематикой. Возвышенная смерть христианского священника „за имя Божие“ от рук мусульманских бандитов; и тут же — совместный намаз татарина и албанца, в лучах солнечного света. Тут нет фальшивой толерантности — лишь осознание человеческой общности. И античеловеческого использования веры для убийства себе подобных.

Ещё один культурный код — подборка русского рока 1980—1990-х, что, безусловно, соответствует настроению изображаемой эпохи. И опять же считывается отнюдь не всеми. Когда один из героев бурчит себе под нос:"Таким ударным инструментом мы пробьём все стены в мире», — это понятно тому, кто слушал или хотя бы слышал «Наутилус-Помпилиус». Припев из «Еду я на Родину» группы ДДТ — отличный фон для раздрая 1990-х, ибо сейчас рифмовать Родину с «уродиной» как-то не принято. Блестяще подана сцена движения колонны под музыкальную тему «Дальше действовать будем мы» Виктора Цоя. И, наконец, главный мотив, сопряжённый с темой фильма — это вещь Сергея Галанина (группа «СерьГа») «А что нам надо?». И перечисляются: «свет в оконце» и «чтобы кончилась война». «Пуля и ствол — нажал и разошлись. / Где добро, где зло — попробуй разберись». По факту — весь фильм об этом. О сплетении добра и зла на войне, о невозможности различать их в состоянии беспрерывного шока.

Все эти намёки и тонкие планы обогащают картину, делая её практически шедевром и вместе с тем я хочу процитировать мнение Артёма Ермакова, замглавреда православного журнала «Наследник»: «Этот фильм опоздал лет на десять-пятнадцать. И, скорее всего, сокрушительно провалится в прокате сейчас. Зал в день премьеры, в прайм-тайм был полупустым (то есть полным едва ли на треть). Большая часть пришедших — народ за тридцать».

Однако это тот случай, когда лучше поздно, чем никогда. В конечном итоге, многие из лучших фильмов о Великой Отечественной созданы не после боя, не в конце 1940-х, но в середине 1960-х, когда оказались расставлены важные акценты, слетела шелуха, явив пронзительную реальность.

С одной стороны, «Балканский рубеж» — это запоздалая «песня о главном», а с другой — иначе и быть не могло. Осмысление любого события требует времени — тех искомых двадцати лет. Сетовать на скромную коммерческую ценность и слабые сборы тоже бессмысленно. Мы живём в интернет-эпоху, когда всё, что не повторяется изо дня в день, быстро уходит в информационное небытие. Прокатный успех даже слабых фильмов о Великой Отечественной — это результат беспрерывной работы российских СМИ, а культ Победы, ставший мейнстримом 2010-х, подпитывается направленными госпроектами. Звучит, наверное, дико. Зато — честно. Это — заслуга не только самого общества, но и власти. Проблематика войны в Югославии 1990-х, если и появляется в прессе и документалистике, то исключительно в связи с какими-нибудь круглыми датами — как и сам «Балканский рубеж».

Хорошо ли играют актёры? На мой взгляд, они живут в кадре и уже сложно определить, где хроника (а её в кинокартине предостаточно), а где — художественный вымысел. Вместе с тем оценивать чью-то игру так же невозможно: тут никто не лидирует, все — ансамбль, где нет солиста. Хорошо это или плохо? Некоторые критики признают, что получились люди-схемы и люди-функции, но в данном случае это и есть громадный плюс. Это — коллективный Брат, борющийся за свет и правду. Это сродни эпопее, где утверждается «роль народа в истории». В американском блобастере непременно смоделировали бы «супермена», без коего «мистер зло» или его приспешники не могли бы быть порушены и покрошены. Здесь же — нормальная русско-европейская традиция общности, а главгерой Андрей Шаталов (Антон Пампушный) тут выделен исключительно для скромной любовной истории. И даже эта линия, вечно лишняя и часто раздражающая в «танковых» киношках, не выглядит карамельно-сопливо. Постельных игрищ и буйно-чувственной похабщинки тоже нет. Разбавлять-то нечего и не за чем! Напряжение, заданное первыми же кадрами, не отпускает до самого конца. Бесполезные виды, планы и диалоги, отснятые ради метража — отсутствуют. Пытаюсь, честно пытаюсь, отыскать минусы фильма. И — не нахожу их. Обычно приходится вытаскивать как раз положительные моменты, хвалить саундтрек или операторскую работу. В «Балканском рубеже» великолепно всё. Ан нет. Есть огрех — много ругаются. Словеса, хоть и не матерные, да всё же непечатные!.. Возникает вопрос: а случился ли хеппи-энд? И да, и нет. Но это надо видеть.
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 5973
15:40 11.04.2019
Кино и время
школа жизни и путь в искусстве — беседа с Кареном Шахназаровым

Евгений Спицын





Евгений СПИЦЫН. Карен Георгиевич, хотелось бы поговорить о вашей семье и о тех людях, которые создавали великий советский кинематограф. С вашим отцом, Георгием Хосроевичем, я познакомился в 1991 году, он тогда был советником Михаила Горбачёва, председателем Советской ассоциации политических (государствоведческих) наук. Это был очень доброжелательный и открытый человек.

Ваш отец воевал в легендарной 2-й гвардейской армии и был сначала, по-моему, адъютантом у генерала Стрельбицкого…

Карен ШАХНАЗАРОВ. Он, как разведчик, всегда был на передовой. А потом уже командовал батареей. Старшим лейтенантом в Калининграде окончил войну. Не так давно я был в Балтийске (Пиллау), где отец, уже после 9 мая, принимал участие в операции по уничтожению фашистов. Краеведы в Балтийске показали мне его наградной лист: ордена Красной звезды и Отечественной войны. Благодаря его батарее было уничтожено до четырёхсот солдат и офицеров.

Евгений СПИЦЫН. А ведь ему даже двадцати одного года не было! Он ведь в октябре 1924 года родился, а это был май 1945-го…

Карен ШАХНАЗАРОВ. И два чистых года он провёл на фронте…

Евгений СПИЦЫН. Начинал он с Донбасса, с Миус-фронта…

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да, у Миуса они попали в котёл, когда была последняя крупная наступательная операция немцев. Потом он участвовал в освобождении Крыма, в штурме Севастополя, в освобождении Белоруссии… Самым тяжким впечатлением войны, как он рассказывал, был дотла разрушенный Минск — это его потрясло…

Евгений СПИЦЫН. Да, от такого слёзы наворачивались… И ведь фронтовик Георгий Хосроевич, вообще-то, происходил из рода князей Мелик-Шахназаровых.

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да. У меня по линии отца — старинный карабахский род. Сохранились документы, которые передавались старшим сыновьям. Там на персидском есть просьба о том, чтобы русский царь сохранил владения, когда Карабах входил в состав Российской империи.

Евгений СПИЦЫН. Время Александра I?

Военный антиквариат на Ярмарке!
12−14 апреля — Антикварная Ярмарка! Военный антиквариат! Интересные вещи!
Узнать больше
kollekcioner-spb.ru
Яндекс.Директ
Карен ШАХНАЗАРОВ. Да, просьба была обращена к нему. Штабс-капитан Мелик, один из моих предков, уже служил в русской армии. Его фамилию немного «обрусили», и он стал Мелик-Шахназаровым. Были ещё документы на фарси, что Надир-шах наделил нас землёй в Шуше. Оттуда наши родовые корни.

Евгений СПИЦЫН. На праздновании своего 70-летия Георгий Хосроевич сказал: «У нас на Кавказе говорили: есть 20 баранов — значит, князь».

Карен ШАХНАЗАРОВ. Юмор юмором, но документы о старинном княжеском роде есть. А потом мои предки оказались в Баку, где мой прадед был управляющим на концессиях при нефтевышках Людвига Нобеля, то есть был капиталистом эдаким.

Евгений СПИЦЫН. И революцию они не могли принять всем сердцем?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Мой отец в 18 лет был призван на фронт после учебки и вступил в партию. Конечно, узнали, что он из старинного дворянского рода. А мама моя была русская, из крестьян, из самого сердца России — русско-татарского села Салган, что между Нижним Новгородом и Арзамасом.

Отца после фронта ещё долго не демобилизовали, он ещё года два служил. Тогда молодых с боевым опытом хотели в Академию направлять. А отец не хотел. И его держали где-то в Белоруссии на службе… Уже в Баку всё-таки удалось демобилизоваться. Военком ему сказал: «У тебя нарушений нет, ты орденоносец, так как же тебя демобилизовать?» В итоге нашли статью, что-то вроде «чрезмерно снисходительного отношения к подчинённым». И по этой статье он «ушёл». За два года он экстерном окончил юрфак Азербайджанского госуниверситета и получил направление в аспирантуру.

Евгений СПИЦЫН. В Москву?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да. Поскольку были большие потери среди молодёжи, катастрофически не хватало нужных стране специалистов, в том числе юристов и историков. В ту пору очень много, как тогда говорилось, «национальных кадров» готовили для республик Советского Союза. Товарищами отца по учёбе были в основном армяне, грузины, азербайджанцы. Многие из них вливались в ряды интеллигенции, обрусевали потихоньку в Москве… А с мамой он на танцплощадке познакомился.

Во мне в результате сошлись совсем разные социальные линии. В этом смысле я советский человек до мозга костей — и в социальном, и в интернациональном измерении… Папа, несмотря на княжеское происхождение, был абсолютно нищим, когда они с мамой расписались… Единственная рубашка его была, и то рваная на спине. У мамы тоже ничего не было. Мы жили в бараках — примерно до моих пяти лет, как помню.

Евгений СПИЦЫН. Жили на Пресне?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да, на Черногрязской, это тогда рабочая окраина была.

Евгений СПИЦЫН. Там и учились?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Нет, учился я уже в другом месте. Дело в том, что папа стал работать в «Политиздате» — работали «социальные лифты» советские… Он сделал блестящую карьеру. Притом у него не было никаких связей вообще. Наверное, единственное, что ему в то время помогало, это то, что он фронтовик.

Евгений СПИЦЫН. Но и тот факт, что Георгий Хосроевич был человеком энциклопедических знаний…

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да, он был очень образованным и доброжелательным человеком. В «Политиздате» дали ему первую квартиру — коммунальную, на нынешней улице Бориса Галушкина, в известном тогда Алексеевском студгородке.

Евгений СПИЦЫН. Там вы проучились все 10 лет?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Нет, папу отправили работать в Прагу, в редакцию журнала «Проблемы мира и социализма», поэтому где-то полтора года я и в Чехословакии учился. Кстати, в Праге у нас были потрясающие учителя, советские, в нашей посольской школе…

Евгений СПИЦЫН. Высокий уровень преподавания был характерен для всей советской школы.

Карен ШАХНАЗАРОВ. И, конечно, был уровень воспитательный, который, увы, впоследствии убрали из школьной системы. А школа должна воспитывать! Нас воспитывали необыкновенные увлечённые люди. Куда делись уроки труда? В результате мои дети не знают, что такое молоток!

Евгений СПИЦЫН. Надо возвращать трудовиков в школу!

Карен ШАХНАЗАРОВ. Сейчас, чувствую, начинают что-то соображать в этом направлении. У нас учителя труда были из простых работяг, и мы непрестанно что-то мастерили: по металлу, по дереву, — и это приучало к пониманию того, что ты руками можешь что-то cделать. Я в Японии был немало удивлён, узнав, что первые два года дети пишут иероглифы красками, а не шариковой ручкой…

Евгений СПИЦЫН. Правильно, это же мелкая моторика, влияние которой на развитие человека огромно!

Карен ШАХНАЗАРОВ. В советской школе эти моменты учитывались. В первом классе у нас были именно чернильница и перо, и чтобы не ставить кляксы и не переписывать текст, нужно было быть максимально внимательным. И это не просто детали, а очень важные компоненты образования! В Америке мне доводилось слышать: «Ваша советская школа — лучшая школа в мире!» Она, действительно, была высококлассной. Поэтому, я думаю, напрасно занялись реформированием…

Возвращаясь к пражскому периоду моего отца… Теоретический журнал коммунистического движения, куда пригласили моего папу, был достаточно либеральный по тем временам.

Евгений СПИЦЫН. Там тон задавали так называемые еврокоммунисты — из итальянцев, французов… Словом, Георгия Хосроевича позвали в ЦК.

Карен ШАХНАЗАРОВ. В Международный отдел.

Евгений СПИЦЫН. Алексей Матвеевич Румянцев, шеф-редактор журнала, сыграл определённую роль?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да, он заметил дарование моего отца. Тогда Андропов, заведующий Отделом ЦК КПСС по связям с коммунистическими и рабочими партиями социалистических стран, формировал группу консультантов. Это было почти то же, что в своё время делал Кеннеди. Андроповым целенаправленно собиралась группа интеллектуалов. В ЦК ведь люди приходили по партийной линии, но консультантов брали хотя и из членов компартии, но вовсе не из обкомов и райкомов.

Отца туда взяли консультантом. Там были такие известные люди, как Фёдор Бурлацкий, Георгий Арбатов, Александр Бовин… Кто-то их сейчас называет разрушителями системы, и отца тоже к ним иногда причисляют, но я думаю, что это неверно.

Евгений СПИЦЫН. Это упрощённый взгляд.

Карен ШАХНАЗАРОВ. Он существует с тех времён, как узнали, что отца пригласил в свою команду — вернее, в советники — Горбачёв. В 1988 году это произошло, по-моему.

К тому времени я уже был сложившимся взрослым человеком и улавливал эту сильную борьбу. Естественно, было заметным влияние Александра Николаевича Яковлева, гнувшего либеральную линию. Но были и другие, к группе которых принадлежал мой отец. У него, кстати, с Яковлевым были очень плохие отношения.

Евгений СПИЦЫН. Даже личные?..

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да, даже личные отношения были враждебными, ведь мой отец принадлежал к той группе, которая государственную линию проводила, старалась смягчить пагубный сценарий, но она, в конечном счёте, потерпела тогда поражение, так как Яковлев обладал много большим влиянием на Михаила Сергеевича и пользовался этим.

Евгений СПИЦЫН. И это влияние всё нарастало…

Карен ШАХНАЗАРОВ. У отца с Андроповым были доверительные отношения. Андропов, когда его назначили в КГБ в 1967 году, пригласил папу в КГБ. Но он не захотел, потому что в этом случае надо было надевать погоны, а он предпочитал заниматься научными трудами, художественной литературой.

С Андроповым у него был интересный эпизод…

Евгений СПИЦЫН. Описанный в книге «С вождями и без них»?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да, по-моему, там. Он сам рассказывал мне эту историю. Когда Андропов стал генсеком, на каком-то приёме он увидел моего папу. Подозвал и минут сорок с ним говорил. А у отца был в ту пору социал-демократический «период», и он Андропову тогда говорил о необходимости демократизации общества. На что Андропов ему возразил: «Нельзя сейчас этого проводить. Надо сначала экономические вопросы решить, накормить страну…»

Евгений СПИЦЫН. И Горбачёв с этого начинал свою «политику ускорения», а потом…

Карен ШАХНАЗАРОВ. Михаил Сергеевич, наоборот, как раз, начинал с демократизации. А в результате неё всё стало сыпаться. У Андропова же, как понимаю, была другая установка — примерно то, что потом китайцы воплотили. Но Андропов практически ничего не успел… После того разговора отец с ним уже не встречался.

Евгений СПИЦЫН. Андропов, видимо, высоко Георгия Хосроевича оценивал?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Если он его звал в КГБ — это о многом говорит; у них доверительные отношения сложились. Андропов был интересной фигурой, но прошу понять правильно: с отцом они не были друзьями в расхожем смысле cлова, хотя Андропов даже стихи ему посвятил на какой-то из дней рождения его.

Евгений СПИЦЫН. Но как всё-таки получилось, что из семьи юристов вышел режиссёр?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Мама моя не была юристом, у неё вообще не было образования. Потом уже, дабы наверстать упущенное и отчасти «выровняться» с папой, она в ГИТИСе окончила заочно театроведческий. У неё была тяга к театру, но и папа тоже очень интересовался этими вопросами, поэтому к нам домой заходили не только театралы, но и сами творцы: Любимов, Высоцкий…

Евгений СПИЦЫН. Они называли вашего отца «защитником Театра на Таганке в ЦК»…

Карен ШАХНАЗАРОВ. Отец был одним из таких защитников. Тогда сложилась целая группа работников ЦК, которые себя не либералами (как это ведётся сейчас), а прогрессистами называли. Любимов, когда ему что-то запрещали, писал письма Брежневу. И через папу иногда передавал. Был ещё и Евгений Самотейкин, референт Брежнева, который передавал всё это Леониду Ильичу, что было довольно смело. Потому что реакция могла быть непредсказуемой, вплоть до: «Что ты мне подсовываешь эти письма?» Однажды Фурцева позвонила моему отцу и жёстко заявила: «Что лезете, вообще, так не вовремя? Какое вам дело до театра? Почему всё время что-то передаёте?» А Фурцева в ту пору была очень влиятельной дамой.

Евгений СПИЦЫН. Екатерина Алексеевна, была, конечно, выдающимся деятелем…

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да, она была выдающимся министром. Это я говорю к тому, что жизнь сложна и люди сложны. Её вполне можно было понять: она министр, у неё выстроена своя культурная политика, и если в обход неё кто-то пытается обратиться на «самый верх», что Любимов непрестанно и делал, то это её вполне могло выводить из себя…

Евгений СПИЦЫН. Он вообще был, по-моему, подвержен этим интрижкам?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да, он часто бывал в несколько нервозном состоянии…

Евгений СПИЦЫН. Вернёмся к вашей судьбе, которую во многом определил Всесоюзный государственный институт кинематографии (ВГИК). Как легко вы поступили, с кем вам пришлось учиться, кто были ваши учителя?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Тогда довольно сложно было во ВГИК попасть, но я поступил… Может быть, за счёт того, что мой отец дружил с Георгием Николаевичем Данелией, который с Игорем Васильевичем Таланкиным, в мастерской которого я впоследствии стал заниматься, в своё время вместе снимали фильм «Серёжа»… И мне кажется, что Данелия замолвил-таки за меня словечко. Я это говорю абсолютно без всяких стеснений, но так судьба вышла… В результате я, единственный со своего курса, стал режиссёром.

Евгений СПИЦЫН. А остальные?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Либо не состоялись, либо ушли во что-то другое. Это обычное дело во ВГИКе. Если с курса один или двое становятся настоящими режиссёрами, это уже очень хорошо. Наша профессия — рискованная. А Игорь Васильевич Таланкин, в мастерской которого я учился — замечательный режиссёр…

Евгений СПИЦЫН. «Выбор цели», «Отец Сергий» — его знаменитые фильмы сразу вспоминаются…

Карен ШАХНАЗАРОВ. А ещё «Дневные звёзды», «Вступление» — хорошие картины. Он очень многое мне дал как педагог. Я ему очень благодарен. Получилось так, что я пошёл на «Мосфильм» в качестве ассистента режиссёра, и как раз на его ленте «Выбор цели» мне и довелось поработать.

Евгений СПИЦЫН. Фильм про Курчатова, которого сыграл Сергей Фёдорович Бондарчук.

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да, с Бондарчуком я имел честь тогда познакомиться.

Евгений СПИЦЫН. Там ещё играли и Ирина Скобцева, и Николай Бурляев…

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да, Бурляев там сыграл небольшую роль. Юрский был в роли Оппенгеймера. Басилашвили сыграл американского контрразведчика Бориса Теодора Паша. Они ещё все относительно молодые были, а я так и вовсе был мальчишка. Немудрено, что когда мы с Басилашвили работали в моём фильме «Курьер», он не смог вспомнить той работы в 1974-м. А я был там просто ассистентом: встречал и провожал актёров… Из Севастополя приходилось регулярно ездить в Симферополь, ждать самолёта. Помню, сутки просидел в аэропорту в ожидании Басилашвили. Работал вот так ассистентом пару лет, а защитил диплом уже потом…

Евгений СПИЦЫН. Во ВГИКе вы четыре года учились?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Четыре, да, а год давался на диплом. Диплом — это короткометражная работа, я снимал «Шире шаг, маэстро!» по Василию Шукшину. Потом делал «короткометражки» по заказу ГАИ: в советское время, когда кого-то штрафовали, в качестве наказания их в воскресенье обязывали приходить и смотреть эти фильмы.

Евгений СПИЦЫН. Это был неплохой заработок для молодого режиссёра?

Карен ШАХНАЗАРОВ. И заработок, и опыт, конечно. Я ведь и «Фитиль» снимал. Потом у Данелии начал делать полнометражные фильмы.

Евгений СПИЦЫН. И первый фильм «Добряки» 1979 года?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Нет, сначала мы с Александром Бородянским (нас познакомил Данелия) написали сценарий для картины «Дамы приглашают кавалеров». Это была, по сути, экранизация рассказа Льва Славина «Кафе „Канава“», только мы всё переделали. Но он не прошёл, как говорится.

Евгений СПИЦЫН. Худсовет зарубил?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Более того, Госкино!.. Как тогда было? Фильм проходил худсовет творческого объединения на «Мосфильме», а потом рассмотрение шло в Госкино СССР. И редакторы там его не пропустили. Что-то узрели в этой мелодраме, в которой вроде бы ничего особенного и не было. Вот я почти и без работы остался. Но надеялся, что «запущусь» с этим фильмом. И тут вот мне предложили сценарий Леонида Зорина, который очень нравился Филиппу Ермашу, председателю Госкино тогда. И мне предложили снимать: «Берись — и мы тебя „запустим“».

Евгений СПИЦЫН. Дали «зелёный свет».

Карен ШАХНАЗАРОВ. Но я не могу сказать, что мне это близко было, так как картина несколько театральная намечалась. Это была переделанная пьеса. Но хотелось снимать, я взялся. И меня действительно «запустили»…

А у режиссёра Ивана Киасашвили с «Дамы приглашают кавалеров» вышло всё по-другому и сразу: мне встретился бдительный редактор, который что-то усмотрел и запретил, а ему — в другом кабинете — человек, который пропустил. И он без помех снял картину с очень хорошим актёрским составом. Там Коля Караченцов, Саша Фатюшин, Наташа Андрейченко… А потом у меня начался сложный период. Ничего у меня не проходило, сценарий я начал делать…

Евгений СПИЦЫН. Это уже начало 80-х годов? Андроповское время приближалось…

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да. Практически года два у меня вообще ничего не получалось, и я подумывал уходить из кино.

Евгений СПИЦЫН. А отец ничем не мог помочь?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Разве отец вместо сына может снять фильм? В то время довольно строго относились к любого рода проявлениям клановости, семейственности. Поддержка могла быть, естественно, но это несравнимо с тем, что мы можем порой видеть сегодня на художественных «орбитах».

Евгений СПИЦЫН. И вот 1983 год, знаменитый фильм «Мы из джаза»…

Карен ШАХНАЗАРОВ. Я ведь в той вынужденной паузе «Курьер» написал — как повесть… Что, может, меня сильно поддержало, потому что я от нечего делать что-то сделал всё-таки! Повесть опубликовали в журнале «Юность» (как-никак три миллиона экземпляров!), и она неожиданно для меня многим понравилась: море писем пришло!.. На этой волне мы и затеяли писать сценарий «Джаза…». Тоже долго не получалось, но потом нас всё-таки «запустили», потому что это был всё-таки музыкальный фильм. Мы все молодые были, никто не понимал, что из этого выйдет. Собралась, условно говоря, компания, как говорят сейчас, лузеров (неудачников). У меня были проблемы, оператор был с проблемами, актёры молодые — тоже с проблемами… У Панкратова-Чёрного большущие проблемы были: ему вообще негде было жить!.. И у него первая большая режиссёрская работа была к тому времени, тоже что-то порезали в ней, как и в моих «Добряках»…

Евгений СПИЦЫН. Та ваша картина остренькой смотрится даже сейчас…

Карен ШАХНАЗАРОВ. Купюры были, конечно, и в «Мы из джаза», и в «Зимнем вечере в Гаграх». Без купюр были «Курьер», «Город Зеро», «Цареубийца», но ведь это уже горбачёвское время настало, прекратили «резать». Но фильм «Мы из джаза» повернул мою судьбу. У него был большой успех. Хотя на студии до выпуска фильм предрекался проектом провальным… Я стал лауреатом. Начали посылать за границу. В Монреаль, помню, приехал на первый для меня зарубежный фестиваль…

Евгений СПИЦЫН. Картина-то быстро снималась?

Карен ШАХНАЗАРОВ. В то время были нормы, то есть за чётко определённый период должен появиться сценарий и так далее… Вообще, создание фильма — технология сложная. В ней есть этапы, которые надо понимать: как именно делать, как ими руководить. Режиссёрский период, подготовительный, например, мог быть два-три месяца, съёмочный — три. Потом — монтажно-тонировочный и сдача. Обычная картина снималась в среднем год.

Евгений СПИЦЫН. Карен Георгиевич, ваши фильмы не потеряли зрительского интереса и сейчас. И «Город Зеро», и «Курьер», и «Зимний вечер в Гаграх»… Какой из фильмов вам дался большей кровью? И какой всё-таки из них вы считаете вершиной своего творчества пока что? И, если можно, немного расскажите об актёрах, которых пришлось вам снимать.

Карен ШАХНАЗАРОВ. Оценивать свои картины — дело неблагодарное… Я не могу сказать, что я ими доволен. Я их не пересматриваю. Потому что если вдруг начинаешь смотреть, всегда хочется что-то переделать. Каждая из картин занимает, конечно, в душе моей особое место… Что для зрителя длится полтора-два часа, для меня проходило в два года и больше. Поэтому я их не выделяю. Они разные, и разные зрители по-разному к ним относятся.

Что касается самой тяжёлой картины, то они все были нелёгкими. Не такое это простое дело — снимать… Я никогда не идеализировал своё дело: никогда не говорил, что оно сложнее, чем в шахте работать. Но это тоже труд не из простых. Наверное, самой непростой работой была «Цареубийца», где всё накладывалось на ситуацию в разваливавшейся стране.

Евгений СПИЦЫН. Да, 1991 год…

Карен ШАХНАЗАРОВ. Она успела выйти в ноябре, практически это была последняя советская картина, что очень символично. И вышла в прокат в декабре, а Советский Союз уже закончился…

Евгений СПИЦЫН. Знаменитый фильм, где играли Олег Янковский (в роли психиатра и Николая II) и Малкольм Макдауэлл (в роли пациента и Якова Юровского). Его, я помню, очень бурно принимали в кинотеатрах, доходило чуть ли не до криков протеста.

Карен ШАХНАЗАРОВ. Картина была тяжёлой во всех смыслах. 1990-й и 1991 год, когда просто очень тяжело было работать… Но у нас на «Мосфильме» есть мрачная поговорка: «Кино — как война: ничем не остановишь».

В период съёмки «Цареубийцы» был момент, когда я подумал, что мне не удастся её доснять. Даже думал, что какие-то мистические силы препятствуют мне. Но всё-таки я довёл дело до конца…

Что касается актёров, то мне повезло. Я, вообще, работал с выдающимися мастерами, каждый из которых мне очень многое дал, чему-то научил.

Евгений СПИЦЫН. То есть у вас, помимо общения на самой площадке, были ещё и какие-то личные контакты, поэтому вы могли оценить не только уровень актёрского мастерства, но и чисто человеческие стороны…

Карен ШАХНАЗАРОВ. Конечно, практически со всеми артистами у меня складывались очень доверительные отношения, дружеские. И, конечно, это были выдающиеся мастера: и Олег Басилашвили, и Евгений Евстигнеев, и Пётр Щербаков, и Олег Янковский, и Армен Джигарханян, и Андрей Панин…

Евгений СПИЦЫН. Тот Андрей Панин, который играл Савинкова?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Бориса Савинкова в фильме «Всадник по имени Смерть». Он у меня играл ещё в «Ядах, или Всемирной истории отравлений» и в «Дне полнолуния». Огромное впечатление на меня произвела Лиза Боярская. Я считаю, что она просто выдающаяся актриса. Потрясающая, очень темпераментная…

Евгений СПИЦЫН. В «Анне Карениной»…

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да, в этой последней картине. Там же и Лёша Вертков, и Виталий Кищенко… Сейчас приходит новое поколение актёров, очень хорошее. Так что мне, я считаю, повезло.

Евгений СПИЦЫН. А насколько образ тех актёров, о которых мы говорим, сопрягался с их личностью? То есть насколько это были всё-таки не просто актёры, но ещё и яркие, глубокие люди?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Мне в этом смысле повезло тоже. Хотя не всегда, конечно, эти две грани сопрягаются в людях. Актёр — это что-то внутри, некий дар! Поэтому всё равно и личность должна быть яркая — именно это и чувствует зритель! Но она может абсолютно не соответствовать вызываемому представлению. Многие актёры, особенно знаменитости, замыкаются, закрываются в силу большого внимания к ним, ведь от них всё время что-то все хотят!

Человек и художник — это совсем не совпадает. Не говоря уже о политических взглядах. Например, Олег Валерианович Басилашвили, гениальный артист, но по взглядам — классический либерал. Мы с ним спорили всегда, до одурения. При этом, когда он играет, всё это не имеет никакого значения. Он создаёт образ, который чувствует как художник. И, допустим, в такой картине как «Сны», которая, в сущности, была, конечно, антиельцинской, он прекрасно понимал, что он играет…

Евгений СПИЦЫН. Пародию…

Карен ШАХНАЗАРОВ. И это его ни капли не смущало. Более того, у меня с ним была гениальная история. Мы приехали в Питер на премьеру (а он дружил с покойным Анатолием Собчаком)… В Доме кино была премьера, он его и притащил на эту премьеру. Нас представили друг другу, и… Собчак пошёл смотреть. А мы ожидали его в ресторане по соседству.

Фильм был такой, что питерской интеллигенции, особенно «киношной», либеральной, он вряд ли бы пришёлся по нутру… И когда вышел с просмотра Анатолий Александрович и подсел к нам, на нём буквально лица не было. Но он выпил с нами рюмку водки и сухо сказал: «Я вас поздравляю», — и… ушёл. А я говорю: «Слушай, Олег, а ты не погорячился ли? Было понятно, что вообще ему это всё не понравится». И он мне вдруг отвечает: «А пусть знает!»

Евгений СПИЦЫН. Вот, кстати, показатель того, что он классический либерал. Своих же, либеральную тогдашнюю власть, ткнуть!..

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да, политические взгляды политическими взглядами, а настоящий художник движется по своим законам. И ищет правду взаправду! И эта правда порой может противоречить его взглядам, политическим, личным, жизненным… Он просто не может по-другому, он обречён на это как инструмент поиска. Что есть искусство, и в чём его смысл? Как говорил Толстой: «Я ищу, я стремлюсь к истине». Поэтому настоящие большие артисты, настоящие художники, они в жизни вас могут абсолютно разочаровать… Главным в конечном счёте остаётся то настоящее — то, что они делают на экране.

Евгений СПИЦЫН. Карен Георгиевич, какие режиссёры оказали на вас наиболее сильное влияние? Какие драматурги или писатели вам интересны до сих пор?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Про писателей сразу скажу. Пушкин, который, на мой взгляд, является действительно вершиной русской культуры. Он — её основатель. Я когда-то говорил уже: «Отмените литературу в школе. Изучайте с первого класса по десятый только Пушкина! И вы увидите, какое у вас вырастет поколение». Оно потом прочитает всё остальное. Пушкин — создатель нашего языка. И в нём было удивительное сочетание русского и всемирного. Они в нём друг другу не противоречили. В нём не было драмы российских художников, разрыва по линии Запад/Восток… Он был и остаётся гармоничен. Уважая Запад, черпая от него, он оставался всегда очень русским художником, несмотря на своё смешанное происхождение, а может, и благодаря этому (кто знает?)…

Потом, конечно, Гоголь и Чехов.

Конечно, России Бог послал необыкновенное количество больших писателей… Толстой, Достоевский… Можно многих российских и советских забытых писателей назвать, но Чехов, на мой взгляд, с его драматургией — это что-то запредельное… Я не так давно был в Миннеаполисе, мне показали там роскошный ультрасовременный театр. Он стоит на трёх колоннах, на которых расположены три портрета: Антона Чехова, Юджина О’Нила и Теннесси Уильямса. Не так давно я читал одного английского автора, большого русофоба, так он вот очень сожалеет, что Чехов — всё-таки русский.

А что касается режиссёров, то это Таланкин и Данелия. Как художники они оказали на меня очень большое влияние… Также назову Эйзенштейна. Но он был, конечно, новатор.

Евгений СПИЦЫН. Совершил революцию в кино.

Карен ШАХНАЗАРОВ. Абсолютную кинореволюцию в монтаже. И, конечно, на меня очень большое влияние оказали Феллини и Бунюэль. Особенно первый.

Мне повезло: один раз я рядом с Феллини на сцене сидел… Был 1987 год. Я тогда получил второй приз на Московском международном кинофестивале. А Феллини получил первый…

Минут сорок удалось поговорить с ним. А председателем жюри был Роберт Де Ниро, между прочим. Тогда, вообще, фестивали были мощными, кого там только не было! Маркес, Коппола… Немного похвастаюсь. Де Ниро в пресс-баре после награждения сказал мне: «А я за вашу картину голосовал, мне она очень понравилась; я хотел даже, чтобы главный приз дали». Но, говорил, не получилось, потому что Феллини сказал, что не приедет, если не получит награды…

Евгений СПИЦЫН. Он приехал с Джульеттой Мазиной?

Карен ШАХНАЗАРОВ. Да. Его Джульетта сидела в первом ряду. Для меня Феллини был божеством. Мне как-то дали на сутки кассету с фильмом «Рим», переписанную копию, так я вообще не спал, смотрел её безостановочно. Вот сколько было времени в сутках, столько и смотрел, заворожённый. К сожалению, сейчас не так люблю уже кино, как тогда… Всё проходит…

Евгений СПИЦЫН. Всё течёт, всё меняется. Карен Георгиевич, огромная вам благодарность за беседу!

На фото: 1990 год. Карен Шахназаров на съёмках фильма «Цареубийца»
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 5973
11:16 14.04.2019
С культурой плохо — и это хорошо
я что, буду своим детям показывать фильмы Звягинцева или Серебренникова?





А может оно и к лучшему, что с культурой плохо? Я не отрицаю её очевидный упадок в России, хотя и по всему остальному миру расцвета не наблюдаю, но… Я вдруг подумал, что это хорошо. Правда.

Наша культура настолько ушла в отрыв от народа, от страны, от всего: им уютном в своём неполживеньком мирочке, они снимают фильмы друг для друга и друг другу же за них дают призы. Люди всё это не смотрят, не хотят, им это не интересно, а что интересно людям, то не интересно «мастерам культуры». А это даже и хорошо! Чуть ниже поясню, почему…

Посмотрите на молодёжь, это же интересно! Вот культура советская и досоветская — она есть, опознаётся. Цитаты из «17 мгновений весны», «Места встречи», из комедий Гайдая — всё это опознаётся. Досоветская культура — то же самое, знают они прекрасно поэтов и писателей, всё далеко не плохо, хоть и не столь хорошо, как мечтается…

Но вот почти сразу после 1991 — провал, пустота! И дальше — уже сразу то, что они застали в «нулевые», причём в основном — не наше.

И мне вдруг пришла в голову очень жёсткая мысль, но справедливая, как мне кажется:

Не исключено, что нынешняя «культура» вообще сгинет без следа! Я что, буду своим детям показывать фильмы Звягинцева или Серебренникова? Или мои дети без подсказки сами их посмотрят? Да нет же! Эти «деятели культуры» живут вне жизни и там же останутся со своими призами, которые друг другу понадавали.

И это будет даже хорошо, что всё это позорище не попадёт в историю, а то потомки будут рыдать: экое бесталантище жило-то в те годы!..

Была такая хорошая шутка в КВН:

— Что делаешь?
— Книгу пишу.
— Зачем?
— Читать нечего!

И в этом плане молодёжь, как я вижу, потыкалась-потыкалась в поисках интересного, ничего не нашла, приняла к сведению совсем старую культуру советскую и досоветскую — и пошла писать свои книги.

Причём моя общая начитанность и наслушанность позволяют на слух определять в условном рэпе и нотки классической музыки, и отзвуки поэзии и прозы конца XIX — начала ХХ века… Иногда — в прямом виде, иногда — через 2−3 наследования через рок-культуру. То есть что-то они непосредственно из лично прочитанной-просмотренной-прослушанной классики получают, что-то — из того, как это переработала рок-музыка второй половины ХХ века. То есть ребята не бестолковые, сами не дураки посмотреть, послушать и почитать что-то интересное, но при этом — идут и пишут своё. И смотрят они Кубрика, и впечатляются Бергманом, то есть со вкусом в ребят всё в порядке.

А подрастут эти ребятки, и что они скажут о своей молодости?

«Да как-то ничего не было в наше время; что-то мы подсмотрели из старого, что-то сами наклепали как смогли — так вот и прожили молодость».

И словно не было этой «культуры» постсоветского периода. Да и была ли она, эта культура? Если очень повезёт, то она на нашем веку ещё появится, но уже как параллельная новая ветвь.

Все эти музыканты советских времён типа Гребенщикова и Макаревича, желающие петь только про «Рашку», все эти режиссёры, снимающие свою чернуху — что там наследовать??? Молодёжь обратится к тому же, к чему обращались эти недоделки, и с нуля начнёт новую ветвь, а эта, существующая, как «тупиковая ветвь эволюции» усохнет бесплодно. Да и то, как я сказал, если нам повезёт, но я думаю, что таки повезти должно, ребятки обнадёживают.

Я долгое время критиковал нынешних «деятелей» за их высокомерие, за презрение к людям и стране, за желание снимать и писать про свои «эльфийские» темы, но теперь думаю, что это даже хорошо, что они были такими: они своими руками закопали все шансы, чтобы их творческие усилия были унаследованы. Они настолько оторвались от людей, что живут в своём параллельном мире, а в реальности люди создают своё, даже не всегда подозревая, что существуют эти «деятели», да и с чего бы их замечать???
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 5973
12:10 15.04.2019
Цементный сад
«Сокровища кардинала Мазарини» как золотой эталон дурновкусия, брака и бессвязного бреда

Борис Белокуров





«Возвращение мушкетёров, или Сокровища кардинала Мазарини» (Россия, 2007−2009, продюсеры — Олег Чамин, Вероника Рожкова, режиссёр — Георгий Юнгвальд-Хилькевич, в ролях — Михаил Боярский, Вениамин Смехов, Игорь Старыгин, Валентин Смирнитский, Лянка Грыу, Дмитрий Нагиев, Ирина Пегова)

«Про мушкетёров смотрел серию? Ну, историю этого алмаза дурацкого? Там, короче, Д’Артаньян ради карьеры у Паскаля невесту увёл, потом шпагой его проткнул и весёлую песню спел. Тьфу ты! «Что за рыцарь без удачи?!»
Владимир Шинкарёв. «Папуас из Гондураса»

Рельсы взорваны, баталии прерваны. Дебатов на тему «Какой из кинофильмов достоин носить звание худшего?» больше не будет. Прежде досужие умы подходили к этой теме с пылким азартом, рубили с плеча, невзирая на жанры и лавры. Козлами отпущения объявлялись Эд Вуд (нормальная научная фантастика), бразилец Хосе Можика Маринш (по-бунюэлевски ехидные аллегории на тему грехопадения), Расс Мейер (невинная пляжная ерунда). Всех этих достойных людей обвиняли в дурновкусии, зауми, неумении правильно снимать. Ножницы голливудских монтажников-высотников отшинковали «Потерянный горизонт» (1938) Фрэнка Капры — дескать, фильм «непонятен» до такой степени, что и теперь никто не разберёт, в чём там дело. Множество лент наших соотечественников устало ложилось на полку под предлогом «технического брака», хотя они им и не являлись, ну и так далее. Всё это было давно.

И вот экраны заполонила картина, являющаяся золотым эталоном и дурновкусия, и брака, и бессвязного бреда. Так что просим почтенную публику больше не ломать понапрасну копья и прекратить обижать погорелую армию честных, хотя и не слишком талантливых киношников: хуже, чем Юнгвальд — язык сломаешь, пока выговоришь — Хилькевич, что-либо «создать» или «воплотить» не сможет никто. (Только если он сам переснимет свои «Опасные гастроли», взяв Никиту Джигурду на роль Высоцкого — а такой возможности нельзя исключить!)

«Герои Дюма жили славно, платили налоги исправно, стреляли из пыльных мушкетов и жили в цементном саду», — так подошёл к творчеству Дюма-отца Алексей Фомин, один из немногих оставшихся у нас внятных поэтов, в своём опусе «20 лет спустя». Когда я впервые услышал эти строчки, мне показалось, что в основном всё правильно — налоги платили, жили славно, но с «цементным садом» автор, конечно же, переборщил. Ну при чём здесь книга фаворита смазливой «Афиши» Иэна Макьюэна (её ещё экранизировал Эндрю Биркин, сын красивой певуньи Джейн) — роман о реальности томительной, затхлой, вязкой, как болото или тот же цемент? После просмотра «Сокровищ кардинала Мазарини» тайное стало явным.

Анна Австрийская (Фрейндлих), фамильярно — словно в волшебной сказке — названная в титрах словом «Королева», мечется по дворцу предтечею седой апоплексии. Тоном вздорной пенсионерки затевает скандал: «Кольбер (Ширвиндт), почему вы не оплатили мои счета?» В самом деле, почему? Да просто кардинал Мазарини (Равикович), взял да и похитил все (!) сокровища Франции. Теперь богатство хранится в шкатулке, «в Англии, в какой-то таверне, где хозяин — брат Мазарини». Дело плохо, и надо снова отправлять туда мушкетёров. Но королевские мушкетёры (Смехов, Смирнитский, Старыгин, Боярский) — как назло! — хоть и жили долго, взяли и умерли в один день. И теперь обретаются абы где.
Неприятное это место — что странно! — не похоже на распалённый ад Можики Маришна и на мейеровскую «долину Супермегер». Это просто подземный постоялый двор с повышенной реверберацией, он отделен от проезжей колеи жизни решёткой, вроде как в зоопарке. Именно так и выглядит цементный сад, о котором с такой силой художественного пророчества спел Фомин. Дождь там нейдёт, бургундское не катит, общаться приходится с некстати задушенным Мазарини, с мёртвым де Жюссаком (Балон). Нет слов, персонажи классика не были великими праведниками. Но всё-таки становится как-то обидно за их посмертную участь. А более всего — за судьбу актёров нашего детства, вполне живых, хотя и сильно поеденных молью: один Портос-Смирнитский сохранил былую мощь и стать загульного кашалота. Обидно за подлое время, заставившее всех их зарабатывать себе на корку чёрствого хлеба и бутылку дрянного виски столь нерыцарским способом. И за Александра Дюма.

Видеосалонов на том свете не держат, цирк не приезжает. Развлечение здесь одно: сиди и наблюдай сквозь мутное стекло за оставшейся позади земной жизнью. Впрочем, у мушкетёров к ней свой, не остывший интерес. Люди, повторюсь, грешные, они успели наплодить немало потомков, которые подросли и теперь знай себе скачут и прут напролом, поминутно рискуя присоединиться к отцам. Среди них наибольшего внимания заслуживает помешанная на ветчине монашка Ирина Пегова, толстуха Анжелика Дю Валлон — привет вам от Анн Голон! Но пристальнее всех щурится на Землю старый гасконец, маршал Франции. Он надеется разглядеть там свою дочь, Софи Марсо. Зря надеется, да супруг Жулавский и не отпустил бы ту сниматься у Хилькевича. Вместо Марсо перед нами мельтешит оголтелый «юноша» Жак (Грыу), она же — Жаклин д’Артаньян; в таком ключе ребёнка воспитал папа. Моральные приоритеты, которые почерпнул у родителя этот золотой сон человечества, заключаются в намерении при первой возможности отрезать кому-нибудь уши. Конечно, именно эта четвёрка, возглавляемая бешеным андрогином в парике, и поедет в Британию спасать достояние монархии.

До пункта назначения они доберутся; об этом нам поведают пояснительные титры «Англия» и «Опять Англия». Да и вообще, поначалу дела у молодого поколения пойдут неплохо, но уж когда дойдёт до ниндзя в чёрных кимоно, отцы поймут, что им пора брать «судьбы наших детей» на контроль. Д’Артаньян пропоёт молитву, от которой кровь стынет в жилах, все — включая де Жюссака равновесия ради — тут же восстанут из праха. И мы услышим много лязга и грохота, и скрежета зубовного, а слово «каналья» будет произноситься чаще, чем Джон Хинкли смотрел «Таксиста». Афоризмы из фильма, если исхитрится выучить их наизусть, могут послужить испытанием воли ваших близких. Отличным тренингом христианского смирения служат реплики: «Ведь у меня наверняка был отец, господин Кольбер, да?», «Я воскрес без документов, мне необходимо переплыть через Ла-Манш», «Государство — это я!» (фраза короля кажется до боли знакомой) или вот такой сильный диалог: «— Прощайте, господа! — Бог простит!» Цитатник можно продолжить, но зачем? Некоторые неверные читательницы, ради которых мы гибли под пулями ельцинских снайперов и жгли костры у «Белого Дома», уже и без того считают наши научно-аналитические материалы безумием.

Между тем, целью подобных публикаций (если она есть) как раз и является попытка предотвратить ужас воскресного хождения в кинотеатр. Прошли какие-никакие, но праздники, и не исключено, что простой человек, игнорируя тот факт, что «кризец в делах финансовых подкрался, словно кот», решил развлечься; более того — выбрал для этого отечественный продукт. И если с «Обитаемым островом» картина ясна: ужасная прокатная судьба первой части низвела дядю Фёдора (Бондарчука) со всеми его горе-меценатами до уровня церковных мышей, и теперь они просто боятся обнародовать остальное, то с «Мушкетёрами» как-то сложнее. И сюжет, и актёрский состав овеяны ностальгической славой. «Мушкетёрская» постановка 1979 года сегодня смотрится тоже диковато, но своего очарования у неё не отнять никогда. После этого трэш-режиссёр Юнгвальд—Хилькевич снимал продолжения, каждый раз всё менее удачные, и вот докатился до возвращения живых мертвецов.

Мы знаем серию фильмов испанца Армандо де Оссорио, локально волновавших мыслящую Европу в 70-е годы. Там он оживляет зверски убитых местным населением рыцарей-тамплиеров; при этом перед нами настоящее искусство — высокое, дерзкое, поэтичное. Но мертвяки-мушкетёры? Зомби с паранормальными способностями, показывающие нам пару нормальных явлений: искривление пространства и прохождение сквозь стены? Право же, это чудовищно! Кстати, тень тамплиеров мерещится и здесь. В картине фигурирует некое, не к ночи будет помянуто, светящееся (возможно, радиоактивное?) кольцо, некогда принадлежавшее зловещему братству, «жемчужина» коллекции Мазарини. «За саму мысль вставить в сценарий тамплиеров надо увольнять из профессии без выходного пособия», — пишет Михаил Трофименков, большой молодец и один из лучших наших критиков (фильма, к своему счастью, не видевший). Затем он призывает расстрелять без суда и следствия (вау!) Мориса Дрюона и замечает, что «если в кране нет воды, значит, выпили тамплиеры». Вот оно как! А мы-то думали…

Впрочем, если вспомнить «Фликер» Теодора Рошаха, именно тамплиеры-то и изобрели искусство движущихся картинок. Так что пусть сами пеняют на результат. Меня же больше взбеленили не замшелые масоны-храмовники (действительно, уже сидящие в печёнках), а ударения на первый слог в именах Леон, Рауль и Кольбер. Понятно, что киносъёмки представляли собой затянувшийся пьяный кутёж, но ведь и Богданович со Скорсезе ваяли свои шедевры не на трезвую голову. И что получается? К концу просмотра лишь утверждаешься в принятии аксиомы: «Старый фильм лучше новых двух!» Ведь как скакали и гарцевали, как дрались, черти! С какой мечтательной самовлюблённостью маячили на экране под разухабистый психодел ВИА «Коробейники»! И главный показатель успеха — шлягеры из той, прежней, версии сразу вошли в обиход и распевались в подворотнях задолго до премьеры картины — откуда только утечка произошла? И «Есть в графском парке чёрный пруд», и пресловутое «Опять скрипит потёртое седло» и, конечно, «Пуркуа Па?», немедленно переиначенное чуждым всего французского народом-богоносцем в таинственный «Пур клопа». О песнях из новой ленты в этом контексте сказать нечего. Петь в подворотнях их никто не будет, ибо они не запоминаются. А то, что против воли запоминается, наводит на сумрачные мысли.

«Мы команда, мы команда!» — с таким рефреном предпочитают разъезжать «по Гарвардской дороге» мушкетёрские дети. Слово взято явно не из аристократического лексикона. Сейчас таким вещам учат в детсадах и прочих сумасшедших домах. «У меня нет друзей, мы все — одна команда!», — заявляет ребёнок опешившим родителям, вернувшись из школы или с продлёнки. Так окончательно искореняется императив дружбы, и без того сошедший на нет. Где здесь «Один за всех, и все за одного»? Неудивительно, что и кинотипажи больше не несут в себе этики, а скорее могут сойти за синдикат киллеров. Недаром Юнгвальд-Хилькевич с гордостью заявляет, что его красавцы-актёры напоминают ему наёмных убийц.
«Мои мушкетёры!» — ласково обращался к своим полицаям из числа самых гнусных детей персонаж крапивинских «Всадников со станции Роса» — начальник пионерлагеря, стукач, садист и великий подлец. «Мушкетёрами» называла себя и банда отморозков в «Перестрелке» (1971) Генри Хатауэя. Те творили такие бесчинства, что герою Грегори Пека, уставшему от самого вида оружия пожилому человеку, только и оставалось, что пристрелить их. Так он и сделал. Все эти компашки объединяло с героями Дюма лишь то, что они осуществляли какие-то действия совместно. Любое совместное действие ведёт либо к моральному распаду, либо к провалу.
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 5973
18:58 20.04.2019
Фильм о подлодке «Курск»: хайп на трагедии?
«История, потрясшая мир»

Денис Балин





Помните август 2000 года? Я помню. Телевизор не выключался сутками, вся страна следила за Баренцевым морем. На глубине 108 метров погибали наши моряки. Мы все верили до последнего, что их спасут. Мы все надеялись на чудо. Трагедия, которая потрясла всю страну и весь мир. С неё началась история России XXI века. В августе 2020 года будет 20 лет с момента этой трагедии. Трагедии национального масштаба. На субмарине погибли все 118 членов экипажа. Не было никакой войны и даже обострённой остановки в мире. 10 августа 2000 года российский атомный подводный ракетоносный крейсер К-141 «Курск» вышел в море для выполнения учебно-боевого задания недалеко от Кольского залива. 12 августа в 11:28 был зафиксирован подводный хлопок, которому сначала не придали значение. О трагедии стало известно только рано утром, 13 августа, когда саму подлодку обнаружили на дне моря.

Существует несколько версий произошедшего, но мы их не будем рассматривать. Почему случилась эта трагедия? Что стало причиной? Произошло ли это в результате удара американской подлодки или взрыва учебной торпеды на самой АПЛ «Курс», сейчас узнать невозможно. Почему даже в наши дни есть место для государственной тайны, из-за которой запретили снимать фильм на территории России? Вопросов много, но, как бы там ни было, отечественные режиссёры не стали до сих пор браться за экранизацию, вместо этого о трагедии сняли кино иностранцы. Стоило ли вообще сегодня снимать подобное кино? Сложный вопрос, и у меня нет на него ответа. С другой стороны, снимаем же мы фильмы о Второй мировой войне. Чем это не хайп на трагедии? У нас вообще любят снимать фильмы о героизме, а о поражениях практически не снимают.

В 2018 году в мировой прокат вышел фильм датского режиссёра Томаса Винтерберга «Курск», который спродюссировала компания Люка Бессона. За основу взята книга Роберта Мура «Время умирать». Производство французско-бельгийское. Съёмки проходили на военно-морской базе в Тулоне и ряде других европейских локаций. Премьеру в России уже не один раз переносили, сейчас она запланирована на 27 июня 2019 года. Это тот самый редкий момент, когда западные кинематографисты сняли кино про нашу трагедию. Рецензий на сам фильм можно пересчитать по пальцам одной руки, и понятно почему.

Сюжет поделён на несколько частей. В самом начале нас знакомят с героями, показывают быт моряков, как им не хватает денег и капитан продаёт свои часы, чтобы накрыть стол сослуживцу, который решил жениться перед очередным походом в море. Будни военного городка. Несмотря на жизненные сложности, герои настроены патриотично, у них есть поводы для радости и любви. Далее происходит сама трагедия. Фильм, как и книга, учитывает официальную и неофициальную версии событий: на подлодке произошла детонация торпеды, после этого начался пожар. Второй взрыв произошёл в результате столкновения с морским дном. Нам показывают, что моряки были живы ещё несколько дней после катастрофы. Параллельно идёт сюжет о жёнах на берегу, борющихся с командованием флота, которое выглядит растерянным, пытающимся всячески замалчивать детали произошедшего. Моряки погибают за несколько часов до того, как российское командование соглашается на помощь иностранцев. Начинается спасательная операция, но уже слишком поздно. Это идёт вразрез с официальной криминалистической экспертизой, результаты которой говорят о том, что все 23 моряка в 9-м отсеке «Курска» погибли в первые 8 часов. Но для сюжета нужно, чтобы они обязательно жили какое-то время и ждали помощи.

В происходящие события на берегу в первой части фильма сразу не веришь. Это пародия на русскую жизнь. Вроде бы дома похожи на наши, форма на людях российская, но их разговоры, обстановка квартир и даже песни на свадьбе не т. е. Мы так не разговариваем, домашняя обстановка совсем другая и русские жёны совсем не такие, им совсем не веришь, это не русская женщина. Такое может сработать для иностранного зрителя, но не для российского. Авторам стоило пригласить на ключевые роли российских актёров, но фильм рассчитан на мировой прокат, а не только внутри России, поэтому правдоподобие менталитета вряд ли кого-то из них интересовал.

Конечно, в фильме есть ряд нестыковок и клише. К сожалению, Министерство обороны России не пустило авторов снимать кино в Североморск из-за секретности. Они даже своего консультанта не предоставили, который бы мог указать на явные промахи. Российскому зрителю будет сложно смотреть и, может, совсем не стоит.

Нужно отдать должное режиссёру, он пытался минимизировать политический контекст. События, происходящие на подводной лодке «Курск», во многом придуманы, но российские моряки показаны мужественными офицерами, которые чётко выполняли свои обязанности, исходя из сложившейся обстановки. Даже перед лицом смерти никто не струсил и не поддался отчаянию. Когда авторы рассказывают о человеческой трагедии, сочувствуют горю, фильм получается. Несмотря на то, что ты знаешь, чем всё закончится, до конца хочешь верить в спасение.

К сожалению, без политики не обошлось. Тут всё по стандарту: беспомощное руководство российского флота и бравые норвежские моряки, которые переживают за судьбу российских военных больше, чем российские военные. Растерянные адмиралы, которые никуда не торопятся и вообще не знают, что делать. Зато западные коллеги сразу всё понимают и спешат на помощь. В этой сюжетной линии авторы показали некий развал в стране, включая армию и флот, где существует коррумпированность и отсутствует порядок, а начальники не способны принимать оперативные решения. Суровая российская действительность через призму западного мнения о нас.

Характеры персонажей практически безлики, не проработаны и напоминают массовку. Да, общее мужество и борьба за жизнь внутри подлодки показана, капитан мгновенно принимает решения и не даёт упасть духом. Среди всех героев только семья Авериных и Колин Фёрт самые яркие во всей этой серости. Остальные на их фоне смотрятся, словно декорации. Всю эту серость пронизывает тяжёлый и мучительный взгляд беременной жены капитана, которая ждёт возращения мужа.

Посторонний взгляд на нашу с вами историю тоже интересен, но присутствие целого ряда клише настраивает на негативное отношение. Фильм несёт в себе много противоречий, он возмущает и заставляет сопереживать. Он давит на самые больные точки и использует запрещённый приём. Я не знаю западное отношение к тому, как мы их показываем в своём кино, уверен, что тоже у нас не получается полностью отразить менталитет и проработать детали. Правда, не помню, чтобы мы снимали что-то о чужих национальных трагедиях за пределами СССР. Стоит ли это делать? Очень жаль, что за этот сюжет до сих пор не взялся ни один отечественный режиссёр, и мы дождались иностранной версии на нашу общую трагедию.

Попытка ли это заработать на трагедии? Если так говорить, то многие наши современные военные и патриотические фильмы можно тоже считать попыткой собрать кассу. Не думаю, что создали, хотели что-то сказать зрителю этим фильмом. Они просто сняли смесь драмы с элементами боевика, не думая о родственниках и близких погибших моряков.
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 5973
13:13 03.05.2019
Если быть честным
об интересах и представлениях создателей сериала «Зорге»

Владимир Бушин





Недавно по Первому каналу телевидения прошел 12-серийный фильм «Зорге» кинорежиссёра Сергея Гинзбурга по сценарию Дмитрия Новоселова. Разумеется, любой рассказ о таком человеке, о нашем разведчике Рамзае, который, будучи корреспондентом немецкой газеты, успешно работал перед войной и во время войны в Японии, в самом логове вероятного врага, о посмертном Герое Советского Союза, — любой рассказ о нём вызывает большой интерес. Тем более, кинорассказ. Ведь в 1961 году был фильм французского режиссера Ива Чампи «Кто вы, доктор Зорге?». У нас в стране его мало кто видел. И вот через 75 лет после гибели героя и спустя почти 60 лет после французского фильма у нас спохватились… И что вышло?

Первое, что испытываешь, когда смотришь фильм и читаешь в газетах суждения о нем, это удивление: как много в том и другом странного. Некоторые авторы без обиняков заявляют: «Какую тему запороли!» (П.Куликова, «Литгазета»), «Новый провал Зорге» (Н.Ирин, «Культура») и т. д.

Н.Долгополов, представившийся в «Российской газете» как «историк разведки, десятилетия изучавший судьбу Рамзая», решил, что такого багажа вполне достаточно для написания рецензии после просмотра всего двух первых серий из 12-ти. И он почти ничего не сказал о самой работе разведчика. Его больше интересует игра актёров, их внешность, в частности, он находит, что Александр Домогаров не так удачен в роли Зорге, как «высокий, стройный Хольцман» в фильме И. Чампи: «чуточку полноват». Правда, «зато он привлекает дам своей несгибаемой красотой». Именно несгибаемой, несокрушимой, победоносной. Это доказывается обстоятельным рассказом о романах, в том числе придуманным сценаристом романом с женой немецкого посла в Токио, с которым он в самых добрых, если не дружеских, отношениях. Можно ли себе представить, чтобы у в «Семнадцати мгновениях весны» у Штирлица был роман с женой Мюллера? В том фильме мы видим пронзительную сцену в ресторане — немое, только пожирающими глазами, свидание на расстоянии разведчика с женой. А тут? Герой в объятиях то одной милашки, то другой. Это два типа, два вида, два рода искусства — советское и нынешнее. Первое славит любовь и верность, второе и не знает, что это такое: были у Зорге романы? Тащи их на экран!

Автора очень радует и то, «о чём в былые (советские) времена и мечтать нельзя было: столько иностранных актеров, в данном случае японских». Да, много, но многие советские актеры умели убедительно играть иноземцев. Так, Иннокентий Смоктуновский — немца Моцарта, Владислав Стржельчик — француза Бонапарта, Татьяна Доронина — цыганку, еврейка Быстрицкая, как и еврейка Эмма Цесарская еще в немом «Тихом Доне», — донскую казачку, и даже венецианского мавра Отелло великолепно сыграл Сергей Бондарчук, и с ролью какого-то японца вполне справился Лев Свердлин…

С другой стороны, а сколько в Советское время мы видели иностранных театров (хотя бы чешская «Латерна Магика» или японский «Кабуки»), иностранных артистов (хотя бы французы Ив Монтан и Симона Синьоре), сколько певиц (хотя бы француженка Мирей Матье и чешка Гелена Лоубалова)… Гостила у нас даже невероятная перуанская красавица Има Сумак с его пятью октавами… Какой тут обильный и выразительный материал для разговора о советском «железном занавесе»!

В фильме ничего не сказано хотя бы мельком об очень многом и важном, не говоря уж о частностях. Хотя бы о том, почему немецкий посол Ойген Отто в Японии ходит в генеральской форме. Где вы видели дипломатов в военной форме? Кажется, она не обязательна даже для военных атташе.

Но есть вопросы поважней. Фильм начинается с конца 30-х годов, потом — первые дни и месяцы Великой Отечественной войны. И мы видим, как победоносно прут немцы. А где Красная Армия? Где наше отчаянное сопротивление? Где хотя бы словесное упоминание о Брестской крепости, об обороне Одессы, Севастополя? Ничего этого ни в каком виде нет. И ни слова о героизме Красной Армии, о потерях врага, о его просчётах. Странно…

А вот на экране 1943 год, и один японец говорит другом: «Русские под Москвой перешли в контрнаступление…» Творцы, оно началось 5 декабря 1941 года. А в 43-м этот японец мог бы поведать другому японцу еще и о великой нашей победе под Сталинградом, и о Курской битве, и о многом другом. И интересно же было бы показать, как Зорге и его товарищи встречали вести о наших победах. Увы, авторов фильма совершенно не интересуют ни наши победы, ни радость по поводу их.

А вот на экране уже 1944 год. Рамзай арестован. Сталин и Ворошилов (я сильно подозреваю, что авторы фильма думают, будто Ворошилов и тогда был наркомом обороны) говорят о нём. И мы слышим от этого их Ворошилова: «Он признал себя нашим разведчиком». Авторам не приходит в голову простейшая мысль: да откуда, каким образом Ворошилов мог тогда знать об этом?

Что же касается работы Зорге, то тут прежде всего хотелось бы видеть, как в чужой стране ему удалось создать интернациональную группу единомышленников, которые, рискуя жизнью, помогали ему. А ведь в этой группе состоял и японец. Ясно, что важную, если не главную роль тут сыграло уважение, сочувствие, любовь многих трудящихся во всем мире к стране социализма, как к надежде человечества. Но авторам фильма и это не интересно, они в таком свете говорить о своей родине не желают. А может быть, им и неведомо это.

Непонятно, почему у нашего агента, выполняющего столь важную работу в столь важном месте, не оказалось радиопередатчика, и члены группы, как, допустим, не успевшие подготовиться к стремительному вражескому нашествию партизаны Белоруссии или Смоленщины, вынуждены искать в магазинах и на рынках Токио и даже других городов детали, чтобы собрать передатчик. Что, вот так и работала наша разведка? Так ходил по рынкам и Ким Филби?

Н.Долгополов пишет: «Зорге странен. Он уверен в себе. Кажется, предусмотрел всё на годы вперед». Да, он странен. Но о какой предусмотрительности можно говорить, если на пиршестве в немецком посольстве по случаю нападения Германии на нашу родину он, приглашенный туда как немецкий журналист и друг посла, позволил себе так нализаться, что начал кричать в лицо немцам: «Вы не знаете, что такое Россия! Это единственная страна, у которой есть будущее! Вам не победить её!» И это супер-разведчик? И что немцы могли подумать о таком супере? Господа, вам мало постельных сцен, вы представляете нам легендарного героя еще и пьяным треплом.

Вспоминается подобная ситуация в фильме «Подвиг разведчика». И там какое-то праздничное застолье немцев. Кто-то из них поднимает бокал: «За нашу победу!» Крупным планом дан Павел Кадочников тоже с бокалом в руке: «За нашу победу!» И зрителю всё ясно, он торжествует. А тут?..

Зорге говорит: «Я коммунист, но я и немец». Это вложил ему в уста Новоселов, желая показать сложность его положения. Но, как известно, его мать Нина Кобелева была русской, на ней женился Герман Зорге, овдовевший отец Рихарда, немецкий инженер, работавший недалеко от Баку. Это было в конце ХIХ века. И вот что писал в автобиографии сам Рихард, проживший много лет в России, женатый на русской женщине: «Я, возможно, слишком русский, я — русский до мозга костей» (Р.Г. № 73,10.04.19). Но и это не интересует Гинзбурга и Новоселова. Их гораздо больше интересуют амурные дела их героя.

Николай Ирин в газете «Культура» (№ 15) писал: «…если быть честными, фигуру Зорге раскрутили и усиленно использовали в целях, как говорится, очернения Иосифа Сталина. Разведчик, дескать, за трое суток доложил в Москву о коварном нападении гитлеровской Германии на Советский Союз, однако Сталин не придал этому значения. В телевизионных анонсах, предшествовавших сериалу, нам сообщили, что по сию пору дело Зорге в основном засекречено. Так вот, точечно рассекретили его при Хрущеве именно с целью образно и выпукло унизить Сталина».

Если быть честным, то надо признать, что на самом деле такого доклада из Токио не было и не могло быть, потому что Гитлер, как известно, неоднократно менял дату вторжения. И уж больно мудрено, чтобы окончательная дата через полмира срочно долетела до Японии и там сразу стала достоянием нашего разведчика, и он успел своевременно сообщить о ней в Москву.

А приказ наркома обороны Тимошенко о приведении войск западных военных округов в боевую готовность был отдан ещё 18 июня. Но катастрофа первых дней, недель, месяцев войны была неизбежна. Германия имела все выгоды агрессора, все преимущества нападающей стороны, все удачи бандита и главное — выбор даты, часа и места, и направления главного удара, где Гитлер обеспечил 5−6-кратное превосходство сил. И нельзя же забывать, что поляки знали: вот-вот начнётся… Французы и англичане уже восемь месяцев сидели настороже в блиндажах и окопах. И что? Первые были в прах разбиты за две с половиной недели, вторые — за два с половиной месяца. А мы устояли и через шесть месяцев разбили и отбросили немцев под Москвой.

Если быть честным… Не смогли авторы фильма быть честными, они в меру своих сил лишь продолжили поношение Сталина.

Однажды немало лет тому назад меня пригласили на День Победы в некое церковное сообщество. Что ж, прекрасно. В такой компании я этот великий праздник ещё никогда не встречал. А руководила торжеством молодая симпатичная дама, она произносила и речи. И вдруг я слышу: «Сталин приказал обнести на самолёте Москву иконой Казанской Божьей матери, и только так удалось спасти нашу Белокаменную, нашу Первопрестольную, нашу Краснозвездную».

Я промолчал, но когда остались наедине, не выдержал: «Мадам, вы же образованная интеллигентная женщина, но что вы лепечете! Какая икона? Кто этот летчик? Где он? Его же прославили бы, как Гагарина. Почему не спасли иконами и другие города, почему хотя бы не защитили от блокады Ленинград? Перестаньте сотрясать воздух! Всё спасено русской кровью, кровью советского народа!» И что она? «Да ведь так говорят, так пишут в газетах…»

Потом довелось прочитать, что вот так же с помощью икон брали мы Кенигсберг. Ну, там-то я сам был, всё видел своими глазами. Иконы… Откуда же в Восточно-Прусской операции почти 60 тысяч наших убитых и раненых? (Книга потерь.М.2009. Стр. 164).

Прошло много лет. И вот на экране их Сталин и их Ворошилов. Первый говорит: «Надо обнести на самолете Москву иконой…». Второй согласен, но спрашивает: «А японцы не нападут?» — «Это абсолютно исключено! — «Почему ты так уверен, Коба?». Сталин указывает перстом в небо: «Так сказал мне Он!» Из чего следует, что их Сталин по ночам беседовал с их Всевышним, с небесами. Очень характерно, что ни один критик, сурово разбирая фильм, не посмел сказать об этой чепухе ни слова, будто всё это само собой понятно, как несомненная правда. Как можно сомневаться!

А в действительности на земле, а не в небесах все зависело от того, устоит Москва или нет. Если бы немцы её захватили, японцы, как, впрочем, и турки, ныне столь любезные, обрушились бы на нас в тот же день. Известную роль сыграли тут, конечно, и суровые уроки, преподанные японцам Красной Армией в 1938—1939 годы на Хасане и на Халхин-Голе.

Н.Ирин считает, что авторы фильма «просто не понимают, с кем и с чем имеют дело». Действительно, это можно видеть даже в мелочах. Например, понятное дело, что в жизни разведчика, работающего во вражеской стране, много тайного. И вот мы видим на стене кабинета Зорге висит картина. Он снимает картину, а она, оказывается, прикрывала «тайник» с какими-то важными бумагами. Вы подумайте! Тайник под картиной в кабине героя — чудо конспирации супер-разведчика…

Тут, кроме всего сказанного, чего стоит хотя бы только один такой вот ещё сюжетик. Из центра, из Москвы, т. е. от Сталина поступил приказ ликвидировать Зорге. Как так? Почему? С какой целью? За что? Уж не за буржуазный ли роман с женой немецкого посла, с которым он в дружеских отношениях (знатоки темы говорят, что этот роман придуман сценаристом, как видно, для «утепления образа»), и одновременно — пролетарский роман официанткой ресторана?

Но мы же знаем, что когда Сталину доложили о буржуазном романе маршала Рокоссовского с одной известной актрисой и спросили: «Что будем делать?», он ответил: «Что? Завидовать будем!» Почему бы ему смотреть иначе на дела в далеком Токио? Так что, совершенно непонятно, почему авторам фильма вздумалось заставить их Сталина уничтожить их Зорге. Вернее, очень хорошо понятно: надо угодить властям…

И вот мы видим, как Макс Клаузен, друг Зорге, его товарищ по смертельно опасной работе, во исполнение приказа Сталина наливает в рюмку яд, подает рюмку другу… сейчас…сейчас… Но нет! Он не может, он вырывает рюмку. К черту приказ! Зорге спасен! Вот на что они способны. Но как же так? Ведь товарищ Сталин шибко не любил, когда его приказы не исполнялись. Что же дальше? А ничего. Словно ни приказа, ни яда в рюмке и не было, и на отношениях друзей это никак не сказалось.

Почему-то не после фильма, а перед последней серией группа историков дала пояснения к тому, что мы увидели. Но оказалось, они порой тоже не понимают, с кем и с чем имеют дело. Например, кто-то из них уверенно заявил, что «Зорге был демонстративно казнён 7 ноября, в годовщину Октябрьской революции». И где же состоялась эта демонстрация, на какой площади? Кто были её зрителями? Не Сталин ли с Ворошиловым? А генерала Власова казнили 1 августа 1946 года. Это впритык к Дню военно-морского флота. Так не в его ли честь демонстрация?

Да, нелепо и печально… Но совсем грустно, что о тех странных вещах, о которых я поведал, никто не сказал ни слова. А некоторые даже оправдывали эти несуразности. Так, историк по фамилии Болтунов сказал: «Что Сталину Зорге! Он легко жертвовал миллионами…» А ведь их благородие Болтунов не только историк, у него звание полковника, к тому же товарищ Болтунов — главный редактор журнала «Ориентир», важного органа Министерства обороны. Не работает ли там его заместителем Николай Сванидзе или Марк Солонин?

Сталину приписано еще и нежелание обменять Зорге на… На кого? Неизвестно. Иногда, имея в виду попавших противнику в плен фельдмаршала Паулюса и Якова Джугашвили, уверяют, что Сталин на предложение обменять их ответил: «Я рядового на фельдмаршала не меняю». Да, именно так говорят, хотя надо бы наоборот: фельдмаршала на рядового. Известный ак. Пивоваров негодовал: «Какой он отец народа, если родного сына не захотел спасти!»

Да, не захотел. Но, во-первых, Яков был не рядовым, а старшим лейтенантом. И Сталин должен был бы сказать: не меняю фельдмаршала на старшего лейтенанта… Во-вторых, никаких предложений об обмене не было, это выдумка расплодившихся ныне пустозвонов, считающих себя историками. А главное, в-третьих, если и были бы, Сталин не мог, не имел права, чтобы потрафить пивоваровцам, пойти на обмен, ибо понимал. Как бы он выглядел в глазах народа со своей заботой о сыне, когда в плену остаются и гибнут почти три миллиона наших солдат?

Так вот, в этой выдумке хотя бы названы два лица, необходимые для обмена. А кого Сталин мог бы предложить японцам за Рихарда Зорге? Разве что историка Болтунова, но он тогда еще не родился. И авторы фильма не утруждают себя подобными вопросами.
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 5973
08:43 08.06.2019
Станьте сценаристом фильма про Русскую Арктику!
объявляем о начале конкурса сценарных заявок «Арктика — территория будущего (Территория Арктика)»
Блог Изборского клуба





Северо-Западный Институт РАНХиГС, при поддержке Изборского клуба и Фонда развития современного кинематографа «КиноПрайм» объявляет о начале конкурса сценарных заявок «Арктика — территория будущего (Территория Арктика)».

В конкурсе могут участвовать как профессионалы, так и любители. Победитель получает право участвовать в подготовке сценария фильма про Арктику, который будет снят и выпущен в прокат при поддержке Роскино.





Условия участия:

Хронометраж: не более 15 страниц в электронном и в бумажном виде, шрифт: Times New Roman, кегль:12, межстрочный интервал: 1, поля: обычные; синопсис — не более 1,5 страниц (3000 знаков). На конкурс принимаются сценарные заявки короткометражных и полнометражных игровых фильмов, соответствующие требованиям конкурсной темы.

Аудитория: любая

Бюджет: неважно

Жанр сюжета: любой, кроме эротического

Социальный фактор: ускоренное развитие размещенных в Русской Арктике бюджетообразующих отраслей национальной экономики, создание новых рабочих мест и привлечение в Арктику специалистов из континентальных регионов страны. Необходимо сформировать привлекательный образ Русской Арктики, как уникального края с великой историей и перспективным будущим.

Оплата: за сценарий и синопсис не предусмотрены.

Сроки: Приём заявок Организаторами: до 01 октября 2019 года.

Формирование списка заявок, допущенных к участию в конкурсе: до 05 октября 2019 года.

Определение победителя Конкурса: 01 ноября 2019 года

Оформление и порядок подачи: Заявки (вместе с заполненными анкетами ссылка на ЯДиск — https://yadi.sk/i/SZNqSrvfv6OzaQ ) необходимо высылать и на электронный ящик и на почтовый физический: arcktikacinema. tender@yandexru, г. Санкт-Петербург, 191119, ул. Черняховского, дом 6/10, Факультет социальных технологий. Телефон для связи: +7 981 90 40.

В теме письма указать: КАТЕГОРИЯ (полный/короткий метр) — ФАМИЛИЯ АВТОРА — НАЗВАНИЕ СЦЕНАРИЯ — ГОРОД. Письмо должно содержать:

— заполненную заявку в формате word (с приложениями — всё в одном файле);

— Сканкопию (фотокопию) заполненного и подписанного правообладателем подтверждения наличия прав на сценарную заявку.

— Полную версию сценарной заявки, отправляемой на конкурс.

Работы, представленные на конкурс, не рецензируются и не возвращаются.

Дополнительно: В конкурсе могут участвовать сценарные заявки без ограничения срока давности, по которым не были поставлены фильмы, и которые не были запущены в производство до подведения итогов конкурса. Не допускаются сценарные заявки, получившие призы в других подобных конкурсах сценариев. В конкурсе не могут принимать участие более одной сценарной заявки одного автора.

Определение победителя: Победителя определяет жюри конкурса.
Link Complain Quote  
  avenarius
avenarius


Messages: 5973
20:16 21.06.2019
Леонид Володарский: Символ политики государства — задрапированный Мавзолей
об идеологии, кино, «кровавой гэбне» и ностальгии по девяностым

Дарья Андреева





На самом деле, Леонид Вениаминович Володарский в представлении не нуждается. Переводчик, голос которого знаком каждому, кто смотрел «пиратские» кассеты с голливудскими блокбастерами, писатель, радиоведущий и просто потрясающе интересный собеседник. Володарский категорически не соглашается с тем, что он обладал каким-то влиянием на умы и был медиатором, проводником западной культуры для соотечественников. Леонид Вениаминович поделился мнением о сериале «Чернобыль» и грустном состоянии отечественного кинематографа, объяснил, почему не испытывает ностальгии по 90-м и высказал разочарование в нынешнем молодом поколении.

«ЗАВТРА». Леонид Вениаминович, расскажите, пожалуйста, как выстраивались отношения с правоохранительными службами в 70−80-е, когда вы переводили фильмы?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Первый фильм я перевёл в декабре 1979-го года, а в мае 1980-го меня вызвали в Комитет государственной безопасности. Я чётко понял, почему меня вызвали: чекисты предполагали, что речь идёт о масштабной идеологической диверсии. Как только Комитет выяснил, что её нет и в помине, а есть только коммерческий интерес (это дело приносило колоссальные деньги) — всё перешло в совершенно другие структуры. Всем им я задавал один и тот же вопрос: «Я могу переводить или нет?». Нигде мне никто не дал ответ. Хочу обратить внимание, что со мной суперкорректно разговаривали в КГБ. Суперкорректно! Это к вопросу о «кровавой гэбне». Меня продолжали вызывать после этого, я стал «профессиональным свидетелем». Когда начались задержания и аресты видеопредпринимателей, у многих дома находили кассеты с моими переводами, но я у этих людей никогда не переводил, я их даже не знал. Я ни от кого не прятался, я был и есть абсолютно законопослушный человек. Была статья об антисоветской агитации, и я никогда в жизни не переводил фильмы про то, как русские захватывают Америку, или как русские пытают бедных американцев. Была статья о распространении порнографии. Моего голоса нет ни на одном порнографическом фильме, несмотря на утверждения различного рода идиотов и дебилов. Ни одного. Я жил в государстве и подчинялся его законам.

«ЗАВТРА». Был ли ваш выбор полностью самостоятельным, кто конкретно принимал решение в пользу того или иного фильма? Можно сказать, вы обладали этакой «шестой властью»…

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Конечно, самостоятельным. Иногда с заказчиком мы обсуждали, можно или нет переводить тот или иной фильм. По-моему, это абсолютно логичный подход. Я не обладал никакой властью вообще. Люди хотели смотреть кино. Чтобы смотреть кино, нужен русский перевод. Я его обеспечивал. И, кстати говоря, на мне нет ни одной проданной кассеты, ни одного проданного видеомагнитофона, я занимался своим делом. Да, это обычная рыночная история — спрос рождает предложение.

«ЗАВТРА». А что изменилось с началом перестройки? Правоохранительные органы в 90-е — интерес к вам уже не проявляли?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. В конце 80-х-начале 90-х никто вообще не понимал, что происходит. Это было естественно. Потом на смену людям, которые записывали и продавали кассеты (их называли «писатели»), пришли студии, где стояло огромное количество видеомагнитофонов, техника, которая помогала применять разные ухищрения. Окончился период кустарей, и начался период Горбушки. Что касается правоохранительных органов, то с конца 80-х мной никто не интересовался.





«ЗАВТРА». Одна из черт нашего общества — бесконечная и почти болезненная рефлексия по поводу 90-х. Это что-то вроде психологической травмы, как вам кажется? Сами по 90-м скучаете?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Люди, которые подобное утверждают, вряд ли помнят, что тогда было. Выкинули бы из квартиры, я бы посмотрел на этих псевдоромантиков. Или — бандиты бы до полусмерти отходили. Эти рефлексирующие личности ничего не знают и знать не хотят. Это было так романтично, что не дай Бог кому-то попасть в те времена. Бандиты, жулики, мошенники, про тогдашнюю власть я вообще не говорю. По 90-м не скучаю, никакой ностальгии, мягко говоря, не испытываю.

«ЗАВТРА». Сегодня особенно острой стала тема взаимоотношений искусства и государства. Как вы считаете, уместны ли какие-либо ограничения в том, что касается кино и в целом искусства, со стороны власти или тех, кто пытается от имени власти действовать?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Моя позиция такова: деньги взял у государства? Ну и сиди себе — не чирикай. Если хочешь быть независимым художником, то откажись от театра в центре Москвы, который содержит правительство этого города (а также, я и вы) и давай в Новую Москву, где театральный зал мест на 100 требует капитального ремонта. Отремонтируй его. Походи по своим друзьям, по крупным бизнесменам либеральных убеждений. Вот они тебе денег дадут (скорее всего, нет), и если ты поставишь хороший спектакль — поедешь с ним по всей стране, заработаешь. Если ты взял деньги у государства на кино, снимай, что тебе скажут, и в случае провала возмести оговоренный процент затраченных средств. Это относится и к поклонникам либеральных ценностей, и к тем, кто снимает совершенно бездарные патриотические лубочные агитки. Принципиальный художник не берёт денег у государства — вопрос исчерпан.

«ЗАВТРА». Некоторые берут деньги не у нашего государства, а, например, получают зарубежные гранты, снимают на них фильмы, ставят спектакли и хотят показывать здесь.

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. На это опять же воля государства. Дело доходило до того, что, кажется, 23 февраля показывали фильм, где американский герой разделывается с якобы советскими солдатами и офицерами. Я просто не понимаю наше государство. Главный символ его политики — задрапированный Мавзолей. Не очень понятно, куда мы идём — то ли направо, то ли налево, есть у нас идеология или нет.





«ЗАВТРА». Выделяете ли среди сегодняшних фильмов что-то достойное?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Достойных фильмов практически нет. Интересный факт: консультант практически всегда отсутствует. Отсюда сериалы про Советский Союз, которые не соответствуют действительности, а являются ложью и враньём. Особенно раздражают исторические фильмы и сериалы. Из того, что я видел в последнее время — добрым словом не помяну ничего. Это ложь — то ли намеренная, то ли от того, что создатели ничего не знают. Но это вины не смягчает, ложь она и есть ложь.

«ЗАВТРА». А что же с этим делать, как ситуацию исправлять?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Не знаю. Я преподаю, перевожу себе потихонечку. Этим должны заниматься другие люди. Я только вижу, что Мавзолей задрапирован.

Россия жить не может без идеологии. Какой она должна быть? Надо сидеть и думать сообща. В Америке есть идеология, американская мечта — каждый может стать миллионером, все будем делать деньги и не мешать друг другу. Нам подобное не подходит, уже пробовали. Но нас пытаются убедить, что с 1917-го по 1991-ый у нас не было истории, а был кромешный ад. И это обдуманное и консолидированное давление. Самое страшное — отнять у людей их настоящую историю. А ложь льётся потоком, искажаются исторические события, придумываются цитаты, которые никто никогда не произносил. Уровень знания этих персонажей — фильм «Собачье сердце», «Архипелаг Гулаг» Солженицына и журнал «Огонек» эпохи перестройки. Я уже не говорю про усилия огромного количества теле- и радиоведущих.

С моей точки зрения, великим российским режиссёром был Алексей Балабанов. Несмотря на его метания, ошибки, для меня это великий режиссёр. Я разговаривал с людьми очень близкими к нему, и он хотел дать мне большое интервью, но не в Москве, в Ленинграде. Я тогда много работал, и всё откладывал, откладывал поездку в Ленинград. Дооткладывался. Очень жаль.

«ЗАВТРА». Из ныне живущих режиссёров — никого вообще?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Нет, по-моему! Кто-то снимает удачно, кто-то снимает полное дерьмо. Это совершенно нормальный результат последних 30 лет развития нашей страны.

«ЗАВТРА». Американская киноиндустрия далеко ушла вперёд…

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Лучшие фильмы, которые снимают американцы, в нашей стране не пользуются успехом — ни фильмы Клинта Иствуда, ни братьев Коэнов. Вот сейчас вышел фильм «Три рекламных щита на границе Эббинга, Миссури» — великолепно сделан. Что, он особой популярностью у нас пользовался? Нет, «Трансформеры» подавай! Когда у нас снимают жалкое подражание американскому кино, не вижу в этом ничего радостного. Так, как в Америке — не получится. У них и компьютерная графика, и спецэффекты пошибче будут, чем у нас.

То же самое с телевидением. Сплошь копии с американского, типа Comedy Club. Я это смотреть не могу. Моё поколение, те люди, с которыми я общался, дружил, они все читали Ильфа и Петрова, О. Генри, Аверченко, Марка Твена. Я думаю, почему Comedy Club пользуется такой популярностью? Да в каждом дворе не менее двух человек — не хуже, чем они. Песенки с рифмой «палка-селёдка», которую освоил Незнайка из всем известных книг, матерок, плоские остроты. Их смотрят миллионы и миллионы — значит, уровень такой.

«ЗАВТРА». К слову, сейчас мы смотрим гораздо больше сериалов, чем фильмов. Сериалы появились не год назад, но как вы думаете, почему это происходит именно сейчас? У нас какое-то «сериальное» сознание?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Это закономерно. Что сейчас делает Голливуд — «Человек-паук», «Человек-дурак», «Человек-букашка», «Человек-какашка». Почти всё настоящее кино ушло в сериалы, есть совершенно потрясающие, американские, в первую очередь, английские, итальянские, французские — этих меньше, конечно. Это уже не сериал, где каждая серия — отдельный сюжет, это повествование. У нас сериалов такого качества нет. У нас есть то, что называется на Западе «мини-сериалы». Мини-сериал «Ликвидация» великолепного Сергея Урсуляка, я его вообще очень люблю, у него великолепный «Тихий Дон». Когда говорят: «А вот тогда был „Тихий Дон“ Герасимова», я отвечаю: «У меня теперь два „Тихих Дона“ — Урсуляка и тот, классический».

Настоящий западный сериал идёт из года в год раз в неделю. Возможно ли у нас снять такие блестящие сериалы, как американские «Настоящий детектив» и «Ад на колёсах», французский «Налёт»? Сомневаюсь. А именно таким примерам надо следовать. Не подражать, не эпигонствовать, не снимать кальки, а творчески осмыслить и сделать своё. Обратитесь к советскому кино, и вы легко найдёте достаточное количество великолепных фильмов. Поверьте, список будет весьма внушительный.

«ЗАВТРА». Если зашла речь о сериалах — «Чернобыль» смотрели? Сериалов много, но этот стал в России культурным и почти политическим событием. Восхищаться им или ругать американцев, которые посягают на нашу историю?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Не смотрел, не хочу и не буду. Самим надо снимать. Я не верю, что американцы могут нормально отобразить состояние Советского Союза того времени. Не смогут! Я видел много западных фильмов про Советский Союз, про Россию — сплошной бред. У меня два вопроса: кто считает «Чернобыль» большим культурным событием, и почему мы сами не сняли фильм об этой трагедии?

«ЗАВТРА». Знаю, что вы дружите с Сергеем Семёновичем Шестовым, президентом международной общественной организации ветеранов «Вымпел», что связывает вас и сотрудника спецслужб?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Есть разные сотрудники спецслужб. Есть те, у которых находят мешки денег, а есть те, кто защищал свою страну, но службу их развалили намеренно. И тогда эти люди — молодые, здоровые, которые могли ещё массу пользы принести нашей стране, ушли из системы. А сменили их зачастую люди, у которых сейчас в квартирах мешки денег. Шестов — прежде всего, большая личность, великолепный аналитик, думаю, что о его прошлом немного рассказано, а больше рассказывать нельзя, таков мир этих людей. Он фантастический человек, который мог бы дать молодым очень много, но похоже это никого не волнует. У меня в друзьях есть несколько ветеранов спецслужб, и я горжусь тем, что они считают меня своим другом.

«ЗАВТРА». Вы интересовались историей разведки, с чем связан такой интерес?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. И сейчас интересуюсь, но я в этом деле просто начитанный дилетант. Мой друг — историк спецслужб Александр Колпакиди, мы с ним тесно общаемся и работаем, и он часто приходит гостем на мою радиопередачу и рассказывает много интересного. Я вообще очень интересуюсь историей, только не всей, а определёнными периодами.

«ЗАВТРА». И завершающий вопрос: ясно ли, кто мы сейчас такие?

Леонид ВОЛОДАРСКИЙ. Нет, опять перед глазами задрапированный Мавзолей, а это означает, что огромная часть нашей истории, при которой наша страна достигла максимальных результатов, сознательно замалчивается, извращается. Нам всё время говорят — Запад, Запад. Мы находимся в центре Земли. Мы — центр планеты. Всё ли у нас хорошо — это смешной вопрос. Конечно, далеко не всё. Но я категорический противник любого рода революций, Россия всю свою кровь, какую могла, уже пролила. Хватит! Постепенное эволюционное развитие — долго, скучно, но, тем не менее, я другого пути не вижу.

Ответьте сами на вопрос, кто мы! На него сегодня трудно будет ответить. Так как нынешнее поколение практически не читает. С различного рода малолетними мыслителями мне не о чем разговаривать. Да, есть исключения, не спорю, но они есть всегда. Но у них вся жизнь в телефоне, только в нём нет книг, и нет по-настоящему хорошего кино. А когда нет точки отсчёта, то смешнее Comedy Club и лучше фильма, чем «9 рота» — ничего нет. Если люди говорят, что начали смотреть какой-то фильм и прекратили просмотр на том основании, что он очень старый, значит, мне с ними не интересно. Хотя можно жить и так, каждый же сам выбирает. Но в основе всего лежит книга, вы можете называть её сценарием, кратким содержанием, ещё как-то, но это книга. Я не к тому, что нынешнее поколение плохое — какое есть. Может быть, всё, что происходит — объективно.
Link Complain Quote  
Go to the first message← Previous page

Return to the list of threads


Username
Thread:
B I U S cite spoiler
Message:(0/500)
More Emoticons
        
Forums
Main discussion
En/Ru discussion new
Russian forum
Users online
Translate the page
Современный российский кинематограф.. Советский кинематограф: ирония его судьбыПрокатное кино — не искусство и не потеха, ...
.
© PolitForums.net 2019 | Our e-mail:
Mobile version